Шокотерапия - Александра Александровна Сергеева

Сама она тоже выбрала для перса навороченную расу кибров. Но предпочла махать железом в роли бойца. И тело выбрала соответствующее. Хотя с такой грудью, по мнению Таши, и руки-то свести вместо не выйдет — не то, что размахнуться мечом. А всякие там автоматы с гранатомётами в этом мире давно не водятся. Так что даже кибры воюют по старинке мечами с прочим колюще-режущим.

Правда, по сценарию у людей-роботов остался доступ к неисчислимым складам обмундирования и военного снаряжения: малым и большим. За которыми кибры охотятся по всем локациям. Отчего и выглядят приверженцами футуристической моды. Даже те, кому ещё только предстоит покинуть ясли.

— Не умничай, — осадил кибру её соплеменник с ником Рус-Тунгус.

Класс: системник. Причём, координатор, как Игорь. Но пока девятого уровня. Зато успел заработать на новенький серый комбез, пригодный аж до двадцатого уровня. И такие же берцы на тракторной подошве. Не говоря о паре мечей, рукояти которых торчали из-за спины.

Комбез ЛиМонки больше напоминал снарягу садо-мазо из секс шопа. Однако его могли носить даже игроки двадцать пятого уровня. Не просто барахло для выпендрёжа: у комбинезона весьма солидная прибавка к защите от ударов — внимательно рассмотрела его Таша. Что странно: он прикрывал хорошо, если половину тела. Даже на штанах фигурные вырезы.

— Красота страшная штука, — она с вежливой иронией окинула взглядом необычную снарягу и машинально обернулась.

Её преследователи были уже шагах в тридцати. Но затеянная ими погоня явно пробуксовывала. Мутанты медленно подкрадывались, ожидая, когда девятиуровневые кибры отойдут. Щупов те, конечно, недолюбливают. Однако расовые тёрки заставляли защищать даже таких поганок — дело принципа.

Немудрено, что ЛиМонка при виде мутантов нахмурилась. И положила руку на висящий сбоку арбалет:

— Тунгус, у этих тварей к нам какое-то дело.

— Ты наступила им на хвост? — поинтересовался тот у щупа.

— Ещё и оттопталась на нём, — со вздохом призналась Таша, косясь на угол халупы, рядом с которым торчал пенёк для рубки дров.

С него удобно запрыгнуть на крышу. А потом…

— Такая мелкая? — удивилась ЛиМонка, щурясь на мявшуюся посреди дороги парочку: — Эй вы, уроды! Хотите П на Т?! Без проблем! Встречу у выхода из яслей!

На сленге это означало: хотите полетать на точку возрождения? То есть сдохнуть.

ПК благоразумно отступили. Даже не облаяли наглую девку. Но душа Пупырчатого не перенесла унижения. И напоследок он многозначительно проквакал, таращась на Ташу:

— Ещё встретимся!

— Тебе нужно поднять уровень, — внезапно командным тоном заявил Тунгус, не сводя взгляда с щупа. — Ты идёшь с нами охотиться. Мы как раз взяли у деревенских задание: погеноцидить шакалов. С нами поднимешься уровня до шестого. А, может, и до седьмого. Как пойдёт.

— Ты такой добрый? — насторожилась она. — Или это я такая сексапильная?

Игорь предупреждал, чтобы слишком доверчивая жёнушка поменьше верила первым встречным, что станут набиваться в попутчики. Или зазывать её в пати — команду, которую собирают на время. Выполнить командное задание и снова разбежаться. В таких вылазках простодушных дурачков могут подставить под удар и смыться с лутом. А она у него типичнейшая простушка.

— Это я такой предусмотрительный, — невозмутимо пояснил Тунгус, в лице которого и впрямь было что-то степняцкое. — Прокаченный щуп может пригодиться.

— Собираешься создать собственную систему? — догадалась она. — Но, ты же не конструктор. Всего лишь корд.

