Спектр - Сергей Лукьяненко

«Тот старичок – он говорил как наши взрослые, – заметиладевочка. – Может быть, и у вас есть люди, которые перестали думать, которымхватает рассудка?»

«Может быть», – согласился Мартин.

«А ты кого-нибудь любишь?»

Странный это был разговор. Маленький ресторанчик на чужойпланете, с посетителями, будто бы не замечающими Мартина. Собеседница – птенецЧужого. А тема разговора – разум и любовь. То, к чему всё и всегда сводится…

«Любил, – откровенно сказал Мартин. – Кажется, любил. Асейчас… – Он заколебался. И честно закончил: – Не знаю».

«Значит, любишь», – рассудила девочка.

Мартин улыбнулся.

«А ты днём спишь?»

«Последние тридцать лет – нет. – Мартин внимательнопосмотрел на девочку, хлопнул себя по лбу. – Я и впрямь дурак. Ты хочешьспать?»

«Мы спим днём. Пока маленькие», – призналась девочка.

«Идём. Тут недалеко».

Недалеко – это было смело сказано, но через полчаса ониподошли к гостинице. Мартин посмотрел вверх – солнце стояло ещё довольно высоконад горизонтом. Что ж, можно уложить девочку спать и потихоньку отправиться кдоброму полицейскому за информацией об Ирине.

Чувствуя себя не то Гумбертом Гумбертом, не то киллеромЛеоном из старого фильма, Мартин прошёл мимо портье, ведя девочку за руку.Ладошка в его руке казалась совсем человеческой, и даже лёгкое шуршание перьевперестало замечаться. Портье встретил их появление равнодушным взглядом, новсё-таки привлёк внимание тихим клёкотом и сказал:

«В вашем номере будет женщина».

«Девочка. Она из моей стаи», – мрачно ответил Мартин.

«Хорошо».

Только обнаружив дверь своего номера приоткрытой, Мартинпонял, что они с портье говорили о разных женщинах.

– Я тебя с утра… – начала Ирочка Полушкина, вскакивая сдиванчика. – Ой, это кто?

– Девочка, – обречённо ответил Мартин.

– Хорошо хоть, что не мальчик… – заключила Ирина,разглядывая их с явным удивлением. С чувством продекламировала: – К нам сегодняприходил межпланетный педофил, малолетних организмов он с собою приводил…

– Вторая строчка хромает, – сказал Мартин. – Ирина, не надоиздеваться. Я попал в дурацкую ситуацию.

– С тобой бывает… – всё ещё глядя на Мартина с сомнением,сказала Ира.

– Я спас этого птенца от смерти, – объяснил Мартин. – И позаконам Шеали её отдали мне!

– Вот как… – Ирина очень странно посмотрела на Мартина.Растерянно…

– Что-то не так?

– Всё так… – Девушка кивнула. – Всё правильно. Бедныйребёнок… – с той интонацией, которая совершенно однозначно отделяет девушек отженщин, пробормотала Ирина. – Маленькая… ты хоть накормил её?

«Это та женщина, которую ты любишь?» – простодушно спросиладевочка.

Простодушно ли? Мартину показалось, что в глазах птенцамелькнула лукавая искорка.

«Ой, прости, я не поздоровалась, не думала, что ты знаешьтуристический…» – быстро сказала Ирина. Мартин невольно улыбнулся. Всё-такинелепо выглядит разговор на жестовом.

«Знаю, я прошла через Врата в яйце. А ты тоже из нашейстаи?»

«Иногда», – покосившись на Мартина, сказала Ирина.

– Слушай, ты чего ей наговорил? Она же ещё ребёнок, ей летдесять – двенадцать по нашим меркам…

– Если я правильно понял, через пару лет с ней уже и непоговоришь, – запустил Мартин пробный шар.

– Да, они утрачивают разум примерно в этом возрасте, –кивнула Ира. – Я всё это уже выяснила…

Она вновь повернулась к девочке, спросила:

«Ты сыта? С тобой всё в порядке?»

«Да, Мартин накормил меня».

Имя девочка произнесла вслух. Очень похоже.

– Какая молодец… – умилилась Ирина. – Мартин, ну ты и влип…Представляешь, что за проблемы ждут тебя на Земле?

– Ну не оставлять же её среди этих безмозглых шеали?

Ира кивнула. Спросила девочку:

«Ты чего-нибудь хочешь сейчас?»

«Спать. Слишком много впечатлений. И ещё…» – Девочкапокосилась на Мартина и произнесла что-то, пряча от него руки.

«Идём», – беря девочку за плечо, сказала Ирина, и ониудалились в уборную.

Мартин вздохнул, сел на диванчик, достал фляжку. Сказалвслух:

– Я знаю, чем жизнь отличается от сказки. Дюймовочка илиБелоснежка ни разу не писали…

– Пошляк! – откликнулась через тонкую дверь Ирина. – Птенцампосле еды надо срыгнуть!

– Да, и Золушку не тошнило наутро после бала… – согласилсяМартин.

– Тебе нельзя доверять ребёнка! – гневно сказала Ирина,выводя девочку из санузла. – Пошляк… и алкоголик.

– Тебе коньяка оставить? – невинно спросил Мартин.

– Оставь! – скрываясь в спальне, отозвалась Ирина. – Инарежь лимон.

Мартин посмотрел на рюкзак – не похоже, что в нём копались.Откуда Ирина знала, что у него есть лимон?

Когда через десять минут Ирина вышла, тихонько притворив засобой дверь, всё уже было готово – коньяк налит в наиболее подходящие рюмочки,лимон нарезан, посыпан сахаром и кофе. На всякий случай Мартин достал ишоколадку – пошлость, конечно, закусывать коньяк шоколадом, но к женщинам надобыть снисходительным.

– Уснула, – тихо сказала Ира. – Ты её совсем замотал, думатьже надо!

– Я не орнитолог, – буркнул Мартин. – И детей у меня нет.

– И слава Богу, из тебя папаша, как…

– Как из тебя мамаша. – Мартин посмотрел на Ирину. – Ну, несердись. Я сам едва разум не потерял, когда мне вручили говорящего цыплёнка… Мыне о том говорим, Ира.

Девушка кивнула, села рядом. Заглянула Мартину в глаза. Испросила:

– Как я умерла?

– Тебя раздавил противоперегрузочный кокон. По команде амёбыПетеньки, которого ты сама попросила, – жёстко сказал Мартин.

Ирочка на миг закрыла глаза:

– Это я помню… Как я выглядела после, Мартин?

Мартин пожал плечами:

– Откуда мне знать? Я потерял сознание и очнулся уже напланете ключников. А они, знаешь, неразговорчивы.

– Слава Богу… – выдохнула Ира. На её лице и впрямь появилосьоблегчение.