Удача игрока - Джульет Э. Маккенна

– Чтобы их остановить, нужно в десять раз больше людей, чем у нас есть, – проворчал Грен.

– А кто защитит этих, если мы уведем всех, способных стоять на ногах и держать оружие? – Дарни исподлобья смотрел на детей, стариков и немощных.

– Это было бы законным использованием магии, – сказал Джилмартен.

– А ты не был бы полезнее в бою? – парировал Сорград. – Удар молнии в нужном месте мог бы причинить больше вреда, чем половина тормалинской когорты.

– Нам придется очень осторожно выбирать, где и как сражаться. – Дарни игнорировал эту пикировку. – От верной позиции зависит успех.

Грен наблюдал за крошечными фигурками, расходившимися от оратора.

– Не думаю, что он ухитрился поднять какой-либо дол целиком. Будь это настоящее войско, как в старых сагах, каждый фесс имел бы свой костер и свое знамя.

– Кто ж тогда идет за ним? – Я посмотрела внимательнее, пытаясь углядеть хоть какие-то различия в многоликой толпе.

– Изгнанники, те, кого выгнали за преступление, реальное или воображаемое, – иронично усмехнулся Сорград.

– Младшие сыновья с голодных земель, – подхватил Грен. – Сыновья тех, кто женился на девушках низин и лишился своих кровных прав.

– Зар, мне нужно, чтобы ты осмотрел все ближайшие долины, – сказал Дарни. – Надо узнать, все ли они вооружаются или это ограниченное восстание, поднятое тем Беловолосым.

– Нам-то какая разница? – раздраженно пробормотал Узара. – Их и так много, и все с мечами и направляются сюда.

– Не обязательно, – покачал головой Сорград. – Они могут направляться в Ущелье, а не сворачивать на юг, к нам.

– Тем больше оснований попытаться положить конец этому, и быстро. – Дарни посмотрел на Узару с плохо скрываемым нетерпением. – Посмотри чуть дальше своего носа, человек!

Это был разговор воинов. Но я не воин, никогда им не была и быть не хочу. С другой стороны, в очень редких, отчаянных случаях в первые годы моих скитаний голод заставлял меня прятаться в переулках с дубиной в руке и сердцем в пятках. Я всегда искала человека, который слишком неосторожно пьет и имеет при себе тугой кошелек, а затем шла за ним, чтобы лишить и чувств, и кошелька. На голову ниже любой потенциальной жертвы и вполовину ее легче, я не собиралась ни с кем состязаться в равном бою. Разбойник бьет по голове, а не по рукам.

– Что, если вы убьете их вожаков? – предложила я. – Ледяные островитяне, сражавшиеся в Келларине прошлым летом, сдались сразу, как только их командиры умерли.

– Тогда у эльетиммов меньше общего с Людьми Гор, чем они утверждают, – с презрением ответил Сорград. – Аниатиммы приучены выполнять работу вместо раненого товарища, будь то на рудниках, на установке капканов или в сражении с жителями низин в Ущелье.

– Однако они слишком внимательно прислушиваются к Красавчику, – рассуждал Грен. – Бьюсь об заклад, если он поймает стрелу в горло, у них появится пауза для размышлений. Толпа сильна, пока силен тот, кто ее сплачивает, Град, ты знаешь это.

– А как насчет Шелтий? – подкинула я новую идею. – Особенно если они используют эфирную магию, чтобы не дать своему войску разбежаться.

Сорград скорчил гримасу.

– Ты бы поменяла серебро на медь, моя девочка. За убийство Шелтий ты проживешь на горном склоне ровно столько, сколько потребуется воронам, чтобы найти тебя и выклевать твои глаза и печень. Убей Шелтию, и та армия выйдет на кровную месть.

– А Ледяной островитянин? – У меня засосало под ложечкой.

Дарни посмотрел на Сорграда.

– Верность крови распространяется на него? Ставлю полбогатства Хадрумала, что он – зачинщик этого зла.

– Даже если он прикидывается Шелтием, он не рожден ни в одном из долов на этой стороне океана, не говоря уже об Ущелье, – медленно ответил Сорград. – Это видно по его лицу и волосам. Вероятно, они постараются отомстить за его смерть, но я не думаю, что это будет считаться кровной обидой.

– Семья в горах – это все, – кивнул Грен. – Но этот нож – обоюдоострый: если у тебя нет семьи, ты – ничто.

– Так что, если мы уберем эльетиммского колдуна с весов? – упорствовала я. – Обычно Шелтий остаются нейтральными, мы это знаем. – Я нащупала ускользающую мысль. – Значит, нужно было приложить усилия, чтобы их расшевелить. Судя по тому, что мы видели в фессе Хачал, Шелтий считают себя петухами на навозной куче, и простой горец не смог бы их зажечь. Остается только этот колдун, верно?

– Он вполне может быть ключевым звеном в цепи. – Сорград повеселел. – Стоит поглядеть, что произойдет, если мы это звено порвем.

– Значит, мы втроем поднимемся в горы и разберемся с ним, – заключил Грен. – А тем временем ты, Дарни, приведешь этот Народ в форму и не дашь армии нашего Красавчика еще глубже влезть в беду.

– Я бы определенно ухватился за любую идею, которая предлагает кратчайший путь через это, – пробормотал Дарни. – У меня нет бойцов для настоящего сражения.

– Простите, но я не могу с этим согласиться.

Все воззрились на Узару, и маг покраснел.

– Сорград нужен мне здесь, – упрямо заявил он и поднялся, оставив свою магию без внимания. – Планир сказал, что я должен использовать свои силы вместе с Джилмартеном и еще каким-нибудь магом, которого удастся найти здесь, на месте.

– Я не маг, и ни ты, ни твой Верховный не имеете на меня никаких прав, – невозмутимо ответил Сорград.

– Я понимаю, ты не мог познать свой магический потенциал, учитывая твое происхождение и воспитание, – продолжал Узара, игнорируя ответ Сорграда, – но мы можем натаскать тебя, даже необученного, в нескольких простых заклинаниях.

– Нет, – сказал горец.

Узара уставился на него.

– Что ты имеешь в виду?

– Я неясно выразился? – Глаза Сорграда излучали холод. – Нет.

– Сейчас не время упрямиться, человек. Ты урожденный маг! – рассердился Узара. – Твой долг – использовать свою магию, и я не могу представить себе более подходящего момента для принятия ответственного решения!

– Я никому ничего не должен, – с презрением отчеканил Сорград. – Я не отвечаю за случайность моего рождения, так же, как ты – за потерю своих волос. Я верен моей крови и моим друзьям.

– Даже если из-за твоего упрямства эти люди погибнут, – горячился Узара, – в то время как твое сотрудничество могло бы их спасти?

Грен шевельнулся, и я бросила на него упреждающий взгляд. У меня была одна руна, способная переломить ход игры.

– Что именно сказал Планир?

Маг на минуту растерялся, когда я потребовала его внимания, встав между ним и Сорградом. Это был не самый благоразумный шаг, но кто-то должен был прекратить этот спор, грозивший вылиться в потасовку.

– Я спросил, что мне следует делать, так как поблизости нет других магов, кроме Джилмартена и меня, – раздраженно ответил Узара. – Планир сказал, чтобы я не был в этом так уверен, и затем разорвал связь. Должно быть, он имел в виду Сорграда, вот и все.