Невидимая библиотека - Женевьева Когман

Кай спросил:

– Простите, вампиров здесь считают нормальными членами общества?

– М-м, ну… – Доминик поднял указательный палец. – В том, чтобы быть вампиром или оборотнем, нет ничего незаконного. А вот нападать и убивать кого-нибудь ради удовлетворения потребностей вампира или оборотня… Однако большие деньги всегда помогают обойти правила. А у лорда Уиндема было много денег.

Ирэн кивнула.

– Итак, его убили во время приема в его собственном доме, и в это же самое время кто-то украл книгу?

– Появились новые подробности. – Доминик снова поднял палец. – В тот вечер видели, как из его дома бежала Женщина-Кошка, печально известная воровка. И хотя до сих пор за ней не числилось убийств, то, что она оказалась в особняке Уиндема в этот самый момент, кажется далеко не случайным совпадением.

Ирэн переспросила:

– Она бежала из его дома, так вы сказали?

– Очень необычным образом. С крыши дома перебралась на лестницу, которую ей спустили с пролетавшего мимо цеппелина.

– Как вы сказали? Цеппелина?!

– Да, цеппелины – одна из реалий этого мира. Цеппелины, лучи смерти (которые к счастью пока не работают тут в полную силу) и прочие орудия для уничтожения человечества. Кроме того, жители этой реальности освоили биомутацию, часовые механизмы, и используют электричество в лечебных целях…

Ирэн посмотрела на Кая. На его лице отразились жгучий интерес и восхищение.

– Я уже говорила, что терпеть не могу миры, зараженные хаосом, – проговорила она. – Теперь ты понимаешь почему.

– Но цеппелины – чистые аппараты, – возразил Кай. – В моем прежнем мире мы не могли позволить их себе из-за загрязнения, однако мне кажется, что они были бы великолепны. Высоко в небе, подгоняемые ветром, скользящие над миром, над раскинувшимися внизу сушей и морем…

– Зато падать высоко, – добавила Ирэн.

Кай молча посмотрел на нее.

– Прошу прощения, – повернулась она к Доминику. – Продолжайте. Расскажите об этой Женщине-Кошке.

– Ее зовут Бельфегора, – продолжил Доминик. – Это высокая, очень высокая женщина. Носит черный кожаный костюм с золотой маской.

– Как именно он выглядит?

– Свидетели обычно слишком заняты другими событиями, чтобы разглядывать этот костюм.

Ирэн вздохнула:

– Итак, нам придется иметь дело с гламурной грабительницей, разгуливающей в кожаном костюме черной кошки, и в свободное время расправляющейся с вампирами?

– Я поймаю ее! – воскликнул Кай.

Ирэн подняла бровь:

– А если я скажу, что не хочу, чтобы ты ловил ее?

– В самом деле?

– Контакты с гламурными воровками, а тем более с женщинами-кошками, добром не кончаются.

– Тебе приходилось встречаться с такими?

– Однажды, – проговорила Ирэн, надеясь, что не покраснеет.

– О, так вы и есть та самая Ирэн, – удивился Доминик. – Помню, Коппелия рассказывала мне о том случае. Но тогда, если я правильно помню, прямо посреди приема произошло…

Ирэн подняла руку.

– Давайте вернемся к нашему делу?

– Приятно видеть, что вы с таким энтузиазмом беретесь за него, – откликнулся Доминик. – Обычный младший Библиотекарь уже нырнул бы обратно в точку перехода, чтобы отказаться от задания. Но только не вы. Нет-нет, я вижу, вы полны решимости и рветесь в бой.

Он улыбнулся.

Ирэн глубоко вздохнула и ответила:

– Я вижу в этом вызов.

И черт меня побери, если я позволю Брадаманте отобрать у меня это дело.

Кай снова поднял руку:

– Можно вопрос?

– Слушаю вас, – отозвался Доминик.

– Нет ли у вас подборки материалов об этом мире, которую мы могли бы прочитать?

Доминик кивнул:

– У меня есть заметки о текущем положении дел, истории и географии этого мира. А также несколько свободных мужских и женских личностей для Библиотекарей, гостящих в этом мире. Я предоставлю вам их, а также выдам деньги на расходы. Мне очень интересно, что вы думаете об этом деле.

– Честно говоря, – сказала Ирэн, – оно кажется мне жутковатым.

– Честно говоря, – согласился Доминик, – так оно и есть.

Ирэн вздохнула:

– Итак, лорд Уиндем мертв, и с ним не поговоришь. Книгу предположительно украла Бельфегора, и… полагаю, это еще не все?

– Да, но осталось уже немного, – извиняющимся голосом произнес Доминик. – Все это случилось несколько дней назад, так что шум в газетах еще не стих. Так что предлагаю вам в качестве прикрытия…

– Хорошая мысль, – согласилась Ирэн. – А как здесь относятся к женщинам?

– В целом женщинам доступны все профессии, за исключением службы в армии. Женщины бывают даже инженерами, так что женщина-репортер не вызовет удивления, хотя нередко их вклад в журналистику ограничивается добычей материалов для светской хроники, и рубрик, посвященных скандалам.

– Магия здесь тоже существует?

– Не сама по себе, – проговорил Доминик, – хотя тут есть вампиры, оборотни, и прочие сверхъестественные создания. У меня есть теория о том, что причудливые технические достижения этого мира на самом деле результат структурной эволюции того, что в другом мире было бы магией. Но доказать этого я пока не могу.

Ирэн спросила:

– У вас есть какие-то соображения о том, почему драконы бездействуют?

Доминик фыркнул:

– Драконы не станут вмешиваться в дела этого мира, потому что в этом нет необходимости. Эта реальность поражена хаосом, однако в ней есть множество природных духов, которые, если позволите мне это выражение, жужжат во всех его уголках. Вот они, похоже, и уравновешивают воздействие хаоса. На мой взгляд, – продолжил он с энтузиазмом, – у нас есть все основания для масштабного исследования, чтобы понять, как высокий уровень магии реагирует на заражение хаосом. Природный порядок поддерживается странной техникой, порожденной странной наукой, и фиксируется сверхъестественными силами. Последние действуют через иерархическую структуру духов и фундаментальное укрепление…

– Но финансирования под это исследование вам получить не удалось? – сочувственно спросила Ирэн.

Поникнув, Доминик пробормотал:

– Обыватели и бюрократы, что с них возьмешь…

Кай спросил:

– Значит, теоретически, местные духи могут оказаться полезным источником информации? Последние пять лет я проторчал в Библиотеке, теорию я усвоил, но не знаю, как это работает на практике…

– Хорошая мысль, – кивнула Ирэн, но тут же заметила, что Доминик нахмурился. – В чем дело?