Ледяная пустыня - Майте Карранса

Меня тут же стали подталкивать к деревянной лестнице, которая вела на сцену. Впрочем, я не особенно нуждалась в поддержке. По непонятной причине я чувствовала себя очень уверенно, словно мной руководила чья-то незримая сила. Мне нравился мой костюм, и самой себе я казалась самой привлекательной и обаятельной.

Разумеется, я была обречена на триумф. Каждый мой шаг по сцене сопровождался бурными овациями, одобрительным свистом и топаньем. Чувствуя на себе взгляды сотен глаз, я совсем не смутилась и не испугалась, а наоборот — воспарила от успеха. Мне в голову ударило восхищение толпы, и я поняла, что такое «купаться в лучах славы».

Я чувствовала себя превосходно, но тут у меня начались неприятности.

Стоило спуститься со сцены, как меня окружила толпа народа.

Противнее других был один тип в костюме призрака, от которого мне было никак не отвязаться. Наверное, я ужасно понравилась этому привидению в рваном саване и с ржавой цепью на шее. Призрак уже изрядно выпил и вбил себе в голову, что мы обязательно должны покататься на его машине. Я отказывалась, но у него совсем съехала крыша, и он вцепился мне в руку. Из-за белого капюшона с дырками для глаз я не видела его лица.

На карнавале всегда так — маска скрывает все, но чаще всего неосознанно выбираешь именно тот костюм, который лучше всего выражает твою внутреннюю сущность…

Как бы то ни было, призрак пытался утащить меня с собой, а я изо всех сил сопротивлялась. Я вырывалась, отпихивала его и, кажется, даже укусила за руку, но ничего не помогало. Призрак был здоровым детиной двухметрового роста.

Не зная, как освободиться, я уже собиралась огреть его волшебной палочкой, что делать в общественных местах омниорам категорически запрещается, но перед таким отчаянным шагом во весь голос воззвала о помощи. Ни один человек не бросился мне на подмогу, но вокруг нас сразу возник круг любопытных. Я была поражена — неужели никто не вызволит меня из лап этого чудовища?!

И вдруг перед моим взором возник викинг.

— Отпусти ее, — сказал он призраку. — Она не хочет идти с тобой.

Я уставилась на своего спасителя во все глаза. Он был божественно красив — высокий, светловолосый, голубоглазый. У викинга была царственная осанка, в руках он держал меч и щит, а на его голове красовался украшенный грозными рогами шлем.

Властным жестом незнакомец отодвинул призрака в сторону, а когда тот попробовал сопротивляться, ударил его кулаком в грудь с такой силой, что негодяй отлетел к стенке.

Потом викинг взглянул мне в глаза и подал руку. У меня задрожали колени. Никогда прежде я не чувствовала ничего подобного. Мой спаситель весь светился каким-то внутренним светом, я не могла отвести от него глаз.

Стоило ему сжать мою руку в своей, как я почувствовала укол в сердце, и по моему телу разлился жар. В меня словно ударила молния. Время замедлило свой бег, перед глазами все поплыло. Свет показался мне непереносимым, а музыка — оглушительной. У меня подогнулись колени.

Это был страшный и прекрасный миг. В ушах зазвучала томительно-странная кельтская музыка, и вокруг нас словно образовался вакуум. Я не видела чужих потных лиц и переполненного зала, только лицо моего спасителя.

Внезапно я почувствовала, что лечу. Это мой герой сильными руками обнял меня за талию.

Я млела от его прикосновения, не обращая внимания на головную боль, и думала только о викинге и его стройном драккаре[14]с головой дракона на носу. Мысленным взором я видела, как под покровом ночи он бесшумно поднимается вверх по реке на борту своего корабля и при свете факелов штурмует неприступную крепость…

Викинг куда-то меня нес. Вокруг мерцали огоньки. Что это? Звезды? Он меня похитил? Это за мной он приплыл ночью на своем прекрасном корабле?

Кажется, викинг о чем-то меня спрашивал. До меня доносился звук его голоса, но я не разбирала слов среди грохота музыки и воплей тысяч людей вокруг.

Я уже собралась назвать ему свое имя, как вдруг мой спаситель поцеловал меня прямо в губы. Как только его уста коснулись моих, мир словно взорвался в ослепительной вспышке.

Я пришла в себя в полной уверенности, что меня посетило самое прекрасное на свете видение. Но, открыв глаза, тут же поймала на себе пристальный взгляд голубых глаз.

Я зажмурилась, а потом осторожно снова приоткрыла глаза. Нет, это было не видение. Меня действительно сжимал в объятиях прекрасный викинг. Он куда-то меня нес, прокладывая себе путь сквозь беснующуюся толпу.

Кажется, как последняя дура, я упала в обморок, и мой отважный герой решил вынести меня из шумного и душного зала.

— Как ты себя чувствуешь? — произнес он с легким иностранным акцентом.

Ко мне вернулся слух, и я прекрасно разобрала каждое произнесенное им слово, но вместо ответа затрепетала от наслаждения. Викинг держал меня на руках, и хотя я уже была в силах идти самостоятельно, не подала и виду, млея в кольце его объятий.

— Прекрасно, — пробормотала я наконец.

— Не думал, что богине Иштар[15]будет так хорошо в моих объятиях.

— Ты меня узнал? — поразилась я.

До того момента никто не сказал ни слова о моем вызывающем, украшенном вышитой змеей, костюме финикийской богини, облитых красной краской руках и прикрепленном к поясу атаме.

— А вот ты, кажется, меня не узнала, — подмигнул мне викинг.

— Разве ты не викинг? — полюбопытствовала я.

— Простой воин-берсерк?[16]Отнюдь! — покачал головой незнакомец.

— Но ведь у тебя же меч, щит и шлем! — настаивала я.

— Знаешь, в каком виде сражались берсерки?

— Нет. В каком?

— Голыми и в состоянии исступления. Они наедались галлюциногенных грибов и бросались на врага с почти пустыми руками.

— Так кто же ты?

— Я — царь богов. Викинги называли меня Одином. Германцы — Вотаном.[17]На их разных языках это имя имело одно значение — ярость.

— Ты — свирепый бог?