— Ты так хорошо знаешь игру? — усмехнулся он.

— У меня есть один знакомый корд, — моментально нашлась она, сделав зарубку: надо держать язык за зубами. — В реале. Он иногда рассказывает, что тут и как.

— Мы идём? — нетерпеливо понукнула болтунов ЛиМонка. — Шакалы сами себя не отгеноцидят.

— Идёшь? — вновь как-то уж слишком настойчиво уточнил системник.

Отказывать категорически было неудобно: ребята всё-таки спасли её от мутантов. Но и наказ мужа не обойдешь: они никакая не простушка.

— Мне нужно в лавку, — вспомнила Таша, обрадовавшись законному поводу отделаться от доброжелателей.

— Нам тоже, — не позволил ей улизнуть Тунгус и вдруг зашёл с другой стороны: — Твой друг наверняка предупредил не связываться с первыми же встречными проходимцами. Он прав. Но мы соорудим не просто пати, а закпати.

— Это, в котором прописывают нерушимые условия? — припомнила Таша.

— Да. И наказание за кидок участника, и долю в добыче.

— Чего ты перед ней стелешься? — удивлённо воззрилась на приятеля ЛиМонка. — Ей предлагают приз в студию, а она кочевряжится.

Корд бросил на неё неодобрительный взгляд, и девчонка опустила глаза. Не стала спорить или капризничать. С дисциплинкой в этой парочке полный порядок — уважительно отметила Таша и решилась:

— Я с вами.

Тунгус кивнул, развернулся и потопал по улице к центру деревни. ЛиМонка пристроилась у него за спиной, шаря взглядом вокруг и держась за арбалет.

— Нарабатываю привычку, — чуть снисходительно пояснила она в ответ на удивлённый взгляд новой знакомой.

— Мне тоже надо? — заинтересовалась вполне разумным делом Таша.

— Всем надо, — буркнул через плечо Тунгус. — Работай.

И маленький щуп стал обезьянничать за могучей воительницей. Та насмешливо фыркнула, но тут же дала парочку дельных советов. Значит, вовсе не такая злыдня, какой хочет казаться.

Заведение с громким названием «лавка» оказалось широким навесом на нескольких кособоких жердинах. Крытое то ли сеном, то ли соломой — Таша их не различала. Почти всё пространство под навесом было застлано шкурами со всякой всячиной. Более солидные вещи — вроде одежды и оружия — висели на поперечных жердях, примотанных к стоякам верёвками. За спиной продавца стояли два больших сундука и несколько поменьше — наверняка для дорогого товара.

Торговец представлял собой гору жира, водружённую на приземистый чурбак. Лысую, наряженную в безразмерную бесформенную безрукавку. Расшитую для пущего форса ракушками и бусинами. При нём состояла пара амбалов-охранников аж тридцатого уровня с дубинами в волосатых руках. Морды ровно такие, какими и должны быть: безлобые, тупые, с квадратными подбородками и поросячьими глазками.

В роли «подай-принеси» выступали три мальца: голые по пояс, в потрёпанных, закатанных до колен штанах и босые. Но отнюдь не заморыши: рожицы круглые, чисто вымытые. И вовсе не забитые жертвы произвола: глазки хитрюще постреливают по сторонам.

— Ли-Монка, ему что, рубах для детей жалко? — насупилась Таша, остановившись перед навесом.

— Не жалко, — усмехнулась кибра. — Закончат работу, наденут. Это в целях борьбы с мелким воровством. И зови меня Ли. Доброго денёчка, почтенный! — возвысила она голос, приветливо кивнув. — Как здоровьице?

— Откуда ему взяться? — тяжко отдуваясь на каждом слове, добродушно пропыхтел торговец. — Коли без жены бедую. Чего принесли? — моментально переключился он на бизнес.

— Шубу с твоего людоеда, — насмешливо объявила