Сирота - Вера Чиркова

– Сожалею, – холодно прервала Кора мучения ученицы, – но никаких напитков крепче лимонада в «При-по» посетителям не подают. Нашими правилами запрещено принимать задания и договариваться с нетрезвыми клиентами.

– Ваш дон Ридзони вообще зверь, – возмутилась гостья и вдруг откинула розовую вуаль, – не могу через нее разговаривать, мне кажется, будто вы меня не слышите. Донна Кора, я желаю, чтобы вы устроили мне свидание с мужчиной.

Эксперт выжидающе смотрела на гостью и молчала.

– Деньги не имеют значения, но обстановка должна быть необычной. Берег моря… мой возлюбленный гуляет по песочку и вдруг видит тонущую девушку. Он бросается в воду, выносит меня на берег, и вот тут – самое главное! На берегу уже должен стоять шелковый шатер, а в нем ковры, подушки… ну, вы понимаете, восточный колорит… столик с фруктами, мороженым…

– Барвейское тридцатилетней выдержки с лимонным льдом, – невозмутимо подсказала Кора.

– И обязательно белый виноград, длинный такой… – обрадовалась донья, – без него Барвейское кажется слишком приторным.

– Боюсь, это невыполнимо, – сочувственно произнесла Кора, совершенно спокойно взирая на клиентку.

– Почему? – удивилась та, – я все продумала. В море я вхожу в амулете невидимости, и как только появляется мой спаситель – снимаю амулет.

– А он разворачивается и быстро идет в другую сторону, – печально вздохнула сваха, копаясь в своих записях.

– Почему? – Еще сильнее изумилась клиентка, и вдруг подозрительно прищурила глаза, – Вы сомневаетесь в благородстве моего любимого мужчины?

Ее миленькое личико с неестественно пушистыми ресницами и аквамариновыми глазами вмиг стало злобным и хищным, как у хорька.

– Ничуть! – Веско заявила Кора, – я абсолютно уверена в рассудительности, благородстве и смелости его высочества Астарда Третьего.

– Да?! – недоверчиво протянул хорек и превратился в смазливую донью, – тогда почему вы считаете, что Асти повернется назад?

– Потому что по нашим сведениям, – Кора зажгла над столом магическую лампу, высветившую широкий круг, разложила в нем свои бумаги и минуты две копалась в них, – одну секундочку, сейчас, сейчас, А! Вот оно. Так о чем мы говорили? О характере его высочества. Всем известно, как не любит принц менять собственные решения, убеждения и вкусы. А с подстроенных свиданий с вами, донья Эсвильда, он сбегал уже сорок шесть раз.

– Откуда вы столько насчитали? – коршуном ринулась на ее бумаги Эсвильда и без сопротивления получила в свое распоряжение длинный свиток, – посмотрим… А! Ну это же агентство «Рай-ша»! И еще какая-то мелочь… разве им сравниться с вами в этом вопросе! Все утверждают, что вы творите настоящие чудеса. А они нарядили меня в зеленое платье… вот он и ушел. Асти не любит зеленый цвет.

– Секундочку, – ловко выхватила у нее из рук свиток Кора, – вот тут, сбоку, справка. Вы встречали его в нарядах сорока различных цветов и фасонов. А кроме этого – в амазонке, костюме горничной, восточной танцовщицы, русалки, феи, и даже синей птицы.

– Как оказалось, все эти идеи были неверны изначально, – снова устроившись в кресле невозмутимо парировала Эсвильда, – В бальных платьях и маскарадных костюмах он меня видел прежде, а в купальном – еще нет.

– Видел, – упрямо возразила сваха, – и даже без костюма, когда агентство «Сча- все» десантом забросило вас в бассейн его высочества.

– То была тактическая ошибка, – не согласилась клиентка, – Асти настолько порядочен, что, едва заметив раздетую девушку, тотчас накрепко зажмурил глаза.

– Ну да, – печально вздохнула Кора, – и с зажмуренными глазами в одних исподниках бежал через весь сад к посту охраны.

– Теперь не убежит, – уверенно пообещала Эсвильда, – мне сшили такой сногсшибательный купальный костюм, от которого не сможет уйти ни один заклятый холостяк. Так на какое число назначим операцию «счастливое спасение»?

– Такие вопросы решает только хозяин агентства, поскольку придется привлекать мага и не менее десятка помощников. А дон Азхарт к сожалению сейчас в отъезде и когда вернется – никому не известно. – Кора смотрела с таким участием, словно на самом деле истово желала помочь клиентке поймать в сети принца.

Однако Миэль к этому моменту была убеждена в обратном, и почему-то ничуть не сочувствовала влюбленной донье.

– Донна Кора! – горько всхлипнула вдруг Эсвильда, – уговорите своего хозяина! Вы же лучший мастер! Вам он не откажет, а у меня это последняя надежда! Я ведь люблю Асти!

– Простите великодушно, ваша светлость, – возразила сваха, словно не замечая, как за спиной клиентки неслышно распахнулась дверь, и в проеме возникли двое хорошо одетых мужчин в магических масках, – но мне точно известно, что любовь добра и великодушна. Истинно любящие уважают своих избранников, их вкусы, мнение и выбор. Вы же признаете лишь себя, собственные прихоти и желания, а до чувств его высочества вам нет никакого дела. Вы вообще считаете их глупыми капризами, иначе давно бы оставили принца в покое.

– О чем вы говорите? – возмутилась клиентка и ее слезы вмиг высохли, – как это оставить? Кому? Этим гиенам, которые так и вьются возле Асти? Да с какой стати? Чем они лучше меня? Да ни одна не сравнится ни по знатности, ни по богатству! О красоте я уже не говорю! И туда же, в королевы!

– В принцессы, – поправила ее Кора, – вы торопите события.

– Это просто взгляд в будущее, – отмахнулась донна и деловито предложила, – я вам заплачу. Очень хорошо… поместье за рекой. Три квадратных мили фисташковых деревьев и огромный дом. Только сделайте так, чтобы он не успел сбежать.

– И вам не жаль принца? – печально вздохнула Кора.

– Я сделаю его счастливым… – Эсвильда вдруг насторожилась, потянула носом, как ищейка и резко оглянулась, – как… принца моего сердца… дона Антуро.

– Вот вы где, донья Сангро, – стремительно сделав несколько шагов, замер рядом с нею один из незнакомцев, – вам пора домой.

– Но я еще не поговорила со свахой… – по-детски надув губы, закапризничала она, – о сюрпризе для моего жениха.

– Позже, сейчас вас ждут, – мужчина вежливо, но непреклонно подал ей руку.

– Хорошо, – вдруг покорно согласилась она, вскочила с кресла и, протянув руку, бросила что-то на стол. Звякнув, на столешницу упал и пару раз перевернулся тяжелый перстень с камнем, – Это вам, донна Кора, за беседу.

Ее смазливое личико на краткий миг исказила злобная гримаска, но в следующий момент Эсвильда улыбалась так лучезарно, словно нежно обожала всех присутствующих. Миэль даже засомневалась было, не привиделась ли ей вспышка ненависти, но в тот же миг где-то внутри, под сердцем, неприятно скользнул холодок. Словно змея проползла.

– Пора, – суровый незнакомец решительно подхватил донью под руку, развернул и повел к двери, – вы заставили всех поволноваться.

– Но я имею право… – злое шипенье Эсвильды донеслось уже из коридора.