Работа для героев - Михаил Калинин

В одну ночь принцессу вместо мужчины со щитом преследовало мерзкое чудовище, не избегшее, впрочем, общей судьбы и все равно ставшее сухой корягой. В другую – странный человек, чьи черты были расплывчаты и все время менялись. Потом приснилась девушка в яркого цвета одеждах, сжимающая узкий клинок с волнистым лезвием.

А однажды преследователем принцессы оказался сам Джошуа. Он узнал себя не сразу – короткая борода и шрамы изменили его лицо. Но самым непривычным оказалась жестокая улыбка, прятавшаяся в уголках губ. И тень, затуманившая его взор.

Он не спешил вслед за принцессой, пытаясь остановить ее. Он шел размеренным шагом, наслаждаясь своим могуществом, и в руках у него не было посоха.

А Джулия бежала, и на лице ее был только страх.

Тень выросла перед ней неожиданно, и принцесса, споткнувшись, упала на траву.

«Джошуа!»

Ее крик повис в воздухе, тая на ветвях деревьев.

И тот, другой Джошуа, отозвался. Он рассмеялся хрипло и страшно и встал над принцессой, не одарив ее взглядом.

Тень, склонившаяся над Джулией, подняла голову.

«Уходи, мертвый человечек», – прошипела она.

«С чего это?» – задорно рассмеялся незнакомец с лицом Джошуа.

«Мертвые человечки не страшны тьме, – сказала тень. – Уходи, или я накрою тебя, и до конца времен тебе не будет покоя».

«Я никогда не стремился к покою, – ответил мужчина с голосом Джошуа. – В покое я бы не хотел провести и минуты. Слишком много тайн, которые мне еще только предстоит узнать».

«Ты сам выбрал это», – сказала тень и двинулась к нему.

Руки, окутанные тьмой, сомкнулись на плечах мужчины с глазами Джошуа, и сухая кора начала покрывать его тело. Пальцы его скрючились, а кожа покрылась листвой.

Но другой Джошуа не испугался.

Он положил свои руки-ветви на плечи тени и улыбнулся ей, как старой подруге.

Тень же в ответ зашипела, потому что черная потрескавшаяся кора начала покрывать ее призрачную плоть.

«Мертвые человечки, – сказал мужчина с улыбкой Джошуа, – не боятся теней. Ведь тень – это то, что пляшет за нашими спинами, а мы любим идти вперед и редко оборачиваемся».

«Вы слишком недолговечны и слабы. Вы – листок в лесу, песчинка среди дюн. Вы ничто. А я пляшу за вашими спинами и смеюсь, потому что вас уже нет, хотя, казалось, вы были тут мгновение назад!»

«Но этот миг ты принадлежишь нам, – засмеялся мужчина с душой Джошуа. – А когда мертвый человечек упадет, ты упадешь с ним».

«Нет!»

«Да».

«Нет!» – закричала тень, мотая головой в надежде отогнать подступающую к призрачному подбородку кору.

Так они и остались стоять, держа друг друга за плечи, как заклятые приятели.

Джошуа подбежал к ним, чтобы помочь принцессе, но ее там уже не было, лишь россыпь фиалок играла на солнце самоцветами росы.

А потом две фигуры рассыпались в прах, а тень от темной башни накрыла мир, и роса на фиалках высохла навсегда.

– Мэтр, есть минутка?

– Да, конечно, вас что-то беспокоит?

– Проще сказать, что не беспокоит.

– Понимаю. Я и сам нахожу нашу ситуацию довольно нервирующей.

– Так и не скажешь. Вы настолько погрузились в работу…

– Исключительно для того, чтобы отвлечься. Раз момент позволяет, я решил упорядочить в уме несколько теорий.

– Касательно наших противников?

– Нет. Признаюсь, они не касаются нашей миссии ни в коей мере. Просто – легкая разминка для ума. Отвлекаться иногда очень полезно.

