Двое из Холмогорья - Галина Львовна Романова

Небольшой монастырь Единого располагался в центре города. К нему примыкали помещение городской тюрьмы и ратуша, между которыми виднелся въезд на территорию монастыря. Сразу за воротами светлел большой храм Единого, на задах которого располагались все хозяйственные и жилые помещения монастыря, отделенные от храмовой площади массивной стеной, сложенной из белого камня, — здесь, у ступеней, совершались религиозные мистерии и показательные казни еретиков. Монастырская стена была невысокой, всего в полтора человеческих роста, но такой толстой, что в ней спокойно можно было замуровать не только человека, но и целого быка.

— Как красиво! — невольно вырвалось у Терри, когда они ступили на храмовый двор. — А у нас все из черного камня. Тоже красота, но тут намного светлее. А внутрь зайти можно? Посмотреть, как там и что?

Он кивнул на позолоченные ворота, покрытые многослойной чеканкой, и даже спешился, чтобы подняться по широким ступеням, но монахи тут же окружили его плотным кольцом. Двое выхватили из-под ряс жезлы с символами Единого.

— Вход с другой стороны, — объяснил третий. Четвертый принял повод коня, давая понять, что дальше молодому человеку придется идти пешком.

Терри кивнул и направился туда, куда ему указывали. Но не прошел и десяти шагов, как последовал новый приказ:

— Руки назад. Отдайте оружие.

— Понимаю, — вежливо согласился юноша. — К вам нельзя входить с оружием. Но при чем тут руки? Это что, обычай?

— Давай-давай! — мрачно буркнул один из монахов, а другой напрягся и забормотал молитву Единому.

У Терри отобрали меч и два стилета, сняли с пояса кинжал — точную копию того, который он подарил королевскому гонцу, — на всякий случай сняли кованые наручи — единственную часть доспеха, которую он надел, а потом завели руки назад и крепко связали.

Проделано это было так быстро и профессионально, что Терри опомнился только тогда, когда все было кончено.

— Это еще зачем? — удивился он, пытаясь вырваться. — Я и так могу дать честное слово, что ничего не буду трогать! Могу даже глаза за… ой!

На глаза ему в самом деле легла повязка, после чего молодого человека крепко взяли за локти.

— Давай шагай!

— Что происходит? — До Терри дошло: все идет не так, как хотелось бы. — Я арестован? За что? Я ничего не сделал! Даже в город въехать не успел… Ну хорошо-хорошо, успел, но я же ничего не делал! Я спешу в столицу! Меня ждет…

— Заткните ему рот! Скорее, пока он не начал колдовать!

Терри попробовал возмущаться, но ему в зубы без разговоров сунули кляп, после чего молодого человека куда-то поволокли, крепко держа под руки. По звуку шагов он мог догадаться, что они пересекли ровное пространство, потом, согнувшись, вошли в какую-то дверку и начали спускаться вниз по узким крутым ступенькам. Когда спуск кончился, какое-то время его вели по длинному коридору, в котором множилось вязкое эхо, было прохладно и пахло сыростью, плесенью, кровью и человеческими испражнениями. Всего этого было достаточно на практикуме по некромантии, и Терри слегка успокоился. Неужели и здесь есть черные маги?… Нет, он не чувствовал в эфире особой ауры, которая обычно присутствует в местах, где занимаются колдовством. Но место тут и без нее было недоброе…

Недоумевающего юношу втолкнули в какое-то гулкое помещение. Он сразу попал в чьи-то объятия. Незнакомец содрал с Терри верхнюю одежду. При этом ему пришлось развязать молодому человеку руки, и тот успел воспользовался этим и молниеносно стащил с глаз повязку. Вторым делом было избавиться от кляпа, но, едва он увидел, куда попал, забыл обо всем.

Это был подвал, битком набитый орудиями пыток. На возвышении стояли широкий стол и несколько стульев для членов суда, там должны были сидеть монахи, но пока никого не было. Руки ошеломленного Терибальда заломили назад, потом его подтащили к столбу, врытому посередине помещения, и прикрутили за локти так туго, что он не мог пошевелиться.

Палач заглянул юноше в глаза.

— Не вздумай колдовать! — произнес угрожающе. — А не то…

Перед самым лицом Терри очутился раскаленный добела прут. Даже на расстоянии от него разило жаром. Для острастки палач слегка коснулся им локтя пленника, и тот вздрогнул от боли.

— Это было предупреждение, — заявил палач. — Кстати, тут везде знаки Единого!

Несколько томительных минут Терри простоял один возле столба, чувствуя, как постепенно немеют связанные руки. Нет, для настоящего, дипломированного мага это не было преградой — даже в таком состоянии он мог колдовать, — но юноша медлил. Он надеялся, что все происходящее с ним — это недоразумение, что вскоре все разрешится само собой. Перед ним извинятся, вернут вещи и отпустят. В конце концов, он кузен короля и едет в столицу по важному делу!

Дверь распахнулась с негромким скрипом, впустив в помещение нескольких монахов. Судя по цветам ряс, это были высшие чины духовенства — все, кроме одного, низенького сутулого человечка, примостившегося сбоку и тотчас разложившего перед собой пергамента и чернильницы. Последними вошли палач и его помощник и встали по обе стороны от жертвы.

— Итак, помолимся, чтобы Единый Бог Небесный даровал нам мудрость и помог избежать ошибок и недоразумений! — громко провозгласил тот монах, который сидел в центре, и в подвале на минуту воцарилась благостная тишина. Все, кроме Терри, погрузились в молитву, закрыв глаза для лучшего сосредоточения. Прекрасный повод, чтобы удрать, если бы не прикрученные к столбу руки!