На крыльях демона - Карина Хэлли

Я посмотрела на Аду.

— Что случилось?

— Все, как она и сказала. Шэй и Эш рассказали, что нашли тебя на полу. Ты была без сознания. Они сказали… что вокруг тебя была кровь.

— О, нет, — я закрыла глаза. Не хотелось, чтобы они видели меня такой.

— Перри, радуйся, что ты жива, — сказала она.

— Как я могла быть беременна? — спросил я, хотя это становилось все логичнее. Это объясняло многое из происходящего.

— Знаю, — сказала она. — Я подумала об этом прошлой ночью, но не хотела говорить при маме. Она не знает, что ты спала с Дексом. Точнее, не знала.

— О боже.

— Ага, она теперь знает. И папа.

— Блин.

— Они оба, наверное, хотят его убить. Сильнее, чем раньше.

Удивительно, но я не ненавидела Декса из-за этого. Это была и моя вина. Мы не использовали презерватив. У меня была эта мысль, но я решила ее не слушать и справиться с последствиями потом. Вот они и были. Я не сохранила ребенка, но результат был одинаковым. Я осталась с опустошенным телом и угрызениями совести.

— Перри, милая, — сказала мама, войдя в комнату. Ее лицо было полно тревоги. Но, хоть она выглядела встревоженной, я уловила долю разочарования. Когда все наладится с моим состоянием, у меня будут УЖАСНЫЕ проблемы с ней и отцом.

— Привет, мам, — тихо поприветствовала ее я. Я вдруг сильно смутилась.

Она склонилась и поцеловала мой лоб, от нее пахло духами с туберозой. Разве в больницу можно было приходить с запахами?

Я хотела быть сильной и упрямой, но, увидев в ее глазах, как она расстроена, я сдалась.

— Мне очень жаль, мам.

— Все хорошо. Поговорим об этом позже, — сказала она, прогоняя из голоса раздражение. — Важно, что ты будешь в порядке. Все прекратится.

— У нее могут продолжаться боли и кровотечения еще несколько недель, — вмешался в разговор мужской голос.

Я подняла голову, чтобы увидеть нового посетителя, и застыла от паники и шока.

Это был доктор из сна, я видела его во время операции.

Он замер у моей кровати, не отреагировав на мою реакцию, а я не скрывала ужаса. Он даже улыбнулся.

— Рад встретить вас в более подходящих обстоятельствах, — сказал он. — Я — доктор Каин.

Конечно. Я посмотрела на маму с Адой, чтобы понять, ощущают ли они, что что-то не так. Я не понимала. Они не были испуганы.

— Что такое? — спросила у меня мама.

Я лишь покачала головой и посмотрела со страхом на доктора Каина.

— Она в порядке, — сказал он. — Но я ее явно пугаю. Ты меня помнишь, да, Перри?

Я не могла подобрать слова и просто кивнула. Я заметила, что с силой сжимаю ладонь Ады. Она тихо айкнула.

Он посмотрел на мою маму такими же добрыми глазами, как было в коридоре, когда он был с девушкой-демоном.

— Такое бывает, если пациент просыпается во время операции.

— Я так и думала, — ответила мама. — Бедняжка, стоило понять, сколько анестезии ей нужно дать.

— Случай был сложным. Мы думали, что угадали. Но Перри была в состоянии сна. Это ее потрясло, но она не чувствовала боли.

Я успокоилась достаточно, чтобы сузить глаза. Откуда он знал? Я помнила немного боли. Его глаза были добрыми, но не могли обмануть меня.

— Мы оставим ее на ночь, — продолжил он. — Она попала сюда при необычных обстоятельствах. Но, хоть и могут последовать боли и кровотечение, она будет в порядке. Мы дадим ей немного лекарств, и ей лучше побыть дома, в кровати еще несколько дней.

Доктор отдавал и другие указания нам, но кошмар ситуации спутал мои мысли, приглушил их, и мои глаза медленно закрылись.

* * *

Когда я проснулась, я была одна. Маленькая палата без окон была ужасно темной, свет исходил только от разных машин вокруг моей кровати. Я не была соединена с ними, только с капельницей, но они светились и гудели.

Во рту было хуже, чем в Сахаре, я провела языком по губам, и это было встречей наждачной бумаги и треснувшего бетона. Я хотела пить, хотела этого сейчас, но не знала, как вызвать медсестру. Я думала, что рядом будет Ада или родители, их отсутствие немного обижало. Я не была в опасности, но прошла через ужас. Мне было сложно даже все осознать.

Я прижала ладонь к животу, пока не стало больно. Неужели я набрала вес из-за беременности? Боль и перепады настроения? Глупо, что я так долго игнорировала симптомы, отгоняла мысль, потому что у меня были месячные. Казалось бы, я знала больше 14-летней девочки, но на деле вышло иначе.

Я осторожно села, игла капельницы впилась в вену сильнее. Машина рядом со мной трижды пикнула, звуча зловеще в темноте. Я смотрела на нее, не зная, что она отслеживает, свет мигал, меняясь между красным и желтым.

Свет падал на стены, я подумывала выйти в коридор. Капельницу придется взять с собой, но так я хоть смогу получить воды и, может, найду семью. Они бы не бросили меня на ночь, они вредничали, но не были плохими.

Свесив ноги с кровати, я осторожно опустила их, пока стопы не встретились с холодным линолеумом. Боль пронзила все внутри, между ног становилось все влажнее. Я опустила ладонь и ощупала. Я была словно в подгузнике, все тело ощущалось смутно, от головы до низа. Я глубоко вдохнула, пытаясь добиться четкости. Я схватилась за капельницу рукой, другой проверила, что тонкая больничная сорочка не раскрывала мое тело миру, и осторожно пошла к двери.

Я открыла ее с трудом, она была тяжелее, чем я ожидала, и выглянула в коридор с резким освещением. Я быстро моргала. Казалось, я делала что-то запрещенное, хотя не было правил, не позволяющих вставать с кровати. Я ведь не сбегала.

Удивительно, но в коридоре никого не было, только было слышно стук капель. Мне стало интересно, который час. Обычно в больницах было людно.

Я пошла по коридору, кривясь от скрипа капельницы, звук эхом разносился вокруг меня. Все двери были закрытыми, темными и тихими. Я словно шла по склепу, где не было движения, людей, это меня пугало. Холодок пробежал по спине, словно капельница впилась мне в шею, и я замерла.

Впереди, в конце коридора, послышался шорох, словно медленный неуверенные шаги раненого старика. Я ждала, задержав дыхание.

Пожилая женщина вышла из-за угла. Она была в такой же сорочке, тоже держала капельницу бледными руками. Ее лицо было букетом ярких красок: красные губы, густой румянец от носа до виска, яркие зеленые тени, которые было плохо видно из-за складок ее век.

Жуткая клоунесса.

Я прилипла к полу, не могла двигаться или отвести от нее взгляд. Она медленно шла ко мне, но не смотрела на меня. Хотя вид ее был зловещим, я была даже рада ей. Прошло много времени, и мой язык начал двигаться. Я знала, что у меня к ней много вопросов.