Буран, Тайга и Асмодей. Выход - Денис Чистяков

– Не волнуйся, этот твой секрет я раскрывать не буду…, если это секрет.

Она испытующе посмотрела на меня.

– Они знают, – помедлив, ответил я, умолчав о том, что знает только Андрей и Дарлис.

– И одобряют?

Андрей определенно одобрял, а Дарлис и сам был не прочь остаться здесь, если Санрайз выберет его, но об этом я, конечно, говорить не стал и просто пожал плечами:

– Я не собираюсь бросать вас и намерен найти Оринлейн. И если для возвращения вам потребуется моя часть медальона, я ее отдам, так что мое решение никому не помешает вернуться.

– А если потребуется твое возвращение? – пытливо вскинув бровь, спросила Вероника.

Я взглянул на нее, ощущая, что этот вопрос загнал меня в тупик: одно дело самому остаться здесь, да еще и с любимой девушкой и совсем другое обречь друзей на жизнь в другом мире по личной прихоти. На этот раз, скорее всего, без шанса вернуться назад…

– Ладно, – неожиданно спокойно вздохнула Вероника, так и не дождавшись моего ответа, – Будем надеяться, что до этого не дойдет.

Я облегченно выдохнул и на какое-то время мы снова погрузились в молчание. Вопрос Вероники глубоко засел в моей голове и как не пытался, я не мог найти на него ответ. В конце концов сдавшись, я будто в отместку решил задать Веронике свой вопрос, который возможно окажется таким же не простым для нее.

– А ты?

– Что я?

– Ты хочешь вернуться к своей прежней жизни?

В эти слова я вложил контекстом все скверное прошлое, о котором Вероника нам рассказала и уже ждал агрессивного выпада в ответ, но она только пожала плечами.

– Я бы хотела начать новую, но желательно там, где нет оживших мертвецов и есть интернет.

От ее удивительно беспечного тона, я не сдержал улыбки и заметил, что Вероника улыбнулась сама, совершенно искренне без какой-либо желчи во взгляде. От такой улыбки она заметно преображалась, превращаясь в человека, с которым приятно общаться и мне самому захотелось быть искренним с ней.

– А как по мне, этот мир куда интереснее нашего, да и по интернету я не скучаю.

– Зуб даю, в первый свой день здесь ты так не думал, – усмехнулась Вероника.

Тут я тоже не удержался от смешка:

– Это точно!

– Ты уверен, что смирился с этим миром, или все-таки дело только в Санрайз? – спустя время спросила Вероника, задумчиво глядя вперед.

Я надеялся озадачить ее, но в итоге она снова озадачила меня, без какого-либо труда проникая в мою душу, выпуская на свободу демонов сомнений, которых я отчаянно удерживал в тюрьме своего подсознания.

– Что ты будешь делать, если она не ответит тебе взаимностью?

Это был болезненный вопрос, но Вероника задала его не для того, чтобы задеть меня. Вздохнув, я пожал плечами, уставившись на вершины сосен вдалеке и также искренне признался:

– Я просто хочу быть с ней в одном мире… Не могу представить себе, что вернусь домой и буду там спокойно жить зная, что ее там нет…

– Сука любовь, – кивнула Вероника с пониманием и как будто бы сочувствием.

Прозвучало грубо, но точно, от чего на душе стало скверно, хотя я был уверен, что в этот раз Вероника не хотела испоганить мне настроение и ее вопросы, пусть и глубоко личные, все же кто-то должен был озвучить, потому что я сам боялся ими задаваться.

– А ты не думал, что в нашем мире тебя ждет другая половинка?

Я вспомнил свою бывшую, свой весьма небогатый опыт общения с девушками и напоследок новую знакомую Таню. Ее образ, удивительно четкий, возник перед глазами. Как вариант отношений я рассматривал ее лишь в то мгновение, когда потерял надежду когда-либо снова встретить Санрайз и то в первую же встречу в кафе осознал какая пропасть пролегает между Таней и той, которую я действительно любил. Я был уверен, что кого бы я не встретил в своем мире, Санрайз останется для меня идеалом, до которого не дотянется ни одна девушка из моей реальности.

– Нет, не думал, – ответил я.

– Да уж, тебе не позавидуешь.

Прежде я бы сам себе не позавидовал, но теперь, когда оказался в одном мире с Санрайз, в отдельном теле, мне казалось, что сбылась моя самая заветная мечта и никакие мысли о родном мире, никакие проблемы в этом меня не опечалят.

– Могу только пожелать, чтобы твой идеальный мир с Санрайз не разбился о суровую реальность, – снова, будто прочтя мои мысли, произнесла Вероника.

– Эмм, спасибо, – растерявшись от такой внезапной благосклонности, ответил я.

На этом наш странный разговор прервался, а внезапно расширившаяся дорога позволила нам нагнать остальных и спустя какое-то время я оказался в компании Пикселя, который сильно сбавил скорость, задумчиво уставившись под ноги своему коню, а мое место рядом с Вероникой к моему удивлению, занял Андрей. Вероятно, после вчерашнего разговора и долгожданного примирения с Пикселем он решил обрушить на нее весь ворох накопленных вопросов. Так или иначе, теперь я ехал с угрюмым не выспавшимся Серегой и точно так же как он таращился под ноги своего коня, размышляя о вопросах Вероники, пока Серега неожиданно не вспомнил:

– Димон, ты вроде говорил, что вы с Джеймсом и Вероникой перед тем, как вернуться в игру созвонились в скайпе?

– Да, и что?

Пиксель как-то странно замялся, потом неожиданно спросил:

– Значит ты видел Веронику в реале? Ну, то есть ее настоящую, без аватара, – будто дурачку попытался объяснить мне Серега.

Я удивленно уставился на него, заметив, как на его брутальной физиономии появился легкий румянец.

– С чего такой внезапный интерес?

– Да блин, просто спросил! – внезапно надулся Серега, – Не хочешь говорить, не говори.

– Эй, спокойно Серега, я тоже просто спросил, – тут же дал заднюю я, – Извини, но порадовать ничем не могу. Мы общались в чате без видео.

Бросив взгляд на Веронику, я пожал плечами:

– Так что я без понятия какая она в реале, но мне кажется, что ее аватар вполне отражает суть: ядовитая роза с шипами.

Взглянув на Пикселя, я заметил, что он каким-то мутным взглядом