Мастер осенних листьев - Андрей Кокотюха

– На время исполнения работ, – сказал он.

– И моей ученице, – сказала мастер Мару.

– Конечно. Подойди, девочка.

Эльга поклонилась и подошла.

– Здравствуйте.

Эконом снова подышал на печать. У него было дряблое, спокойное лицо.

– Руку. На время исполнения работ.

Печать упала, и у Эльги появился второй оттиск. Камень на холме не выглядел как камень. Он больше напоминал огонек свечи. А ведь наверное, подумала девочка, где-то ходят мастера у которых все до локтей в печатях. Ну, если они много где работают.

– Теперь, – сказал энгавр, – мне бы хотелось услышать, что вам нужно.

Мастер Мару достала из сака узкую желтую травинку и сунула ее в рот.

– Первое. Мне нужно деревянное панно. Большое. С рамками размером в полпальца. И ставнями, чтобы их можно было закрыть на щеколду или на засов.

Энгавр слабо кивнул.

– Канлик, ты слышал?

– Я поручу плотникам, – сказал эконом.

– На какой площади должен идти дождь? – спросила Унисса.

– Где-то пять лиг в ширину, двенадцать в длину. Так мы точно охватим все поля и сады местечек до границы надела.

– Ясно. Таких же пропорций должно быть панно. Скажем, шести шагов на два с половиной. И еще мне нужна карта местности.

За стенкой несколько раз громко ударил молоток.

– О, Сафард-кузнец, брат Кияна! – Энгавр болезненно скривился. – Карта – это уже второе?

– Нет, это все еще первое. Второе: вы должны послать людей, чтобы они собрали мне листьев, цветов, стеблей с разных участков местности. Все это должно быть в мешках с бирками, чтобы невозможно было перепутать, где что собрано. В течение двух дней сделаете?

Энгавр с экономом обменялись взглядами.

– Да, – сказал эконом, – я организую. Позвольте вопрос?

– Да, господин Канлик.

– Как долго… Сколько времени займет ваша работа?

– Серьезно? Как только я получу панно и листья, я тут же и приступлю. По времени, я думаю, составление букета займет около трех недель. Может быть, прихвачу еще одну. Как раз третье: мне нужно тихое и просторное место, внутренний дворик или открытая терраса.

– На вершине холма есть беседка, – сказал энгавр. – Думаю, она вам подойдет.

– Она большая?

– О да! Кранцвейлер со всем семейством как-то пил в ней чай, любуясь видами.

Мастер Мару отставила стул.

– Хорошо. Значит, листья и панно доставьте туда. Я буду ждать в гостинице. Эльга, попрощайся с господами.

– До свиданья, – сказала Эльга.

– Прощай, девочка, – слабо улыбнувшись, сказал энгавр.

И Эльга его действительно больше не видела – он умер на второй неделе исполнения заказа.

Не два, а три дня они просидели в гостинице, и все это время мастер Мару занималась тем, что составляла букеты с изъяном, заставляя ученицу соображать, в чем он состоит. Когда появился посыльный, Эльга уже в трех случаях из пяти с первого раза определяла, где и какой лист необходимо заменить. Мастер считала это вполне сносным.

Но с холстом все еще ничего не получалось.

Человек от энгавра, поклонившись, на словах передал им, что панно собрано, а листья и трава в мешках ждут их в беседке.

Унисса не мешкала.

– Твоя задача, – сказала она Эльге, поднимающейся за ней по крутой лестнице на вершину холма, – сортировать, как я тебя учила. Мертвое от живого. Ясно?

– Да, мастер Мару.

– Я не знаю, чего они там собрали. Но здесь важен объем.

Солнце висело высоко, покусывая Эльге шею и плечи.

Утоптанная дорожка шла в обход огромного, черного цвета камня, треснувшего снизу посередине. Из трещины толчками выливалась вода и ныряла в глиняный желоб.

С вершины виделись и канал, извивающийся между квадратиками полей, и ровные черточки садов, и домики, и ниточки дорог, и силуэты далеких гор, и вообще все-все-все. Завороженная Эльга, наверное, могла бы неподвижно простоять и день, и два, душой впитывая красоту, открывающуюся с холма, но Унисса дернула за руку:

– Насмотришься еще.

Сидящий в беседке эконом встал при их появлении.

– Мастер Мару.

– Как здоровье энгавра? – спросила Унисса.

– Вчера было лучше.

– Я могла бы…

Эконом качнул головой.

– Он не хочет. Мы обсуждали с ним. Тем более на сколько вы смогли бы продлить его жизнь? На день? На неделю?

– Наверное, на две. Не больше.

– Он сказал: дождь важнее.

Унисса встряхнулась.

– Хорошо. Утром здесь должен быть завтрак. Вечером – ужин.

– Я уже подумал об этом, – сказал эконом.

Он отступил в сторону, открывая низкий столик, заставленный посудой с лепешками, овощами и сыром.

– Вода из ручья. Карта в тубусе. Панно вас устраивает?

Мастер Мару, наклонив голову, медленно подошла к плотно пригнанным деревянным плиткам, скрепленным по периметру тонкими смолистыми планками. Посмотрела, измерила шагами, встала на носки, едва не достав до верхнего края вытянутой рукой.

– Годится. – Она провела по поверхности ладонью. – Хорошо.

– Мы очень на вас надеемся, – сказал эконом.

– Я бы не взялась за то, чего не смогу сделать.

– Панно на подставке, его можно даже катить.

– Забавно. Господин Канлик…

– Да.

– Пожалуйста, на время работы ограничьте проход к вершине холма.

– Это само собой разумеется.

Когда эконом ушел, Унисса посадила Эльгу на скамейку и села рядом.

– Смотри.

Узор плыл по плиткам волнами, изгибами, чередуя светлые и темные полосы. С краю дрожало пятно солнечного света, и Эльге подумалось, что солнце, возможно, просто прилипло к смоле.

– Знаешь, – сказала мастер Мару, – такие заказы дают возможность сильно вырасти в мастерстве.

– Стать грандалем?

– Ну нет, кто тебе даст стать им так быстро! Но приблизиться…

Унисса мечтательно вздохнула.

– А вы уже знаете, что это будет за букет? – спросила Эльга.

– Думаю, да.

– Кто-то такое уже делал?

– Не уверена. Мастер Крисп во время моего ученичества не брался ни за что похожее. Но я чувствую, что могу.

– И букет будет вызывать дождь?