Гувернантка для чудовища - Тереза Тур

Обедали весело - я, Лиззи и экономка. Жаркое было восхитительным. Я так устала и проголодалась, что не отказалась от кофе и блинчиков с вишнёвым джемом.

- Вишни - урожая прошлого года. Мы сами делаем джем, - не без гордости поделилась госпожа Фейр. - В вишнёвом джеме, Аби, самое главное - это.

- Я доела! - Лиззи вскочила, и в два прыжка оказалась рядом - обнимает мои колени и смотрит. прямо в глаза. - А ты? Доела?

- Почти, - ответила я, стараясь не смеяться.

- Отдохнула?

- Спасибо, Лиззи, - мы с экономкой теперь уже еле сдерживались вдвоём, уж очень трогательно читалось в глазах девочки желание пойти в сад. - Мне намного лучше. Можем отправиться в сад.

- Уррра-а-а!

- Лиззи! Девочка, нельзя так, - начала было экономка, но всё было напрасно.

Схватив меня за руку одной рукой, другой вцепившись в подол платья (боялась, что сбегу?) - маленькая хозяйка поместья изо всех тащила меня к двери в холл.

- Простите! - обернувшись, крикнула я госпоже Фейр. - В следующий раз обязательно расскажете про джем, мне очень, очень интересно, правда!

- Зовите, если понадобиться помощь, и постарайтесь быть с Лиззи строже. Она.

Почему надо быть строже с Лиззи, я так и не узнала, как и волшебный секрет очень вкусного вишнёвого джема. Неожиданно я поддалась настроению девочки - в сад мы неслись, держась за руки, с диким криком и неприлично задранными юбками!

Это не педагогично. Я знаю. Просто.

Я, наверное, слишком устала. Как -то всё разом навалилось. Братья Пфайферы с лучшими оранжереями столицы, к которым меня теперь и на метр не подпустят! Рухнувшие мечты

- и о блестящей практике, и о конкурсе. Потом эта страшная новость, от которой до сих пор щемит сердце - лучший друг в опасности. Смертельной опасности, а времени мало!

И вот я уже еду в глушь, подальше от столицы, в которую некогда так рвалась душа. Снова навевающие тоску поля и прочее не вдохновляющее «очарование» провинции. Воспоминания о наших «тёплых» отношениях с милордом Ройсбургом. Легенды об этом самом милорде - одна страшнее другой! Тайна поместья. Клятва...

И после всего этого - милый, почти семейный ужин с женщиной, которая не ждёт ни моего провала, ни моего позора, как сокурсницы и не вздыхает мне вслед (такая способная, трудолюбивая девочка - жаль, что безродная...), как преподаватели, а просто искренне рада моему приезду. Глаза ребёнка. Прекрасный, огромный, красивый и ухоженный сад - ну как не ошалеть от впечатлений после всех этих передряг?

Знай я, что милорд чёрной тенью в башенке особняка любуется на наши с Лиззи дурачества, вела бы себя по-другому, но что уж теперь?

Итак, мы с моей воспитанницей хохотали и валялись в траве. Вместо того, чтобы следить за внешним видом маленькой леди, я сама растрепалась и испачкалась в земле. Куда это годится?

- Пойдём в оранжереи, - решительно заявила Лиззи, окинув нас обеих критическим взглядом. - Потом скажем, что занимались растениями, увлеклись, и нужно переодеться! Но занятие, скажем, было очень это. Как его.

- Продуктивным и познавательным, - закончила я за неё, уже чуть не плача.

Замечательно! Я валяюсь в траве, а моя подопечная придумывает, как бы объяснить старшим, почему у её горе-гувернантки такой чудный вид? Нет. Это уже просто никуда не годится!

- Вставай, - я подобралась, отряхнула себя и девочку, как могла, пригладила нам обеим выбившиеся локоны, встала, взяла ребёнка за руку, и очень важным голосом громко произнесла. - Ну, Лиззи? Ты, кажется, хотела показать мне оранжереи в вашем саду, не так ли?