– Согласен. Жаль, не могу позволить себе подобную роскошь.

– Не стоит недооценивать возможности своего разума, друг мой. Зацикливаться на том, что не можешь изменить, бывает очень вредно для здоровья.

– Знаю-знаю, сейчас вы предложите подождать развития событий и действовать в свете этих самых событий.

Мэтр Гаренцворт оторвал взгляд от блокнота и пристально взглянул на Джошуа. Перо, лишившись мысленной поддержки, аккуратно легло в чернильницу и слегка повертелось, пока не нашло более удобное положение.

– Но если вы знаете, что я вам посоветую, тогда зачем тратить время на поиск этого совета? – спросил Рамил. – Разве чтобы получить подтверждение своих мыслей.

– И это тоже. Но на самом деле я хотел обсудить с вами вполне конкретную проблему. В узком чародейском кругу, так сказать. – Он оглянулся на скучающего у входа в библиотеку гвардейца.

– Не беспокойтесь, мой страж слегка туговат на ухо. Что странно, учитывая природу его поручения, но весьма удобно. Говорите свободно, хотя на высокие тона лучше все же не переходить.

– Хорошо. – Джошуа вздохнул, собираясь с мыслями. – Все дело в снах, мэтр. С каждым днем они все сильнее, все явственнее ощущаются и все больше воздействуют на меня. К тому же я заметил новую особенность: они стали изменяться. Двое участников всегда прежние – принцесса и тень, но третьи каждую ночь разные…

Когда он закончил говорить, мэтр Гаренцворт выглядел озабоченным.

– Удивлен, что вы так долго тянули с рассказом, мой друг. Хотя, думаю, я поступил бы так же, чтобы собрать как можно больше данных. Несомненно, ваши сны вещие, почти нет сомнения, что тень – это Призрак, а принцесса – принцесса. Но одним из худших свойств вещих снов является их неопределенность. Более того, их непривязанность к конкретному времени исполнения порой может свести с ума и более опытных предсказателей, чем мы с вами.

– То есть вы хотите сказать, что это может произойти не к исходу Ярмарочного месяца, когда все должно решиться?

– Нельзя исключать такую возможность. Но нельзя также забывать, что ваши сны еще и итог воздействия на вас враждебной силы. Таким образом, природа вещего сна, встречаясь с древней силой Призрака, может искажаться – вплоть до кардинально противоположной.

– Теперь вы говорите, что все, что я вижу, может не иметь вообще никакого смысла. Ваша мудрость, вы лишь усиливаете мое отчаяние!

– Мне искренне жаль, но мы с вами являемся посвященными и должны помнить, что природа волшебства никогда не дает нам точных ответов. Все, что мы знаем, может в иной миг оказаться тем, чего мы не знаем.

– В Цитадели меня учили совсем другому, и мэтр Ассантэ тоже.

– Я и без того не раз выражал пренебрежение к классической школе, чтобы сейчас повторяться, мой друг. Вы достаточно молоды и умны, чтобы самому в конце концов разобраться, какой путь волшебства подходит вам. Я лишь могу дать совет с высоты своего опыта.

– Хороший совет лишним не бывает.

– Классическая школа – это закосневшее и постепенно изживающее себя волшебство. Нашим предкам, прорывавшимся в новом мире, оно сослужило хорошую службу. Оно было четким, прямым и не терпело двоякого прочтения. Жесткость и несгибаемая сила позволили людям отобрать покинутые земли себе, такой же была и наша магия. Но мир стал другим. Последняя война это очень хорошо показала. Неприятие нового стоило нашему миру Летнего Древа и многочисленных бед. То, что сейчас подается как суровая необходимость, на самом деле было самой большой глупостью в человеческой истории. Мы должны были пойти на переговоры с летними эльфами, а не воевать с ними, – мэтр Гаренцворт замолк, углубившись в свои мысли. Перо поднялось со стола и, что-то чиркнув в блокноте, вернулось на место.