Индустриальная магия - Келли Армстронг

Я пришла в себя в переулке. Открыв глаза, я увидела только тьму. Я моргнула, и окружающий мир, наконец, встал на место. Темно. Парализованному мозгу потребовалось время, чтобы сделать самый очевидный вывод. Ночь. Это кошмар. Сколько времени мы… Мысль ускользнула. Я попыталась поднять голову, но оставила эту идею. Все было таким… тяжелым. Сам воздух приобрел вес.

Я зевнула и закрыла глаза. Уже погружаясь в сон, я внезапно вспомнила все и резко села.

– Лукас? – Я поднялась на ноги. – Лукас!

Кинувшись вперед во тьме, я споткнулась и упала на колени, шаря в поисках предмета, который задела, молясь, чтобы это был Лукас. Под моими руками оказалась холодная неровная поверхность бетонной плиты. Оставаясь на четвереньках, я стала торопливо ощупывать все вокруг. В какой-то момент я потянулась слишком далеко, и живот пронзила боль – первый раз с тех пор, как я провалилась в дыру. Боль заставила меня замереть на месте достаточно надолго, чтобы подумать. Я закрыла глаза, глубоко вдохнула и создала световой шар. После этого я некоторое время сидела с закрытыми глазами, говоря себе, что когда открою их, то увижу Лукаса, и в конце концов мне удалось победить страх… Я открыла глаза. Его не было!

– Лукас!

Я вскочила на ноги. Лукас должен быть здесь. Они обещали, они обещали, они…

Шар осветил вытянутую руку чуть подальше. Лукас лежал на спине, раскинув руки, повернув лицо с закрытыми глазами к небу. «Он спит», – сказала я себе. Спит, как спала я. И тут я увидела кровь у него на рубашке.

Я бросилась туда. В памяти стояла сцена из полузабытого фильма, где человеку было даровано исполнение одного желания, но до того, как он успел что-то пожелать, у него погибла жена. И он пожелал очевидного. Он хотел, чтобы она жила, но не указал, что хочет видеть ее такой, какой она была до несчастного случая, и в конце фильма изуродованная женщина, шатаясь, приближается к двери в дом.

«Ты не сказала, каким хочешь его видеть!» – кричала я себе. Я хотела, чтобы Лукаса отправили назад вместе со мной, и Богини Судьбы сделали именно это. Они доставили его сюда в том же состоянии, в каком он этот мир покинул – с простреленным сердцем.

Люди говорят, что когда кто-то умирает, в первую очередь они думают о словах, которые не успели ему сказать, и жалеют об упущенных возможностях. Я ни о чем не жалела. Ни в мире призраков, когда отказывалась верить в смерть Лукаса. Ни теперь, когда не сомневалась в его смерти. В голове билась одна-единственная мысль: это моя вина. У меня был шанс его спасти, заключить сделку с судьбой, а я, как всегда, повела себя импульсивно, не продумав предварительно как следует желания.

Когда я опустилась на колени рядом с Лукасом, его ресницы дрогнули. Несколько мгновений я думала, что это был порыв воздуха от моего резкого движения. Почти не дыша, я протянула руку и дотронулась до его шеи сбоку.

– М-м-м, – простонал он.

Дрожащими пальцами я начала расстегивать пуговицы на его рубашке, потом бросила это занятие и просто разорвала промокшую ткань. Грудь Лукаса под окровавленными лохмотьями оказалась неповрежденной. Не смея поверить, я коснулась места, где должна была войти пуля, и почувствовала спокойные удары сердца. Я уронила голову на его грудь – и весь страх, все беспокойство, которые я сдерживала в мире призраков, выплеснулись наружу. Я сотрясалась в рыданиях. Так продолжалось долго. Я уже почти успокоилась, когда в отдалении послышался какой-то звук. Я замерла на месте и прислушалась. Звук послышался вновь – негромкое постукиванье по асфальту. Когти? Из темноты появился бледный силуэт. Я напряглась и подняла световой шар повыше, чтобы хотя бы туманно осветить весь переулок. В другом его конце, склонив голову набок, стоял призрачно-белый волк. Наши глаза встретились. Волк нырнул во тьму.

– Ты видела?.. – прохрипел Лукас, приподнимая голову и прищуриваясь.

– Думаю, да.

– Значит, мы… вернулись? Или все еще на другой стороне?

– Понятия не имею. Я только рада, что с тобой все в порядке. – Я очень крепко его обняла, затем отпрянула. – Я не сделала тебе больно? С тобой действительно все в порядке?