Пятьсот лет спустя - Стивен Браст

В которой еще раз рассказывается о цареубийстве, причем делается особый упор на последствия

Читатель должен понимать, что все сражение заняло гораздо меньше времени, чем потребовалось на то, чтобы изучить отчет о нем, и, естественно, меньше, чем у нас ушло на то, чтобы его составить. Иными словами, пробило всего четверть часа после десяти утра, и именно сейчас нам следует снова обратить наши взоры на его величество.

С самого утра Тортаалик энергично занимался делами: сначала в очередной раз отказался встретиться с представителем горожан, затем велел отправить его в тюрьму в Крыло Иорича, а потом распорядился использовать камни-вспышки против сборищ горожан.

Когда Джурабин попытался убедить его этого не делать, Император выгнал его из зала. Когда Сетра попробовала выступить в защиту Джурабина, ей тоже было приказано покинуть помещение. В тот момент, когда она в ярости выбежала из Портретного зала, появился Брадик, хранитель колокольчиков, и единым духом выпалил:

– Посланник от лорда Джуина, смотрителя тюрьмы. Посланник от баронессы Стоунмовер.

– Фу, – возмутился его величество, – что такое? Сообщение из тюрьмы? И доклад об очередном поражении моих гвардейцев? Пусть входят оба, надеюсь, они принесли более приятные новости, чем мы слышали до сих пор.

Первый посланник был одет в цвета тюремной охраны из Дома Иорича; второй – в плащ Батальона Белых Шарфов и производил впечатление человека, прибывшего прямо с поля боя. Каждого после соответствующего приветствия подвели к его величеству.

Лорд Ролландар э'Дриен сидел на своем коне перед Воротами Дракона, чуть позади линии фронта. Он отдал приказ еще одной кавалерийской дивизии прорвать линию обороны Адрона, заметив, что, в то время как всех его пикейщиков солдаты мятежного герцога порубили на куски, а пехотные полки разбиты наголову, отряд Лавоудов добился определенного успеха и Найлет еще немного приблизилась к фургону с заклинаниями.

– Слишком медленно, – пробормотал он и принялся изучать поле боя, оглохнув от грохота стали, взрывов камней-вспышек и криков раненых.

Ройла Лавоуд была слишком занята, чтобы о чем-нибудь думать, – заклинание, контрзаклинание, удар, атака, защита. Сетра создала клан Лавоудов, взяв для него имя из сариольского языка, которое означало «разносторонний», или, если произнести слово немножко иначе, «из гор», именно для ситуаций вроде этой. Однако Ройла и ее товарищи не привыкли к тому, чтобы их удары парировались. Они столкнулись с организованным сопротивлением, и Ройла все больше и больше убеждалась – главная задача солдат Адрона состоит в том, чтобы не подпустить волшебников и воинов к фургону с заклинаниями.

Эта мысль, как читатель наверняка догадался, вызвала у нее серьезные опасения на предмет содержимого фургона – в результате она решила, что ее отряд должен добраться до него любой ценой. Когда возникла короткая передышка и у нее появилась возможность посмотреть на палатку, она подумала, что, наверное, совершила ошибку, отказавшись от предложения Сетры составить им компанию. Вместе с Сетрой они уже давно были бы у цели. «Интересно, как поступил бы Гиорг?» – пронеслось у нее в голове. Однако Ройла тут же выругала себя за посторонние мысли и направила против неприятеля еще одно мощное заклинание из тех, что знали только Лавоуды. Затем, перехватив шпагу поудобнее и испустив боевой клич, бросилась в новое наступление.

Ройла продвигались вперед, часто перешагивая через тела павших солдат и заставляя себя не думать о том, что некоторые из них принадлежат к клану Лавоудов.

Кааврен, Айрич, Тазендра и Пэл находились уже так близко к фургону, что видели, как сражаются Ройла и ее товарищи. Они ждали.

– Не высовывайтесь, – сказал Кааврен.

– Ба! – возмутилась Тазендра. – Знаете, ползать тут потихоньку...

– Просто необходимо, – перебил ее Пэл. – Вы разве не видели, что даже Лавоуды не могут пробиться через линию обороны? А цель у них та же, что и у нас. Если нас заметят...

– Да знаю я, – проворчала Тазендра. – Ладно, я согласна ползать, только...