Коронный разряд - Владимир Ильин

– Тебе тоже спасибо, – ответно пожал я крепкую руку.

– Да ладно тебе… А что хотели то? – Полюбопытствовал-таки Артем. – Если не секрет, конечно.

– Да какой секрет, – пожал я плечами. Скоро сами догадаются. – Признали, дали документ о том, что на два года старше. Дату дня рождения поправили на настоящую. Плюс еще мелочи, – грустно посмотрел я на дом и почти сразу отметил любопытствующее лицо Лены за занавеской второго этажа.

– Сильно, – положил он пятерню на свой затылок и принялся массировать умственную деятельность. – Фамилию свою дали?

– Нет, оставили эту. – не стал я делать секрета.

– Значит… – Замялся он.

– Бастардом, наверное, – подсказал я ему то, что он не хотел произносить.

– Не так плохо, если подумать, – скрывая скепсис, произнес Артем. – Права те же самые. Герб можно носить, хотя, если честно, я бы не советовал, – вздохнул он, откидывая напускной энтузиазм. – Я думал, в семью возьмут.

– Старые мои документы они аннулировать не могут?

– Нет конечно.

– Значит, вообще без разницы, – пожал я плечами. – Что он приехал, что нет.

– Тогда за что «спасибо»? – Удивился он.

– За то, что посчитал это важным для меня, – признательно посмотрел на него. – Нашел, придержал родных и все организовал.

– Я ведь ради аэропорта, – засмущался друг.

– Да кого ты обманываешь, топтыгин? Ты же знать не мог, зачем он приехал, – усмехнулся я его алым пятнам смущения на щеках. – Если бы Амира по другой причине прислали, мы бы там все до фундамента снесли.

– Ну, я не думаю, что было бы все так… остро, – отвернулся он чуть в сторону. – Я верил, что вы договоритесь в любом случае.

– В общем, спасибо, – хлопнул я по плечу этой громадине. – За веру – тоже. Будет тебе подарок. Правда, хотел к дню рождения, но… – Махнул я рукой с улыбкой.

– Да не надо… – Засобирался он. – На день рождения – приглашаю! Завтра – жду! Встретимся еще! – Попятился он к машине.

– Присядь пока в мою, – указал я на опель. – Или панамку надень, печет.

И спокойно повернул к дому. Позади, конечно, пытались извиняться и сообщали, что вот-вот уедут, но обязательно позвонят. Однако, как ожидалось, ни шума мотора, ни звука шин отъезжающего микроавтобуса не было. Артем – весьма культурный и приличный молодой человек, и даже некогда носил очки. Он так не может.

– Привет! – Махнула рукой Лена с дивана гостиной. – Артем Шуйский зайдет? – С интересом смотрела она за окошко.

Я приветственно качнул головой и тут же повел отрицательно, обозначая ответ.

Заготовленный подарок оказался на своем месте, в огнеупорной ячейке потайной секции шкафа. Увесистые папки, которые пришлось нести обеими руками, предварительно замотав в праздничную ткань и обвязав шелковой лентой. Разве что одна бумажка, слегка потрепанная, осталась наверху – хрустящая, с записями, пропущенными через копировку, оттисками нескольких печатей и нечитаемыми закорючками росписи. Но главное – все на ней отлично читалось. Ну и еще кое-что прихватил и положил вместе с остальным во вместительную холщовую сумку.

– Вот, – потеснив Артема на заднем сиденье своей машины, сел я рядом и положил папки из сумки пока что между нами, украсив бумажкой-копией.

Осталось только загадочно посмотреть и дожидаться реакции.

Артем, правда, делал вид вежливого, но очень опаздывающего гостя – то есть, смотрел на часы, тоскливо посматривал на микроавтобус, да и вообще…

– Это что? – Заинтересовался он, мощно вдыхая воздух, будто принюхиваясь.

А бланк-то сверху знакомый, угу.

– Ничего не напоминает? – Подбодрил я его, указав взять хрустящую бумагу железнодорожной накладной в руки.

– А должно? – Посмотрел он на меня чуть настороженно, внимательно вчитываясь и хмурясь.

– Емкости с фенолом. Сошли с рельс позавчера в двадцати километрах под Шуйском, разбились и упали в мелкую речку – приток Шуи.

Артем вздрогнул и вцепился в бумагу так, что та стала расползаться под пальцами.

– Район оцеплен войсками, бригады МЧС осуществили ликвидацию, движение поездов приостановлено на шесть часов, блокированы проезды двух близлежащих поселений, на объекте за зоной оцепления работали четыре бригады скорой помощи и два вертолета пожарной службы.

– Ты обещал подарок, – глухо отозвался Артем, пока еще не пуская свой рык наружу.

– Там не было фенола. – Вздохнул я, грустно улыбнувшись. – Это мои цистерны. Проблема в том, что министры вооруженных сил, министры МЧС, транспорта, экологии, здравоохранения и дорожного движения – твои министры. А ты ничего не знаешь, – указал я пальцем на накладную, уже почти порванную его руками.

– Я ничего не понимаю, кроме того, что ты мне пока еще друг, – наклонил он голову и хмуро посмотрел исподлобья.

Я поудобнее сел на кресло машины и посмотрел вперед, разрывая контакт взглядов. Иначе точно заведется.

– Это работает как фильтр. Берешь большую груду денег и ставишь на самый верх. Внизу должно оказаться столько же, ведь деньги чистые и без криминала. Но, знаешь, прилипает и существенно, где-то там, внутри механизма.

– Ты будешь рассказывать, как купил моих чиновников? – прогудел Артем.

Я укоризненно посмотрел на него и задержал взгляд на десяток секунд, пока тот не смутился и тоже устроился, чуть сгорбившись, смотреть по направлению машины.

– Так вот. Чистые деньги прилипают к грязным лапам, дело обычное. Иногда прилипает мало, иногда больше, иногда страшно много. Ведь все зависит от того, чьи деньги. А я, вроде как, простолюдин, и все мои компании тоже зарегистрированы на самых простых ребят. Таких каждый считал законной добычей, и не гнушался обидеть, забирая больше разумных пределов.

– Бедняги, – хмыкнул Артем, сложив руки на груди и параллельно о чем-то внимательно думая.

– Затем я ждал, пока деньги потратят. Недолго, к удивлению. Любую сумму можно потратить очень быстро, как оказалось. Дома, яхты, квартиры, машины, драгоценности, картины…

– Не играй на нервах.

– Да, собственно и все. – Пожал плечами. – Попросил одного из моих друзей назвать эти деньги своими, а меня – поверенным.

– Ты давал право аристократам на свои деньги? – Изумился Артем. – Они же никогда от них не откажутся.

– Не аристократам, друзьям, – подчеркнул я. – Затем шел к этим министрам и от имени поверенного просил все вернуть.

– Это же подстава.

– Я просил их воровать мои деньги? – Позволил я жесткости в голосе. – В общем, не вернуть деньги мне и не вернуть какому-нибудь древнему гербу – это ситуации очень разные.

– Шантаж?

– Да что вы весь день с этим шантажом, – возмутился я. – Просто верните то, что не ваше. Без процентов! Без огласки! Была яхта – отдай яхту, в чем вопрос? Была вилла – так отдай виллу? Я даже готов терять деньги на трансферте, ведь даже если вещи месяц, ее не продашь, как новую. И знаешь, что?