Гувернантка для чудовища - Тереза Тур

Я коснулась стены дома - камни отозвались тёплой волной магии. Дом - живой. Он слышит. Он дышит. Припала щекой к земляному полу - корни деревьев песни поют.

- Предупредите его - никакого отношения к спецслужбам я не имею, - мысленно попросила я - из глаз покатились слёзы, впитались в землю, коснулись души поместья, но.

Меня никто не слышал. Я это чувствовала. Из земли - там, куда упала слезинка, вырос росток горькой полыни. Я коснулась бархатных острых листочков и заплакала - а полынь-трава всё росла и росла. Горю моему это, конечно, не поможет, но спать на таком ковре будет мягче. Что ж, и на том спасибо.

В темнице стало холодно - ночь вступила в свои права. Я представила, как утром милорд, чудовище бессердечное, найдёт моё окоченевшее тело, и даже не вздохнёт.

- Учитель, это не так.

Слух уловил знакомый голос.

- Клайв! - заорала я, стараясь не обращать внимания на грызущего изнутри червя сомнения: наверняка ведь галлюцинации. - Клайв! Я здесь!

- Откуда вы знаете? - ядовито прошипел в ответ голос некромага. - Вашу обожаемую «малявку» могли завербовать! Девчонка сильная, если вообще в поместье приехала она.

«Клайв назвал меня «малявкой» при. этом?! Клайв! Клайв, нам надо поговорить! Слышишь?»

- Милорд, вы же не.

- Ничего я ей не сделал, - раздраженно ответил хозяин поместья. - Попугал немного. Не больше. Но. посмотри сюда!

- Быть того не может.

Голоса исчезли. Словно и в самом деле померещились. Я сидела в темноте, обхватив колени и стараясь не дышать. Любопытство всегда терзало меня больше, чем страх.

Клайв здесь? Что они нашли? И вообще... Я наверняка могу принести пользу, и...

Не выдержала - схватилась за магическую решётку, но тут же отлетела к противоположной стене. Полынь вмиг стала гуще - чтобы мне было не так больно. Вскочила, почувствовав заботу и поддержку - стало легче. Итак, сосредоточься! Подумай, что ты можешь сделать, чтобы выбраться отсюда и присоединиться к разговору некромагов?

Но тут же другая мысль охладила, словно росой обдала - «пользу» я уже принесла. Может, хватит?

Вздохнув, уселась в уголке темницы и стала ждать, пока милорд Ройсбург огласит приговор. Надеюсь, моя покорность его смягчит, и я уговорю его.

«Дать тебе второй шанс?!»

Внутренний голос самокритики и здравого смысла - это что-то новенькое для Абигаль Райя. Наверное, она начала взрослеть. С одной стороны, это хорошо. С другой - я просто сижу, сложа руки, а друг в беде!

Я стала прикидывать - что делать дальше? Так «делать», чтобы опять чего -нибудь не натворить и не испортить. Отчислят с позором из Академии? Хорошо, пусть. Не велика цена за спасение Клайва. Как бы там ни было, одно я знаю точно - обратно к родителям не вернусь ни за что!

Мысли прервало какое-то шуршание над головой - там, где сквозь прутья решётки виднелся кусочек ночного неба. Словно кошка крадётся.

- Кто здесь?

- Это я.

Магический светлячок разгорелся чуть ярче, и я увидела.

- Лиззи?!

- Ты приехала меня выследить? - хмурясь, спросило это зарёванное создание.

- Ну, конечно! Это же я потащила тебя в ту оранжерею? Я рассказала о том, как папочка сам отдал ключик на шнурке, чтобы доченька не потеряла? Объяснила, что оставила его в переднике. В кармашке! - резко ответила девчонке.

Я думала, что не злюсь на ребёнка и во всём виню только себя. Так обычно делают взрослые люди. Так вот - я себе льстила! Я готова была разорвать эту мерзавку! Обманула, а теперь явилась обвинять?!

- Прости, - неожиданно прошептали над головой. - Я. Вдруг там спрятано что-то, что поможет мне вспомнить?

Тишина. Лишь изредка - горькие всхлипы - полынь проросла сквозь прутья с той стороны и потянулась ко мне, серебрясь в лунном свете...

- Что вспомнить? Лиззи? Что ты хотела вспомнить?

Что бы не придумала эта девчонка - кажется, я опять в её власти. Сейчас лопну от любопытства!

- Я ничего не помню, - тихо шепчет Лиззи.

Мне показалось, её лицо вдруг стало. взрослым. Может быть потому, что я смотрю снизу-вверх, сквозь прутья окошка темницы?

- Как это - ничего не помнишь? - спрашиваю осторожно, стараясь не спугнуть.

- Только папу. Папу и этот дом.

- И. как давно ты здесь, Лиззи?

- С зимы.

- А до этого - ничего не помнишь?

- Нет. У меня ведь должна быть мама? Где она?

Ногти вонзились в ладони. Как же так? Мне и в голову не пришло, что здесь что -то не так, что ребёнок может страдать. Маленькая одарённая магически хулиганка, избалованная отцом, который души в ней не чает - я нарисовала себе эту картину, даже ни разу не задав такой простой вопрос, как. где мама?

Почему Лиззи ничего не помнит? И как это объясняет милорд Ройсбург?

Глаза девочки наливаются слезами, а у меня ком застрял в горле. Что мне делать? Как себя вести? Что, если она вновь мной манипулирует? Говорит ли она сейчас правду? Как же. Как же сложно с этими детьми! Я внезапно прониклась сочувствием к милорду. Он сам подвержен какому-то страшному проклятию, в котором не может разобраться, на руках у него - совершенно непредсказуемый сюрприз в образе крошки-магини, полукровки, которую нужно не просто растить и воспитывать, но и прятать от Совета, если он хочет спасти девчонке жизнь.

А тут ещё я на его голову! И вместо того, чтобы помочь.

Наверное, страшно - ничего не помнить, тем более, когда ты совсем ещё маленький человек.

- Я не знаю, Лиззи, - честно ответила, решив, что единственно правильный шаг сейчас -говорить искренне. - Обещаю, что буду учить тебя, помогать и защищать. Но у меня это просто не получится, если ты будешь врать. Понимаешь?

- Да. Понимаю, - губы поджала, покраснела, чёрные глазки бегают туда-сюда - плохо дело.

- Зачем ты полезла в оранжерею, Лиззи?

Сердце сжимается, хочется обнять эту маленькую лгунью, прижать к себе, сказать, что всё позади и всё будет хорошо, но... Смотрю строго, понимая, что однажды уже совершила ошибку, поставив себя на один уровень с ребёнком. Я - старше и сильнее. Лиззи должна увидеть во мне учителя. Должна мне верить и меня слушаться - ради её же безопасности. Так что эмоции прочь, Аби! Спину - прямо. Вдох - выдох. Взгляд - строгий.

Нельзя мне на те же грабли - понять бы, что с предыдущим заходом на садовый инструмент делать. Если меня выставят из поместья - никому я не помогу: ни себе, ни Клайву, ни девчонке ни. Ройсбургу

- Я, - девочка опускает голову - было видно - она что-то решила, и сейчас отчаянно борется с собой. - Я тебя проверяла...