Рыжая - Ана Ховская

– С чем вы ко мне пожаловали?

– Вы тот, кто может беспрепятственно изменить историю на чипе контроля?– заговорила женщина, и голос ее не был воинственным, скорее, отчаянно нуждающейся в помощи.

Я нахмурилась.

«Хомони хочет исправить свою историю? Что же она натворила? Или это наживка?»

– Вы не ответили на вопрос,– сурово заявила я.

– Нужно восстановить историю гражданина…

– Вам?

– Нет…

– Как вы нашли меня?– прервала я, не желая слушать далее. С ней или другим хомони я уж точно работать не буду. Но выясню все, что вывело ее на нашу группу.

– Нелегко. Мне сказали, что у вас уникальные способности и вы не из альянса, поэтому это так важно для меня.

– Кто вы?

– Я не собираюсь раскрывать свою личность!– выпрямилась она.

– Вы пришли ко мне, не я!– вцепившись в подлокотники кресла, прогремела я.

– И речи быть не может!– гордо вздернула подбородок женщина.

– Я не работаю с анонимами,– жестко отказала я и потянулась к кнопке завершения связи. Не собираюсь так рисковать!

– Ты – дерзкий мальчишка, я заплачу тебе!– отчаянно воскликнула женщина и даже поднялась. Это замедлило меня.– Если бы у меня был выбор, я бы обратилась к другому…

– Я даже пожелаю вам успеха,– с издевкой усмехнулась я, но что-то удержало от завершения разговора.

– Сколько вы хотите?– смягчила тон она, но решительно придвинулась к экрану.

– Что, если я потребую вашу душу?– съязвила я.

– Если бы могла, отдала бы и ее,– зло проговорила она.– У меня нет времени. Только сегодня и завтра. Если бы это был хомони, то закон проявил бы снисхождение, но это человек… В альянсе не помогут…

Я прищурилась. Она прямо подтверждала слова Рига Кэйгарда: «У них нет тех прав, что у чистокровных».

– Какое мне дело до людей?– с полным безразличием произнесла я, чтобы услышать ее реакцию.

– Я не знаю, как это вышло, но если не вернуть истинную историю, пострадают многие семьи, в том числе и моя…

Это озадачило.

«Кто-то еще в альянсе занимается корректировкой истории? Надо дать наводку Тадеско… И почему хомони просит за человека?»

Но то, что она готова платить, искушало согласиться.

– Вижу, вы в отчаянии? Но я по-прежнему жду,– непреклонно произнесла я.

Через несколько секунд тишины экран прояснился, и на нем показалось лицо немолодой женщины. Эта хомони действительно была в разбитом состоянии: покрасневшие глаза, осунувшееся лицо, дрожащие губы, хоть она и старалась это скрыть под маской надменности. Было похоже, что она не лжет. Но мой сторожевой пунктик в голове тихо позванивал.

«Имя она может назвать любое, но фамильная печать выдаст правду и массу родственных связей»,– подумала я и взглянула на верхнюю часть плеча, где из-под рукава выглядывали серебристые завитки.

– Откройте печать!

Та, будто оскорбилась такой просьбе, возмущенно нахмурилась, пыталась прожечь экран взглядом, но потом демонстративно резко спустила рукав платья. Я отсканировала печать.

– Ожидайте…

Я быстро переключилась и набрала Бруда.

– Кого ты мне прислал? Она – хомони!– недовольно бросила я.

– Она? Вы просили платежеспособного клиента. Она согласилась платить без торга: сколько запросите, столько и даст.

– Сколько уровней проверки она прошла?

– Она вышла на нас через сто третий канал. Вы знаете, что у нас серьезная система защиты. Мы позаботились об этом еще до появления людей в альянсе. Никто не проходит и семи уровней. И я отослал ей браслет, как гарантию…

– Браслет? Тадеско принял мою идею такой страховки?– усмехнулась я.

– Мы давно его используем. А Сара синтезирует ваш нейротоксин.

– Это другое дело… Что ж, разберусь сама…

Я прикусила губу, что-то не давало покоя, но мне нужны были средства. Очень нужны!

«В конце концов я всегда могла найти выход. Стоит ли рискнуть и заиметь все, или все потерять? Вдруг это ловушка?»

Я снова вернулась к хомони и некоторое время рассматривала ее. Чувствовала, что хочу согласиться, но сейчас не могла отделить страх от разума. По печати хомони общая база альянса выдала имя, которое я никогда не слышала. Однако просмотрев всю информацию, обнаружила, что оно напрямую связано с членом высшего совета. Выходило, что это была сестра самого Нулана Бюен Сакатр Гарба – главнокомандующего военным флотом.

«Уж если она не побоялась раскрыть свою личность – это действительно отчаянная мера. Ни одна хомони не решилась бы выступить в качестве приманки и никогда не умоляла бы о помощи,– поморщилась я, глядя на сидящую передо мной женщину.– А эта едва сдерживается, чтобы не разрыдаться… Что же с тобой делать?»

– Не молчите!– сорвался ее голос.

– Почему вы не обратились к своим связям в высшем совете?

Женщина замерла и положила ладонь на грудь. Я видела, как дрожат ее пальцы, но она сдержанно покачала головой.

– Законы непреложны. Меня не пощадят, как и мою семью…

– Кто же их создал?– ядовито усмехнулась я.

Ее губы презрительно дернулись. К кому было это презрение: ко мне, к общим законам, к себе? Я не собиралась разбираться, ясно видела, что она хочет помочь какому-то человеку, которого, возможно, тоже презирает. Хомони волновала лишь семья. А значит, она сделает все, чтобы уберечь ее.

– Мои специалисты не работают в альянсе. Возьмусь, если вы доставите клиента в свободную зону. Он должен быть один.

– Это будет легко!– сразу согласилась она.

– Легко?– уточнила я и тут же добавила:– Если мой специалист пострадает, я узнаю об этом мгновенно. Запись нашего разговора уйдет в А-сеть альянса. Когда это станет известно общественности, никто не спасет от казни, верно? В том числе и самого главнокомандующего…

– Как вы грубы!

– Это всего лишь предупреждение. Но запись – не единственная страховка. Вы получили браслет?

Хомони настороженно подняла правую руку и показала запястье. Через частотный сигнал я убедилась, что это тот самый, активировала его, а затем выслала код и сумму для оплаты.

От вида суммы хомони тяжело сглотнула, прикрыла глаза и терпеливо выдохнула.

– Вы переведете кредиты по этому коду. Свой новый код сообщите клиенту. Как только сделка будет завершена, клиент сообщит мне код, я отправлю его на браслет. Кредиты будут автоматически переведены, а вы освободитесь от браслета. Ах да, я, кажется, не упомянул, что браслет ядовит?

– Что?!– побледнела женщина и схватилась за горло, будто уже умирала. Вот теперь она была в ужасе.