Вор и Книга Демона - Дэвид Эддингс

— Это была моя идея… ну, почти, — ответил емуГер. — Я все еще думал по поводу дверей. Ведь через двери можно проходитьи в ту, и в другую сторону, верно? И тот, кто ее открывает, просто вынужденвстать прямо позади нее, так? Если в тот момент, когда Хном откроет дверь, нанего со скалы шмякнется камень, он, вероятнее всего, попадет ему прямо вголову. А если выбить Хному мозги, у злых людей больше не будет дверей, и мыснова будем равны. Я сказал Салкану, что, если бросать камни вокруг утесов насклоне, то рано или поздно в кого-нибудь попадешь, и он вскрикнет. Такимобразом люди мистера Гебхеля будут в некотором смысле предупреждены о том, чток ним подбираются какие-то злые люди. Салкан решил, что это идея хорошая, и онтак и поступил.

* * *

— Бхейд, насколько внимательно ты смотрел, когда Пехальпоявился из дверей Хнома там, в траншеях у Гебхеля? — спросил Альтал темже вечером.

— Я наблюдал очень внимательно, — сказалБхейд. — А почему ты спрашиваешь?

— Ты не заметил ничего необычного перед тем, как онпошел в атаку?

Бхейд нахмурился.

— Ты имеешь в виду это легкое мерцание?

— Именно. Я хотел убедиться; что мне это не почудилось.Как бы ты это описал?

— Ну, не знаю, — Бхейд подыскивал слово. —Это похоже на то, как если бы какая-то тень пробежала, закрыв на мгновениесолнце.

— Очень похоже, — согласился Альтал. — Я немогу сказать это со всей уверенностью, поскольку Эмми не станет сейчас со мнойразговаривать, но не удивлюсь, если такое происходит всякий раз, когда кто-тоиспользует двери.

— Это может происходить оттого, что освещение по ту идругую сторону двери не одинаковое, Альтал. По одну сторону двери может бытьсветлее или темнее, чем по другую.

— Возможно, этим оно и объясняется. Во всяком случае, уменя есть твердое подозрение, что так происходит каждый раз. Раньше мы этого незамечали, потому что сами были в гуще событий, но это мерцание, возможно, будетединственным предупреждением, которое мы получим перед нападением противника.

Большую часть ночи люди сержанта Гебхеля были занятывозведением перед входом в пещеру крепкой стены, которая далее уходила квосточной и западной сторонам утеса.

— Они ужасно быстро работают, да? — заметил Гер.

— У них большой опыт, — ответил Альтал.

— Так ведутся все войны, — предположил Гер. —Одни строят стены или баррикады, а другие пытаются их разрушить.

— Это часть долгой и печальной историичеловечества, — грустно сказал ему Бхейд. — Рано или поздно каждыйпытается придумать что-нибудь такое, чтобы отгородиться от остальных.

— А вот Эмми уже давно об этом позаботилась, —сказал Гер. — Никто не может проникнуть в ее Дом, если она этого не хочет.

Бхейд кивнул в знак согласия.

— Та пропасть у нее перед входной дверью несколькообескураживает посетителей. На самом деле это разновидность крепостного рва,которыми окружены многие крепости.

— Что такое ров?

— Это что-то вроде траншеи, наполненной водой.

— Это наверняка здорово мешает проникнуть внутрькрепости, правда? А ведь мы тоже могли бы это сделать. Я имею в виду: у Альталаведь есть тот источник, который находится в глубине пещеры.

Бхейд отрицательно покачал головой.

— Чтобы заполнить ров, тебе понадобится целая река,Гер, — объяснил он.

— Подожди-ка минутку, брат Бхейд, — сказал Альтал,поскольку внезапно его озарила идея.

— Альтал, это замечательный маленький родник, —сказал Бхейд, — но вряд ли это река.

— Он может стать рекой, если будет больше. Думаю, мненадо переговорить с Халором.

— Альтал, ты иногда бываешь таким же невозможным, какГер.

— Ну спасибо, брат Бхейд.

— Вообще-то это был не комплимент, Альтал.

— Может, и нет, Бхейд, но так уж вышло.

— Это интересная идея, Альтал, — согласилсяХалор, — но как мы объясним это Гебхелю? Все его люди работают настроительстве этой стены. Не думаю, что он согласится оторвать от работыполовину из них, чтобы выкопать ров.

— Не думаю, что мне понадобится большая помощь,сержант, — сказал ему Альтал. — Я знаю, как выглядит ров.

— Ты собираешься выкопать его в одиночку? —недоверчиво спросил вождь Альброн.

— У меня есть некоторые преимущества, Альброн, —напомнил ему Альтал. — Если я скажу “ров” так, как нужно, перед стенойГебхеля появится ров.

— Но как ты собираешься ему это объяснить?

— Вообще-то я не собирался ничего ему объяснять. Мы всетратим слишком много времени на всякие объяснения. Думаю, на этот раз япопробую что-то новое. Я просто возьму и сделаю это, а если Гебхель начнетпосле этого гадать, что к чему, тем хуже для него. Генд со своими людьминачинает меня раздражать, так что, полагаю, сейчас самое время показать им, чтоэто не самая удачная идея с их стороны.

Гер подошел к краю обрыва на уступе скалы.

— Я думал, для того, чтобы забраться сюда, злые людисобираются использовать двери, — сказал он.

— Не сомневаюсь, что так оно и будет, — отозвалсясержант Халор.

— Тогда почему они разбили лагерь там, на равнине? Явижу какие-то огоньки вдалеке. Они находятся за много миль отсюда.

— Ты уверен? — спросил Альброн.

— Сейчас ночь, мистер Альброн, и огонь — даже оченьмаленький — в темноте виден издалека, особенно если стоять на таком возвышении,как это.

— Покажи, где это, — коротко сказал Халор. —Я больше не хочу никаких сюрпризов. Пойдемте, мой вождь. Посмотрим.

— Как ты думаешь, Двейя может передать тебе нужноеслово так же, как она это сделала в прошлый раз? — спросил Бхейд уАльтала.

— Ей не придется этого делать, — ответилАльтал. — На сей раз я знаю, какое слово мне нужно. У меня в запасе кучапростых слов. Это со сложными словами у меня проблемы. Все, что мне нужно, этослово “копать”, а его я использовал много раз. Если бы там в Перкуэйне, когдамы с тобой и с Элиаром вскрывали мою личную золотую кладовую, я поработалголовой, это могло бы здорово облегчить нам работу.