Дари Ласо - Ана Ховская

– Я не выдам тебя, защищу, но и не отпущу, пока не разберусь во всем. И помогу избежать наказания, если ты подчинишься мне и не станешь больше сбегать,– сухо добавил он.

– Какие у меня гарантии?– выпрямилась я, глядя прямо перед собой.

– Гарантии?!– удивился он, будто недоверие его слову – неслыханная дерзость.

Я просто молчала, ожидая следующей реакции. Командор склонился ко мне так резко, что я едва сдержалась, чтобы не отпрянуть от него. Подбородок задрожал, и зубы стукнулись друг о друга.

– Никто не смеет сомневаться в моих словах!– прошипел он, и внутри у меня похолодело.

– Я ловлю вас на слове,– дрожащим голосом произнесла я, как только он отвернулся.

– А ты… не смей мне больше лгать!

– Того, кто доверяет, обмануть легко, и я заплатила за это высокую цену… У меня ничего не останется, если вы не сдержите свое слово… И если вы такой принципиальный, прошу вас, дайте мне его… и я поверю вам,– смело проговорила я ему в затылок.

На секунду командор замер на месте.

– Я даю тебе его, Малых!– твердо ответил он и больше не повернулся. А затем тяжелыми твердыми шагами вышел из челнока.

Почему-то я поверила ему, хотя оснований не было. Ни одного. Я потерла запястье, за которое он тащил меня в челнок на Дантуре, и поморщилась. Будет синяк!

Я сделала шаг из челнока, но по телу разлилась такая слабость, что дальше не решилась идти. Пошатнувшись, я уперлась плечом в стену, отделявшую меня от входа в летный отсек, и медленно сползла по ней на пол.

Я просидела в летном отсеке около часа, пока не появился Сонд. Он не заговорил со мной. Просто поднял и отвел в каюту. Там я смыла липкий налет Дантура, переоделась в сменную форму и вышла на ужин.

На входе в столовый отсек на меня налетела Анекс и так тряхнула за плечи, что чуть дух не вышибла.

– Эй, Рыжая, ради Бохес, скажи, куда ты делась?!– возмутилась она.– Ты хоть знаешь, как я испугалась? Это же дикий народ!

– Прости, я…– виновато начала я, но вдруг за спиной услышала низкий ровный голос.

– За то, что вы с Тентаром нарушили мое указание, я еще спрошу,– произнес командор.– Но вот почему Рыжую оставили без присмотра в этом диком месте, выпорю тебя, Анекс!

Анекс медленно повернулась и вызывающе посмотрела на брата, но не посмела повысить тон, видимо, сознавая вину, и сдержанно проговорила:

– Ворг ни при чем. Мне нужна была бактерия,– и она покосилась на меня.– За то, что сделает Рыжая, и в этом ты сам скоро убедишься, я готова повторно пройти весь свой путь от рождения до этого момента…

В глазах Анекс отразилось столько решимости и одновременно мольбы. Я не представляла, о чем она говорит, но командор, похоже, понял. Он прищурился, а потом устало вздохнул и сказал:

– Я лично прослежу за вами обеими. А после ужина ты, Рыжая, зайдешь в командный отсек.

Я растянула губы в напряженной улыбке и кивнула.

Командор не удалился, а вошел в столовую. Мы с Анекс переглянулись, та скривила рожицу в спину брата и взяла меня под руку.

– Не пугай меня больше!– проворчала она, ведя к нашему столу.

– Извини,– прошептала я.– Я просто заблудилась, а командор нашел.

Командор оглянулся через плечо, вероятно, услышав наш разговор, и только с усмешкой повел бровью.

Я с изумлением заметила, что он присел за наш с Анекс столик, куда тут же подсел Сонд и Клайн Монтира. Никто не обратил на это внимания, только Митсуно высунулся из кухонного проема и спросил:

– Командор, вам сюда подавать ужин?

Тот коротко кивнул и как ни в чем не бывало заговорил с помощниками.

Я взяла свой поднос и устроилась на первое же свободное место у кухни. Несколько парней, сидевших за этим столом, удивленно переглянулись, а Анекс молча присоединилась ко мне.

– Чего уставились? Рыжую не видели?– сурово выдала я на древнем.

– Бунт на корабле?– подмигнула Анекс и беззвучно засмеялась.

Парни снова переглянулись и вернулись к своим тарелкам. Я и сама от себя не ожидала такой реакции, но нисколько не смутилась.

– Сегодня успеем заложить реактивы?– успокоившись, спросила Анекс, но в ее глазах плясало нетерпение.

– Я так устала,– откровенно поделилась я.– Эти дантурийцы и правда бешеный народ. Напугали меня до смерти. И потом, я не знаю, сколько буду говорить с командором.

– Тогда завтра с утра приступим,– проговорила Анекс тоном, не допускающим возражений.

Я лишь устало улыбнулась и оглянулась назад. Командор не сводил с меня глаз.

Командный отсек стойко ассоциировался со страхом, ложью и болью. Я вошла, как только открылись двери. Полумрак несколько разрядил напряжение.

– Проходи,– пригласил командор и указал на кресло у иллюминатора.

Я опустилась в него с облегчением: не придется сдерживать дрожь в коленях. Командор опустился в кресло напротив и положил локоть на панель управления.

– У меня несколько вопросов к тебе, Малых.

Я молча кивнула, глядя на его подбородок.

– Какую цель ты преследовала, когда бежала с Тоули?

Ничего выдумывать и тем более лгать не пришлось, но голос почему-то дрогнул:

– Я хотела попасть на МИС, в свободную от влияния хомони зону.

Командор медленно опустил глаза и снова поднял, мерно постукивая пальцем по поверхности панели управления.

– Ты волнуешься?

– Мне здесь очень неспокойно,– тяжело вздыхая, признала я.

– Ты в безопасности, не бойся. Мы просто поговорим… У тебя было разрешение Босгордов на вылет?

– Они не дали бы,– едва слышно ответила я, а в горле зацарапало от напряжения. Нужно быть осторожной: он начинает слишком глубоко копать.

– Наивно и глупо,– заключил командор и отвел глаза к иллюминатору.

– Может, и так!– с вызовом бросила я и вздернула подбородок.– Вы не можете осуждать меня за то, что я хотела спастись… Вряд ли вы знаете Босгорда так, как я…

– Увы, я знаю, на что способны хомони,– суровым голосом произнес он.

– Тогда почему этот хомони остается безнаказанным?!– вспыхнула я, повысив голос.

– Не в моей компетенции расследовать и решать судьбы гражданского населения,– тоже повысил голос командор, предупреждая этим, что с ним не позволено так говорить, и я притихла. Он продолжил:– Разрешения на вылет у тебя не было. Как ты оказалась на «Ган Римиузе»?

Я опустила глаза и стала царапать ногтями шов форменных брюк на бедре. Мне нечего было сказать. Я не придумывала ответов на такие вопросы.

– Можете пытать меня, но я не выдам тех, кто помог,– решительно заявила я и поднялась.