Дари Ласо - Ана Ховская

– Хорошо,– облегченно вздохнула я.

Анекс застегнула мундир и на выходе столкнулась с Сондом.

– Ты готова?– спросил он.

– Ты тоже летишь?

– Да, вместо Форба.

Анекс недовольно вздохнула и кивнула. Они вышли, а я оставила все свои занятия и пошла переодеваться к тренировке.

Войдя в зал тренировок последней, я заметила Нильса и быстро прошла к нему. Монтира начал занятие. Я знала слишком мало, чтобы полноценно отрабатывать боевые приемы, и Нильс показал несколько легких ударов по болевым точкам. А чтобы я никого не отвлекала и меня никто не поранил, Монтира отправил тренироваться на учебных снарядах. Периодически он подходил и указывал на ошибки и сам показывал прием. Это и напрягало, и заряжало одновременно.

Я так увлеклась работой со снарядом, что не заметила, как тренировка закончилась, и почти все покинули зал. Отдышавшись и утерев лоб майкой, я наклонилась к своим конверсам: никак не могла привыкнуть ходить босиком по металлу. Присев на покрытие и начав завязывать шнурки, я краем глаза заметила, что кто-то стоит неподалеку и пристально наблюдает. Я медленно подняла голову и увидела огненно-алый взгляд одного из членов команды, который занимался в этой группе – Садр Мелах Бешут Харкон – инженер по навигации. Единственный, с кем никогда не шутила Анекс, а поддерживала лишь должные кодексу отношения.

Я прищурилась от напряжения, чтобы выдержать его странно-изучающий взгляд, но не опустила головы.

– Ты ведь не курсант, так? И близко к академии не стояла?– вдруг заговорил он, делая медленные шаги ко мне.

Внутри дрогнуло от испуга и предчувствия опасности.

– Я не курсант военной академии – это вы верно заметили, но я микробиолог, назначенный на «Ган Римиуз»,– как можно увереннее выдала я. Смотреть на него было неприятно и даже страшно, казалось, что свечение глаз не такое, как у всех хомони на корабле, а будто живой огонь, способный вырваться и опалить. Но я упрямо заставляла себя смотреть прямо ему в лицо.

– Тогда, наверно, ты в курсе наших маленьких традиций?– обходя вокруг, с подозрительно довольной усмешкой спросил он.

– На всех кораблях свои порядки, что вы имеете в виду?– не давая ему возможности надолго оставаться вне поля зрения, оглянулась я.

– А то, что у каждого новенького есть свой наставник,– Садр неожиданно наклонился, и от его елейного голоса и неприятного дыхания, мурашки поползли по спине.– Хочешь, я буду твоим, Рыжая?

Мгновенное осознание неотвратимости того момента, когда тебя покидает удача и все последующее зависит от конкретного решения прямо сейчас, вышибло воздух из легких. А когда вдруг холодные липкие пальцы Садра оказались на шее, почти на линии волос и чипа, я содрогнулась от той картины, что живо предстала перед глазами, и испуганно вскочила на ноги, оторвавшись от хомони. Я понимала, что резкость и грубость сейчас не помогут, как и уговоры или просьбы, но не могла допустить, чтобы он ещё раз коснулся меня. Набрав воздуха и стараясь сдержать дрожь в голосе, я проговорила:

– У меня уже есть наставник.

– Кто? Анекс?– хохотнул тот.– Да что она может тебе дать? Она же выродок в своей семье.

Я бросила на него яростный взгляд, будто хотела взорвать со всеми потрохами, но не осмелилась послать его куда подальше. И за Анекс я тоже оскорбилась.

– В других наставниках я не нуждаюсь!– твёрже сказала я.

Глаза Садра стали двумя горящими щелками, а лицо скривилось в недовольной гримасе. Он резко отступил на шаг, выкинул одну руку вперед и быстро набрал что-то на панели коммуникатора. В тот же миг я ощутила такое невыносимое жжение в шее, что не смогла устоять и упала на колени. Нестерпимая боль сковала плечи, грудь так, что стало невозможно дышать и даже поднять руки, а затем она начала спускаться вниз по телу.

– Ну что, теперь ты понимаешь, кто здесь сильнее?– выплюнул Садр, наклоняясь все ближе.

Боль пригнула к полу, я уже не чувствовала шеи и застонала во весь голос.

– Прекратить!– громыхнул голос со стороны двери.

Садр тут же отступил, и боль в теле тоже. Сознание прояснилось. Я несколько раз судорожно вдохнула и заморгала от выступивших слез, мешавших видеть, что происходит вокруг.

– Что здесь происходит?– поинтересовался Рузард таким обыденным тоном, будто это было обычным развлечением на корабле, и медленно приблизился.

– Командор, она не выполнила приказ,– отчитался Садр уже совсем другим тоном. Придушила бы его за вранье!

– Что ты не сделала?– спросил Рузард, а я увидела перед собой его начищенные ботинки.– Встань, когда с тобой разговаривает командор!

Я едва поднялась, все еще боясь вздохнуть в полную силу, и сквозь челку покосилась на руки Садра. Он сжимал пальцы в кулаки. Я сжала губы, но промолчала. Ведь если скажу, он отомстит при первой же возможности. А у меня не будет права постоять за себя: он выше рангом, да и физически я слабее.

– Так чего она не сделала?– обратился командор к подчиненному, когда я не произнесла ни слова.

– Я сам с ней разберусь, командор,– ответил тот.

– Садр, ты ведь прекрасно знаешь, что разборки на моем корабле только с моего разрешения? И она не твоя подопечная…

Тот нехотя кивнул командору и отступил на шаг, соблюдая субординацию.

– Сама ответишь или мне наказать тебя?– не отстал Рузард и вновь повернулся ко мне.

Я бросила испуганный взгляд на них обоих и отшатнулась, вспомнив дикую боль в шее, но так и не смогла раскрыть рта. Что бы я сейчас ни сказала – все будет против меня.

Командор некоторое время молча изучал меня взглядом, а потом вдруг недовольно произнес на древнем:

– Опять за свое, Садр? Кто дал тебе право взламывать ее чип?

«Взламывать чип? Значит, и такое возможно?»– округлила глаза я.

– Ничего подобного не было, командор. Просто эта… была невежлива со мной,– сказал Садр, а я расслышала в его голосе призрение и обещание взять свое при случае.

«Меня зовут Дари Ласо!.. То есть Рыжая, гнусный урод!..»

– Наказывать курсанта за несоблюдение субординации – обязанность помощника Херита или офицера Рузард,– резко проговорил командор, а когда я мельком посмотрела на его руки, то увидела, как он ввел команду на коммуникаторе.– Я делаю тебе официальное предупреждение…

Внутри вспыхнул мстительный огонек. От болевых ощущений в теле не осталось и следа.

– Можешь идти!– приказал командор Садру. Тот сверкнул глазами в мою сторону и быстро покинул тренировочный зал.– А ты,– вдруг обратился ко мне командор, и я замерла в еще большем предчувствии опасности,– летишь со мной на Гану. Исполнишь свои женские обязанности.

Я бросила испуганно-вопросительный взгляд на командора, начиная с ужасом осознавать, что выбравшись из одной ловушки, попала в другую. Уж не знаю, что командор увидел в моих глазах: то ли страх, то ли полное отчаяние, но вдруг развеселился и проговорил: