Белый меч - Сергей Зонин

— Они не ошибаются. Не так, как ты думаешь. Не собираешься — не значит, что не будешь.

Владимир так и присел бы на месте, если бы было куда.

— Ты хочешь сказать, что я маньяк с раздвоением личности? Что я сам себя не контролирую?

— Да, — просто ответил пришелец.

Землянин хотел возмутиться, сострить что-то по поводу справки о психическом здоровье… но замолчал. Чем иным, кроме как раздвоением личности, можно считать постоянные пререкания с голосом в голове? И может ли человек… существо, хоть раз испытавшее приступ драконьего гнева, утверждать, что полностью себя контролирует?

«Ну всё, спелись… — обречённо вздохнул Меч. — Совесть — твоё самое слабое место, эта сволочь туда и ударила. И ведь не зарежешь гада, далеко сидит…»

— Ты прав, — признал Владимир, игнорируя брюзжание артефакта. — Я действительно опасен. А значит, в каком то смысле правы и они. Но если меня уничтожить, будет ещё хуже.

— Я знаю. Они не знают. И не поверят. Хуже тебя ничего нет. Они так думают.

— М-да, репутация у меня тут… Ладно, кто там следующий на очереди за моим трупом?

— Драки. Ты их уже знаешь. Потом дроу, тёмные эльфы. Тонкие натуры… любители экзотических развлечений, — ему показалось, или в самом деле в интонациях собеседника промелькнула зависть? — Ты для них игрушка. Большая, смертельно опасная… Тем более интересная. Любят убивать и умирать. Главное, чтобы красиво.

— Ох ты ж блин… Ещё и эстетствующие маньяки для полного счастья… Меч, ты что-то знаешь об этих ценителях искусства? Насколько они для нас опасны?

«В прошлое пришествие таких не было. Но если они являются потомками эльфов, которые когда-то жили на Внутреннем Кольце… Ни мудрости, ни разнообразных талантов этим господам не занимать. А жизнь другим портить они ещё в светлой форме неплохо умели…»

— Понятно… Кто ещё?

— Храм. Упокоители. Поклоняются Мечу. Воюют с Воскресителями. Но тебе не понравятся.

— Религиозные фанатики, вроде Мараи?

— И это тоже. Они хотят уничтожить весь мир. Чтобы избавить от страданий.

— Час от часу не легче! Блин, тут вообще хоть кто-то нормальный есть?

— Раньше были. Выживатели. Недавно их уничтожили. Почти всех. Эгоисты. Убивали всё живое, чтобы выкачать энергию. Продлить себе жизнь. Увеличить силы.

— Это, по-твоему, нормальные?! Это ж законченные отморозки! Кто их перебил-то?

— Светлый Орден. Мелкая секта. Недавно вошли в силу. Не знаю, почему.

— Только не говори, что этот Орден тоже желает меня убить. Это уже слишком было бы.

— Точно не знаю. Думаю, желают. Ты — воплощение Тьмы. Они к этому серьёзно относятся.

— Итак, — Владимир начал загибать пальцы, — Воскресители, эльфы, драки, Орден, Егибна желают моей скорейшей кончины. Упокоители не желают, но от этого не легче. Я всё правильно перечислил? Или есть ещё игроки… в русскую рулетку?

— Кто такой Егибна? Я не слышал…

— Не такой, а такая… Одна очень старая ведьма с отвратительным нравом… Потом как-нибудь расскажу, если станем друзьями. А о Янаре, Воргине и Ламехе ты тоже не слышал?

— О Воргине знаю. Древнейший вампир… не считая тебя. Легенда Воскресителей. Предок половины из них. Спит где-то, по слухам. Вроде бы — под Пиком Кошмаров. Недавно экспедицию послали. Разбудить. Чтобы сразился с тобой. Экспедиция не вернулась.

— Вот даже как… сурово… А о двух других ничего?

— Нет. Первый раз слышу. Буду собирать информацию. Это важно для нас обоих.

— Буду благодарен… Так я правильно всех назвал?

— Все главные силы, да. Ещё есть Спящие в Камне. Орочьи племена. Мостовые Королевства. Но они вряд ли помешают. По разным причинам.

— Ну и бестиарий у вас тут! Век не разберёшься…

— Не у меня. Ты это сделал, Судия. Я гость здесь. Нечаянный гость. Насчёт века — точно. Я три столетия разбирался. Хотя сделано хорошо. Я слабый творец… Могу создавать только живых. По одному. Не планеты и народы. Но оценить могу. Уважаю.

— Ничего себе хорошо… А ты сам, кстати, откуда? На что твой мир был похож?

— Ничего приятного, — «лицо» существа не изменилось, но голос прозвучал мрачновато. — Потом как-нибудь расскажу. Если станем друзьями. Сам ведь говоришь.

Владимир негромко рассмеялся.

— Слушай, мужик, ты случайно не с Земли? Ладно-ладно, я не спрашиваю. Срезал мастерски, а я уж думал, тут ни у кого чувства юмора нет… кроме Меча, у которого оно отвратительное.

— Мой народ шутит не так. Наш юмор лучше понимают дроу. И некоторые вампиры. Самые старшие и бесчеловечные. Но я изучал человеческий юмор. Умею шутить, как вы. Иногда.

— Гм. Я уже догадываюсь… Только при мне шутки своего народа показывать не надо, ладно? Могу… не совсем адекватно среагировать. Потом, конечно, извинюсь… если будет, перед кем.

— Я изучал тебя. Знаю, что ты можешь. Знаю, что не любишь. Провоцировать не буду.

— Уфф… Спасибо. Кстати, о провокациях. О чём ты хотел со мной поговорить без свидетелей? Пока я ничего крамольного не слышал, Гелла была бы только рада узнать, что у нас есть хоть один потенциальный союзник…

— Это лишь жест. Настоящий разговор впереди. Чем я могу помочь. И что хочу за это.

Хранитель вздохнул. Начинается…

— Ты наблюдал за мной в пирамиде?

— Нет. Я посылал туда свои глаза. Они ничего не видели… ослепли. Старая магия…

— В общем… там со мной тоже пытались вести переговоры о цене. И предложение оказалось больше того, что я мог дать. Закончилось всё очень неприятно — и для меня, и для неё. Поэтому, Лемарг, если хочешь предложить пожертвовать невинными людьми, и в особенности Геллой — лучше даже не начинай. Я за себя не совсем отвечаю в таких случаях.

Существо вскинуло руку в предупреждающем жесте.

— Я знаю. Вампирша тебе дорога. Её не затронет. Моя цена касается тебя. Никого больше.

— Ну… Это ещё можно обсудить. Надеюсь, ты хоть за меня замуж не хочешь.

— Интересный вариант, — задумалось существо. — Я об этом не думал. Сейчас я мужчина. Но сменить пол несложно. Для моей расы… Уже предлагали?

Теперь настала очередь Владимира торопливо вскинуть руку, упреждая дальнейшие размышления на эту тему.

— Нет-нет-нет, давай сначала обсудим ту цену, которую ты хотел. Матримониальные проекты оставим на крайний случай, а то я так гаремом обрасту…

Короткая пауза.

— Согласен, Судия. Но будь осторожен. Теперь знаю, чем тебя пугать.

Хранитель только зубами заскрипел. Похоже, при желании эта тварь может быть не менее вредной, чем Меч. Или дело не в чужой вредности, а в нём самом? Может, его психологические слабости так заметны, что провоцируют всех встречных по ним ударить? Исключая тех, кто совсем уж ослеп от страха или ненависти к Судии…