Прошедшее повелительное - Дейв Дункан

Эдвард видел храм в полумиле от места, где они стояли, а за ним ночной город.

– Я хочу домой. В Англию. Мы же воюем с Германией.

– Я слышала об этом. Ну что ж, мы проследим, чтобы вы попали домой. Да, у нас разногласия по поводу Освободителя, но раз ваш выбор таков, я уверена, Комитет пойдет вам навстречу.

Они поднялись еще выше и пошли по ровному полю. Оника направлялась к группе похожих на пальмы деревьев.

– Вы не объясните, что мы собираемся делать? – вежливо поинтересовался он.

– Я все думала, когда же вы начнете спрашивать. Я собираюсь на запад, в Ламеби. Надеюсь, что наш противник сбит с толку и откажется от погони. Отсюда мы сможем наблюдать за дорогой.

Роща пересекалась невысокой каменной стеной. Женщина уселась на нее и вытерла лицо, переводя дух.

– Возможно, нам придется ждать долго. Им придется возвращаться в город и искать себе скакунов.

– Каких скакунов? – Усаживаясь рядом с ней, он попытался представить себе скачки на драконах.

– Моа.

– А мне казалось, моа привыкают только к одному всаднику.

– В общем-то да, но я подозреваю, что Жнецы могут это как-то обойти. Или просто у них есть собственные моа.

Они сидели в тени, и теперь он мог разглядеть пыльную дорогу – основной тракт, пролегающий через Сусс. Дорога лежала всего в нескольких сотнях ярдов от них. В этот ночной час она была совершенно пуста. Сельский Суссленд мирно спал под тремя лунами, дававшими гораздо больше света, чем привычная Луна. Всего неделю назад он проходил по этой дороге вместе с Дольмом и Элиэль.

Он вновь повернулся сказать что-то юноше, сидевшему рядом с ним, но снова эта загадочная улыбка сбила его с толку.

– Скажите мне, что произошло после того, как Т’лин убежал от Жнецов?

– Я прибыл… – Эдвард поведал то, что смутно помнил сам, и то, что позже рассказала ему Элиэль.

– Хррмф! – произнесла она, когда он закончил. – Мы предполагали нечто похожее. Я отправилась на разведку. Приехала сюда вчера вечером, а тут все кишмя кишит Жнецами. Это навело меня на мысль, что вы, возможно, еще живы.

– Как вы меня нашли?

– Чистая случайность. Я увидела афишу, увидела Д’варда в списке актеров. Хорошо еще, что я сопоставила все факты раньше, чем ублюдки Зэца, идиот вы чертов.

Пора менять тему.

– Расскажите мне про Олимп.

– Это небольшое ответвление каньона. Их там сотни, конечно, но это место очень красиво. Мы стараемся сохранять его форпостом цивилизации – на самом деле это немного напоминает Ньягату.

– Вы были в Ньягате?

– Заглядывала туда с Джулианом в девятьсот втором. Видела тебя – серьезный такой мальчуган, загорелый, как каштан. Вполне можно было принять тебя за местного, если бы не твои голубые глаза. Ты будешь в Олимпе как дома. «Юнион Джек» мы на флагштоке не поднимаем, но переодеваемся к обеду.

Гм! На слух эта Служба чем-то похожа на миссионерское общество «Светоч» святоши Роли – тоже несет свет язычникам. Впрочем, отец поддерживал ее, значит, есть в ней что-то хорошее.

Он задал вопрос про драконов и получил в ответ целую лекцию об их привычках и достоинствах. Мезон оказалась просто тронутой на драконах. Если ей верить, то лучше верховых животных не найти во всей Вселенной. Элиэль тоже любила поговорить о драконах, хотя так ни разу и не удосужилась описать, на что они похожи. Когда Эдвард узнал про этих больших ящериц все, что хотел, он задал еще один, более актуальный вопрос:

– А что Джинуу? Почему сейчас нет бога отваги?

– Что вам известно о Большой Игре?

Конечно, он мог ответить: «Это означает борьбу Англии с Россией за контроль над Афганистаном и северо-западной границей, которая тянется уже больше ста лет», – и показаться полнейшим тупицей. В Вейлах происходило нечто похожее – противостояние между Джоалией и Таргией, которых он сравнивал про себя с античными Афинами и Спартой. А расположенный к северу от обоих Ниолленд отдаленно напоминал Коринф. Впрочем, Оника явно не это имела в виду.

– Ничего, – сказал он.

Оника фыркнула:

– Бессмертие несет с собой скуку. Пришельцы соревнуются друг с другом. На Земле пять основных сил, верно? Англия, Франция, Россия, Германия и Австрия. То же самое и в Вейлах, только здесь эти силы называются Висек, Карзон, Эльтиана, Астина и Тион.

Значит, команды все-таки носят разноцветную форму!

– Правда?

– Предлагаемая жрецами доктрина Пентатеона весьма приблизительна – Прародитель, Муж, Владычица, Дева и Юноша. Таковы роли, но актеры время от времени меняются. У каждого имеется группа поддержки – так называемые аватары. Они все пришельцы вроде нас – с Земли или из других миров. Внутри этих команд не прекращается закулисная игра, но по большей части Игра разыгрывается пятеркой. Они то и дело меняют союзников.

– Напоминает феодальную систему.

– Очень напоминает, – одобрительно кивнула Оника. – Особенно учитывая то, что все ложится на плечи крестьян, чье поклонение дает им ману. Так вот, два века назад Джинуу сменил покровителя. Он объявил, что теперь является аватарой Девы, а не Юноши – Джинуу Астина, не Джинуу Тион. Он повелел своим жрецам переодеться из желтого в синее, ну и так далее. Тион не собирался терять такой существенный урожай маны, поэтому воспротивился всеми силами. Обыкновенно Игра ведется по джентльменским правилам: туземцы являются дичью для всех, но пришелец, как правило, не нападает на другого пришельца Напрямую. Очень уж много маны теряется при этом. К тому же это может оказаться опасным, если неприятель обладает большей силой, чем вы ожидали. В сложившейся ситуации Тион повел себя недостойно, очень недостойно.

Эдвард покосился на юнца, с досадой пожавшего плечами. Тот не произнес еще ни слова, но, судя по реакции, понимал по-английски.

– Pour encourager les autres?[5]

Оника усмехнулась:

– Вот именно! С тех пор принадлежавший Джинуу узел остается незанятым. Для того чтобы найти предателю замену, Тион должен посетить другой мир. А он вряд ли пойдет на такой риск.

Крейтон говорил что-то про сложности с вербовкой.

– Он может послать помощника из своих аватар.

– Это делалось, но в таком случае у новых ребят могут возникнуть проблемы с лояльностью. Не так ли?

– Но когда сейчас люди молятся Джинуу, куда идет мана?

– По большей части пропадает зря. Если же они молятся Джинуу Тиону, часть ее достается Тиону. Если молятся Джинуу Астине – Деве.