Гарвардский баг - Мира Вольная

— Я бы удивился, если бы было по-другому, — усмехнулся Андрей. И мотнул головой на экран. — Этот кто?

— Мирошкин Егор Николаевич девяносто седьмого года рождения. За свои неполные тридцать восемь успел два раза отсидеть. Один по малолетке. Тогда еще не чипировали, поэтому деталей по делу я не знаю, но запрос подал. Второй раз сел за пьяную поножовщину. Вышел три года назад досрочно за примерное поведение. Нигде не мелькал, жил в жопе глобуса, где его и нашли местные бомжи. Мертв около двух часов плюс-минус. С собой ничего не было: ни документов, ни телефона, только чип в затылке.

То есть, когда я включил Славкин телефон, придурок был еще жив…

— Смарт в пасти Вороновой? Когда мы сможем его забрать? — спросил, рассматривая снимки, что так услужливо скорректировала Энджи,

Вит нахмурился и снова скривился, расстегивая несколько верхних пуговиц на рубашке. Я заметил краем глаза, как напрягся напротив него Андрей.

Еще бы тут не напрягаться.

— Хрен его знает на первый вопрос, и хрен его знает — на второй, — процедил сквозь зубы юрист. — Они вообще сильно не рады были моему появлению. Я им картину мира, карму и статистику порчу. Само собой, мы надавим, где надо, но насколько это затянется… — он развел руками. — Мне даже на то, что из его пасти достать успели, посмотреть не дали. Может, Воронову потащат на опознание, или фото покажут. В квартире Мирошкина, как я понял, обыск сейчас. Доступ у меня к остальному пока ограниченный, но думаю, что к середине недели уже получу полный. В целом, как-то так.

— Забрать у них телефон — в приоритете, — побарабанил пальцами по столу Андрей. — Дави на корпоративную и государственные тайны.

— Ты меня еще поучи, — беззлобно оскалился Вит, растягивая тонкие губы в неприятной улыбке. Кости скул натянули кожу, тонкие морщины появились у глаз, как сетка шрамов, обнажились мелкие, но ровные зубы нижней челюсти.

Стремно.

Виктор вообще стремный, но юрист, сука, от Бога. Да и мужик нормальный.

— Я их запросами закидаю так, — продолжил Вит, — что они разгребать задолбаются. Тут косяк во времени. Быстро вряд ли получится. С телефона можно что-то восстановить? — поставил он локти на стол.

— Не знаю, — покачал головой. — Если каким-то чудом мозги уцелели, то, при должном умении, можно. Какие-то крошки кода, скорее всего. Слава спалила смартфон качественно.

— Но ты все равно дергаешься, — скрестил руки на груди Андрей.

— Да. Мне сильно не нравится то, что происходит. У нас ни разу не было таких утечек.

— Но ведь и в этот раз не было, — цыкнул Вит.

— Просто повезло, не более. Надеяться на удачу… сильно херовый вариант, Вит. Грозит просранными миллиардами, госконтрактами и коленно-локтевой позой без вазелина до конца жалкой жизни.

— Я понимаю. Просто вы ведь наверняка все залатали, — снова оскалился юрист.

— Залатали, но не знаем, где рванет в следующий раз. В общем, Вит, ускорь, пожалуйста, все и везде, насколько это возможно.

Виктор перевел внимательный взгляд зеленых цепких глаз с меня на Андрея и, как всегда, сделал правильные выводы. Умный мужик. Очень умный мужик.

— Понял, — кивнул в итоге Келер и поднялся на ноги, гремя стулом и забирая со стола планшет и строгий галстук. — Борисичу и Знаменскому сам расскажешь? — спросил он прежде, чем направиться к двери.

— Да.

— Хорошо, буду держать в курсе, — и вышел из кабинета.

А я повернулся к Андрею.

— С Вороновой глаз не спускать. Поработай с ней, я сброшу все, что найду.

Андрей сощурился, подпер подбородок кулаком, разглядывая меня с несвойственным вниманием, растянул в улыбке губы.

— Сам займешься, — звучало, мать его, утверждением. Таким… глумливым, сука, бесячим.

— Тарасов, иди в задницу, — посоветовал я искренне, бросая перед ним на стол флэшку, откинул голову на спинку кресла.

Все лучше, чем на его рожу глумливо сочувствующую пялиться. Андрей комментировать что-то не решился. Знает мой паскудный характер. Молча взял носитель и поднялся на ноги, нарочито тяжело вздохнув. А я следил за ним из-под полуприкрытых век и сдерживал злость.

Обернулся Тарасов только возле двери, хотел что-то сказать, даже успел снова растянуть губы в своей этой улыбке, но не успел. Из коридора донесся мягкий цокот каблуков.

Твою ж…

Воронова… Мое наваждение.

Я знаю звук ее шагов. Знаю, мать его, поэтому уверен, что за дверью Слава.

И я обреченно наблюдал, как мигнул зеленым сенсор, как створка отъехала в сторону, как на пороге застыла Воронова.

Втянул воздух. Выпустил с шипением, сжал зубы до скрипа челюсти.

— Какого хрена ты тут делаешь? — отчеканил, впиваясь взглядом в девчонку.

Пришла. Пришла, мать ее!

Я еще вчера понимал, на самом деле, что Слава наверняка припрется, но все же надеялся, что благоразумие и усталость возобладают над безумием и отвагой. Но нет. Нихрена подобного.

— Работаю, Ястребов, — усмехнулась она зло. — Или делаю вид. С учетом того, что ты мне все отрезал, я теперь сама не до конца понимаю.

Андрей кивнул мне, поздоровался таким же кивком с Вороновой и поспешил свалить из кабинета, тихо проскользнув в коридор, наверняка, чтобы не мешать родителям выяснять отношения. А я вцепился в край стола до побелевших костяшек.

— Домой, — прорычал.

Пришла… Стоит теперь в этом своем платье сером, тонком, облегающем ее, как гребанный латекс, горло высокое, чтобы синяки закрыть. Ну хоть до этого додумалась. Волосы снова в косе растрепанной, сложной какой-то до одури.

— У меня носок, — хмыкнула, делая неспешный шаг. Плавный, тягучий. Как она вся. — Обломись.

— Что? — тряхнул башкой.

— Ты Поттера в детстве не смотрел? — улыбка стала еще шире. — Все очкарики смотрят в детстве Поттера, Ястребов. Он как Бэтмен для задротов.

Я стянул очки, сдержался, чтобы не швырнуть их на стол, подался к ней ближе.

— В детстве, Воронова, я смотрел Пилу, — огрызнулся в ответ. — Давай мы на этом и закончим, потому что ностальгировать меня не особенно тянет. Домой.

— Сразу, как только покажу тебе результаты последней проверки Энджи, вытащу отчеты, и мы обсудим Лейт и Ниро. А еще мне нужно в виарную.

Она совершенно бесшумно выдвинула стул, опустилась на него, закинув ногу на ногу. Серая ткань обтянула грудь сильнее. Лисьи глаза пытливо меня рассматривали. Выжидательно так, почти грозно. Только не велся я больше на эти грозные взгляды. Она разрабов пугать ими могла, не меня.

— Энджи, — позвал я сеть.

— Да, князь Игорь, — тут же откликнулась помощница.