Черное солнце - Майя Зинченко

От дороги в сторону уходила тонкая тропинка. Прямо в самом начале тропинки стояло деревянное ведро, полное крупного светлого картофеля. Франц остановился, удивленно посмотрел на него и поспешно поднял глаза, надеясь увидеть неподалеку хозяина. Но никого не было. Мужчина в недоумении почесал затылок, пытаясь понять, что все это значит. Одиноко стоящее ведро на пустой дороге… Может, это какая-то ловушка?

Очень странная, если не сказать примитивная ловушка, на его непритязательный вкус. Если бы в ведре был кусок мяса, он бы еще понял, но картофель? К тому же нигде не было видно ни веревки с бубенцами, ни смыкающихся зубьев. И вряд ли оно заколдованное. Он бы сразу почувствовал магию. Тогда какой во всем этом смысл?

Тропинка манила, и мужчина решил пойти по ней, надеясь разгадать загадку. Через полчаса, когда он уже решил повернуть назад, тропинка привела его к небольшому домику. Это было маленькое двухэтажное строение. Вокруг дома был разбит огород, окруженный забором, а возле крыльца красовалась клумба, на которой цвели белые астры.

Франц взглянул на крышу – из трубы вился дымок. Это означало, что в домике кто-то есть. В воздухе пахнуло свежей сдобой, и в пустом желудке послышалось подозрительное ворчание. Кто бы ни жил в этой глуши, он не откажет уставшему путнику в куске хлеба.

Калитка была не заперта, и он пошел по дорожке прямо к дому. Громко постучав в дверь, он стал ждать реакции хозяев.

– Заходи, я не закрывала! – донесся до него приглушенный женский голос.

Франц, пожав плечами, вошел в маленькую нежилую комнатку, служившую прихожей, где стояли инструменты и разная обувь.

– Ты что-то рано сегодня. Я еще ужин не приготовила. Вот только с тестом управилась. Оно никак не желало подходить… Наказание, в самом деле. Рик, что молчишь?

– Добрый вечер, – вежливо поздоровался Франц, останавливаясь на пороге кухни. – Простите за беспокойство, но, возможно, вы позволите мне у вас переночевать?

Хрупкая миловидная женщина лет тридцати растерянно застыла с полотенцем в руках. Она была одета в темно-серое платье с зелеными оборками и синий передник. На голове женщины был белый, вышитый полевыми цветами платок, из-под которого выбивались медного цвета пряди.

– Я не причиню вам неудобства, – поспешно сказал мастер, видя ее растерянность. – Погреюсь возле печки и рано утром уйду. Понимаете, я выехал вчера из Таурина, но на меня напал жуткий зверь, мой конь испугался и…

– Ах, что вы, дело совсем не в этом, – улыбнулась женщина, чуть повернув к нему лицо. – Просто у нас так редко бывают чужие, что я удивилась, услышав незнакомый голос. Оставайтесь, конечно. Муж скоро должен вернуться. Я соберу на стол, и мы вместе поужинаем. А как вы нас нашли?

– Я шел по дороге и заметил ведро, стоящее на обочине. Полное картофеля. Пытался разрешить эту загадку, но не слишком в этом преуспел. Может, вы мне поможете?

– Все зависит от того, как вы относитесь к маленьким народам. Хотите пить?

– Очень, – с жаром сказал Франц. – Пить я хочу даже больше, чем есть. Простите, – сконфуженно пробормотал он, – случайно вырвалось.

Женщина усадила его на лавку и налила в кружку молока.

– Пейте, оно свежее.

– Вы держите корову?

– Да. Это очень удобно – всегда есть молоко, творог, масло. А иногда, – она заговорщицки понизила голос, – и мясо.

– Я не представился. Мое имя – Франц.

– Дайна, – приветливо кивнула женщина, продолжая хлопотать по хозяйству.

Франц внимательно следил за ней и пришел к неутешительному выводу, что хозяйка этого дома слепа. Ее большие карие глаза не видели ничего, кроме своего внутреннего мира. Мастер не решался спросить о своей догадке прямо и только дивился, с какой легкостью Дайна впустила в дом незнакомого человека. Неужели она нисколько его не боялась? Мало ли какие проходимцы по лесу ходят… А вдруг он бандит?

– Вам все еще интересно?

– Вы имеете в виду ведро? Да, конечно, – поспешно сказал Франц. – Но только при чем тут маленький народ?

– Это для них картофель.

– Для фейри?

– Да, для кого-то из них. С этим народцем никогда не разберешь, что к чему. Муж не знает, кто именно забирает его – он не видел, но раз в месяц мы оставляем ведро на обочине, а утром находим его полное свежих ягод или грибов.

– Чудеса. Никогда о таком не слышал. Обычно фейри вредят людям.

– Чаще всего люди сами виноваты в этом. Маленький народ очень обидчив, но добро не забывает. Оттого-то со всеми нужно жить в мире, – поучительно сказала женщина, поправляя выбившуюся прядь. – В лесу особенно. Лучше мы будем обмениваться подарками, чем они будут воровать овощи с грядки или из подвала.

– А могут и дом поджечь, – пробормотал Франц, припоминая одну грустную историю.

– Нет, дом – это для них святое. Они всякое жилище почитают, чье бы оно ни было. Дома скорее люди поджигать горазды.

– Простите, это не мое дело, но почему вы живете в лесу? В городе же гораздо удобнее.

– Длинная история, – покачала головой Дайна. – Спросите об этом лучше Рика. Если он захочет, то расскажет. А что касается меня, то лучше уж жить в лесу с фейри, чем с некоторыми представителями рода человеческого. Они более добросердечны.

Женщина замолчала и занялась приготовлением ужина. Она прекрасно ориентировалась на кухне, отлично зная, где лежит та или иная вещь. Слепота нисколько не мешала ей. На губках Дайны то и дело проскальзывала легкая улыбка – она улыбалась собственным мыслям.

В доме было тепло, и Франца, напившегося молока, стало клонить в сон. Он прислонился к горячему боку печки и закрыл глаза. Ему казалось, что он сомкнул их всего на минутку, но когда вскочил, встревоженный шумом, то увидел, что за окном стоит глубокая ночь.

В дверях показался худощавый человек с аккуратно подстриженной бородой каштанового цвета. Он был старше Дайны лет на десять. На нем был темно-зеленый костюм, какой носят лесничие, и высокие сапоги с отворотами. Он снял широкополую, видавшие виды шляпу с длинным тонким пером и удивленно уставился на незнакомца.

– Дайна! Неужели ты завела себе любовника? – полушутливо спросил он, хотя его глаза смотрели настороженно. – А я удачно поохотился. Два зайца в силки попались.

– Рик, скажешь тоже! – Дайна поцеловала мужчину в щеку. – Какой любовник? У человека убежала лошадь, и он попросился переночевать. Я его и впустила.

– А это лошадь так изорвала вашу одежду? – Рик вопросительно поднял бровь, пожимая мастеру руку. В отличие от жены он был подозрителен и не скрывал этого, предпочитая сразу выяснить намерения незнакомца.

– Не совсем. Это был… оборотень. Дурацкая история.

– Вы убили его?

– Да, на этот счет можете не беспокоиться, – твердо ответил мастер. – Но мой конь действительно подвел меня. В седельных сумках были припасы, запасное оружие и одежда. Рукава после боя пришли в негодность, – добавил он, предупреждая возможные вопросы. – Я хотел извести их на бинты, но, видимо, не судьба. Кстати, меня зовут Франц.