Распутья. Добрые соседи - Оксана Панкеева

Мафей на всякий случай проверил, обмирая от ужаса, — а вдруг что не так?

— На месте. Как и последние одиннадцать лет.

— И у меня тоже все было под контролем. А кроме того, у меня еще и чип стоит для пущей надежности. Не могло там ничего само по себе завестись. Если при надежном тройном предохранении с двух сторон я все же умудрилась вляпаться — это только боги удружили, больше некому.

— Ну, может, они как лучше хотели…

Саша достала платочек и принялась тщательно вытирать распухший нос и покрасневшие глаза.

— Ты так и не понял. Вот попробуй представить, что будет дальше. Не утипусечки всякие над кульком из пеленок, а хотя бы такой простейший вопрос: где наш ребенок будет жить? Если он вырастет здесь, я не смогу потом забрать его с собой. Если там — он будет расти фактически без родителей. А что его ждет, когда вырастет?

— Ну… — Мафей призадумался. — Сейчас трудно сказать. Это зависит как минимум от того, чьи способности он унаследует. Будет он шархи или классическим магом. Если второе — вопрос, где жить, не стоит вовсе. А если первое… Ну, давай с Шелларом посоветуемся. В любом случае, слезами тут не поможешь.

— Да я и сама знаю… — вздохнула агент Рельмо, выискивая на платочке место посуше. — Но как представлю себе объяснения с начальством… Со всеми тремя начальствами… «Извините, это не я, оно само…» Глупо до ужаса. Как нашкодивший малолетний эльф. Или: «Я соблюдала все предосторожности, но тут вмешались боги…» Полной дурой буду выглядеть.

Мафей пододвинулся поближе, обнял ее и привлек к себе.

— Все пройдет, — вполголоса проговорил он, чуть касаясь губами нежной кожи на виске. — Любые неприятности случаются, заканчиваются и забываются. Ну, будут проблемы. Ну, придется чем-то жертвовать, терпеть неудобства. Но ничего действительно страшного не случится. Да, жить на два мира — сложно, но как-то же справлялись с этим до нас и после нас будут… Зато у тебя останется продолжение в этом мире, что-то, что будет напоминать мне о тебе через сотню лет… И вообще, дети — это здорово!

Его речь прервал дребезжащий грохот и хоровой детский вопль.

Мэтр Мафей и его подруга ринулись к выходу, но успели только увидеть, как мимо них по ступенькам, набирая скорость, пронеслось жестяное корыто с двумя пассажирами на борту.

«Убьются же, балбесы!» — ужаснулся Мафей и одним прыжком взлетел, надеясь догнать малолетних лихачей до того, как они перевернутся или врежутся в берег внизу, но не догадался взглянуть вверх, откуда уже мчался на помощь еще один такой же летун, и оказался точно у него на пути. С треском столкнувшись лбами, мэтр Мафей и его величество Орландо II рухнули на ступеньки, пребольно стукнувшись для равновесия еще и противоположными местами, и в один голос выругались.

Пока они опомнились, проморгались и смогли опять взлететь, корыто достигло нижней ступеньки и, проехав еще несколько локтей по песку, благополучно остановилось.

— Ну конечно, кто бы усомнился. Если случилось ка-кое-то безобразие — там наверняка не обошлось без его высочества Ринальдо!

Наследный принц Мистралии жалобно поднял круглые, как у котенка, глаза на столпившихся вокруг взрослых, лица которых не предвещали ничего хорошего. Его густые, почти девичьи ресницы мелко-мелко задрожали.

— Просто странно, — заметила мэтресса Тереза, — как это без Алекса обошлось?

— Он вытянул короткую палочку, — честно пояснил принц Кендар, благоразумно держась в сторонке от виновников переполоха. — А я говорил — не надо слушать Джессику.

Его младшая сестренка сделала непонимающее лицо и пролепетала, внезапно разучившись выговаривать половину букв:

— Я нисего не говолила пло кладеную книфку…

— Отставить подставлять брата! — рявкнула мама. — И притворяться младенцем — тоже отставить!

— Ну почему! — чуть не разревелась принцесса. — Почему, когда так делают Касси, Манолито или Габи, им все верят, а мне нет! Мне тоже три с половиной года!

— Потому что они не притворяются, — педантично пояснил Шеллар. — Они такие и есть. А если бы тебе хотелось скрыть истинный уровень своего развития, притворяться следовало постоянно, а не по особым случаям. Так это была твоя идея?

— Это была идея всехняя, — по-рыцарски вступился принц Деимар, сурово нахмурив рыжие бровки.

— Джессика только придумала систему безопасности, — добавила Ро.

— А корыто нашел Коррадо, — уточнила Тарна.

— Ничего же не случилось… — проныл Ринальдо, пуская первую слезу. Сейчас он уж и не рад был, что выиграл у Алекса право первым опробовать новую забаву.

— И не должно было случиться, — рассудительно добавил Рене. — Мы все предусмотрели.

— А если бы вы перевернулись? — укоризненно произнесла все еще бледная королева Эльвира. — Ну представьте на миг, что это дрянное корыто перевернулось бы на середине пути! Вы же могли разбиться!

— Не-е-ет! — хором заверили дети.

— Со мной же был Рене… — всхлипнул Ринальдо, наследственным чутьем предвидя, что за авантюру с корытом попадет в первую очередь ему. Потому что первому наследнику всегда попадает больше всех.

— И что?

— У него же есть крылышки! — разъяснила свою гениальную идею Джессика. — Если бы корыто перевернулось, он бы подхватил Ринальдо и взлетел!

Взрослые обреченно переглянулись.

— А я говорил — он не успеет! — заметил Кендар. — Но послушали почему-то Джессику.

— И что с вами со всеми делать? — грозно вопросила Кира.

Дети испуганно притихли.

— Давайте сделаем так, — на правах верховного судьи вмешался Шеллар. — Все дети пусть сейчас идут за стол. И больше от него не отходят. А завтра мы с Джессикой подробно обсудим все недочеты в ее системе безопасности. Выслушаем ее теорию, потом доводы Кендара, экспериментальным путем проверим, сколько времени требуется Рене, чтобы сменить облик и взлететь, — и может ли он вообще взлететь с грузом, примерно равным собственному весу…

— Шеллар, ей же три с половиной года!

— Ничего страшного, дорогая, если она в этом возрасте берется рассчитывать страховочные мероприятия для экстремального спорта, пусть хотя бы научится делать это правильно. Я в ее годы подобных ошибок уже не допускал.

— Дети — это так здорово, правда? — язвительно прошептала Саша на ухо Мафею.

Он тихонько поймал ее руку и ободряюще стиснул — мол, держись, все будет хорошо.

— Конечно, здорово, — убежденно ответил Кантор, который, как обычно, услышал слова, для него не предназначенные. — В конце концов, мы все ими были.

И уставился на злополучную лестницу с ностальгической улыбкой.