Хранимая - Кира Бег

Он расцвел счастливой улыбкой, посмотрел на солнце, что-то бормоча под нос, забрал у меня рюкзак и уверенно потопал куда-то через кусты. Я бодренько засеменила следом, крутя головой во все стороны. Сперва Элю пришлось меня то и дело ловить – я, засмотревшись на что-нибудь, постоянно спотыкалась.

Поражало всё – исполины-деревья в несколько обхватов, уходящие верхушками к небесам, необычные яркие цветочки, то и дело попадавшиеся на глаза, пёстрые бабочки, от совсем крошечных до гигантских. Смешанный лес оказался на удивление светлым, а названия деревьев я и не старалась угадывать или запоминать – я и в своем-то мире была в этом не сильна.

К обеду мой энтузиазм поуменьшился. Ноги начали уставать от непривычной нагрузки, пейзаж оставался прежним, кроме бабочек в местной фауне оказались ещё комары и муравьи, то и дело норовящие заползти в штанину. Брр!

С аппетитом слопав обед, я сообразила, что из провизии остались орешки да сухофрукты – я боялась, что продукты испортятся, поэтому и взяла мало. Значит, вечером придётся что-нибудь придумать. Взглянула на Эля – весёлый беззаботный подросток, похож на защитника с огромной натяжкой. Волосы так ничем и не заколол, хотя я и предлагала. И как до сих пор всякого мусора в них не собрал?

– Эль, скажи, а у многих есть Хранители?

– Нет, – неожиданно нахмурившись, ответил парень. – Только богачи да короли за огромные деньги могут купить Яйцо своим близким. Когда Хранитель вылупляется, он становится предан тому, кого увидит первым, и стремительно развивается. Но они… не настоящие Хранители, не такие, как я. Слабее, уязвимее, да и… – он замолчал. Я, не очень понимая в чем дело, поинтересовалась:

– А ты – настоящий Хранитель?

– Да, я – Истинный Хранитель, тот, кто был изначально создан именно для тебя по желанию Мира. Таких немного.

– А что скажут, когда увидят, что у меня есть Хранитель?

– Никто из людей не отличит меня от человека. Если ты не возражаешь, я буду представляться твоим братом. Женщинам опасно путешествовать одним, и все решения за них принимаются старшими в семье мужчинами.

Прелестно. Что ещё я не знаю об этом мире?

К вечеру ноги просто отваливались. Эль устроил лежанку наподобие той, где я проснулась утром, развёл костер и куда-то ушел. Вернулся он быстро, довольный, с какой-то птицей в руках. Мёртвой. Сообщил, что это будет наш ужин и взял нож. Однако, увидев моё лицо, мигом исчез вместе со своей добычей. Эх, видимо, здесь мне предстоит стать вегетарианкой. Я боюсь вида крови, а тут ещё целая птица, в перьях, с головой, которая минуту назад летала и радовалась жизни. Кошмар!

Пока я приходила в себя, Эль успел где-то выпотрошить (о, ужас) и нарезать мясо. На полянку он вернулся с шашлыком неопознаваемого вида на прутиках. Попутно объяснил мне и показал, какие травы съедобные и что с ними можно делать. Он натёр будущий ужин какими-то листиками, и, выдав мне несколько ароматных веточек, попросил собрать такие же для чая.

Вечер прошёл незаметно. Ужин получился вкусным, но я почти всё время молчала, устав за день. Усадив меня на импровизированную кровать, Хранитель провёл надо мной рукой, и тянущая ломота в мышцах исчезла. Я попыталась возразить, но услышала в ответ, что рядом со мной на нём всё проходит и заживает очень быстро.

Эль собирал остатки ужина, трещал ненасытный костер, деревья, окутанные тьмой, странными призраками выступали из ночных объятий. А ещё в этом мире было видно звёзды. Они заглядывали на нашу крохотную полянку, щурясь и недоумённо подмигивая.

А ведь на Земле я уже много лет не смотрела на небо! Да и навряд ли бы что-нибудь там увидела – смог, городское освещение и массивы домов скрывали от взоров даже облака.

Слёзы сами потекли из глаз. Там сейчас праздник. Идёт снег, укрывая всё невесомой вуалью. Люди смеются, гуляют, наслаждаются выходными. Я сто лет не была на катке! Хотя какой каток – у меня теперь лето. Эль сел рядом, приобняв меня за плечи, и молчал, позволяя оплакать прошлую жизнь.

Утро началось очень рано. За ночь выпала роса, и, хотя я куталась в плащ, всё равно за шиворот капало с ближайшей ветки. Со вздохом пришлось признать, что уснуть больше не получится, и я пересела поближе к костру. Эль уже копошился возле него, и, как всегда, очень обрадовался моему пробуждению. Меня снова окутало его радостью и преданностью. Брат, значит? Ну и пускай будет брат.

– Братик, – надув губки, плаксиво начала я. После вчерашней грусти хотелось пошалить.

Эль замер, так и не разлив заварившийся чай по кружкам, которые были и крышками от термосов. Ошарашенно уточнил:

– Да, Хранимая?

Было забавно видеть вытянутое лицо и застывшего в неестественной позе парня, и я засмеялась. Он улыбнулся в ответ и расслабился, наконец спохватившись, что льёт заварку мимо.

– Вживаюсь в роль сестры. Как получается?

– Не очень, – честно ответил Эль и подмигнул.

Я в ответ показала язык. А вот нечего свою сестричку, за которую он, между прочим, головой отвечает, по тёмному лесу водить!

Дожевав остатки бедной птицы и прибрав стоянку, тронулись в путь. Я опять крутила головой во все стороны и с интересом слушала лекцию о том, что вот эти ягоды съедобные, только зелёные пока, а вот эти – жутко ядовитые.

Самое интересное, что сами ягодки внешне не отличишь, только по виду листков на кусте: у ядовитого узкие и как будто острые, а у безопасного – округлые, как маленькие тарелочки. Ой, а вот травка, которой вчера мясо натирали! А вот заварка для чая растёт.

Эль фыркал моим комментариям, но запоминать зубодробительные названия пока не заставлял. «Главное, чтобы знала, что для чего, а на рынке можно и пальчиком показать», – улыбался он. Тем более, как я поняла, в разных концах страны некоторые растения называются по-разному.

Ближе к обеду Эль насторожился и знаком показал, чтобы вела себя тихо. Потом стал идти крадучись, и скоро даже я услышала, что где-то поблизости ходят люди. Хранитель замер, какое-то время прислушивался к едва различимым голосам, а потом уверенно повёл меня им навстречу. Было немного страшно – первые люди, которых я увижу в этом мире! Кто они, какие? Из деревни, о которой говорил Эль?

Но правда жизни оказалась совсем иной. Это были разбойники, и они как раз обсуждали, где устроят засаду на знатного маркиза и как станут делить добычу, когда меня, как козу на веревочке, за руку вывел к ним Эль.

Мужчины опешили. Я, осознав, где нахожусь, тоже. Типы явно бандитский наружности, в одежде по типу «у кого что отобрали то и нацепили», несколько костров и «палаток» из лапника вокруг них.

При нашем появлении все похватали в руки всевозможные страшилки: дубинки, ножи, где-то мелькнул топор, у ближайшего костра молодой парень с луком в руках растеряно смотрел на товарищей, не зная, что ему делать. М-да. «Робингуды».

– Эй, юнец, ты чего здесь забыл? – самоуверенно спросил один из тех, что был к нам ближе всего. Второй заржал: