Злая судьба - Глен Кук

– Я останусь рядом с вами так долго, как вы того пожелаете. Думаю, что генерал поступит так же. Вы можете рассчитывать и на Дерела. Я знаю, что мы вам не очень нравимся, но мы поможем, поскольку…

– Знаю, знаю. Ради Кавелина. – Ингер поднялась с кресла и стала расхаживать по комнате. – Этот проклятый, крошечный как прыщ Кавелин. Он и меня поймал. Не до конца, правда. Но я чувствую, что его судьба меня заботит. Ненавижу это королевство, но в то же время тревожусь за него.

Майкл удивленно вскинул брови, а Лиакопулос сказал:

– Похоже, что мы имеем дело с весьма заразной болезнью.

В комнату скользнул один из немногих прибывших с Ингер в поместье итаскийцев. Он был одет как фермер-арендатор.

– Миледи, у дверей находится какой-то человек. Он разыскивает капитана Требилкока. Это солдат Дворцовой гвардии.

– В чем дело, Майкл?

– Не знаю. Попробую выяснить, что ему надо.

Он вышел через заднюю дверь и обошел вокруг дома, а все остальные прошли через дом к разбитым окнам фасада, чтобы посмотреть, что происходит.

Солдат, из числа наиболее доверенных – тех, кто тайком вывозил Ингер из замка, не заметил появления начальства. Майкл подошел к нему поближе и спросил:

– В чем дело, Марк?

Солдат от неожиданности едва не подпрыгнул.

– Простите, сэр, я не слышал вашего приближения.

– У тебя кошмарный вид. Что случилось?

– Мятежи… сэр. Полковник Абака объявил, что король убит при наступлении на Тройес. Все люди, похоже, сошли с ума.

– Будь он проклят! Гореть ему в аду! Проклятие и на мою голову! Я должен был это предвидеть. Насколько все скверно?

– Просто ужасно, сэр. Часть города в огне. Повсеместно идут грабежи. Вессоны и Нордмены убивают друг друга, а когда объединяются, то начинают истреблять Силуро. Все считают, что королева тоже мертва. Владетели захватили здание Совета. Они пытались ворваться во дворец, но мы первое нападение отбили. Как обстоят дела сейчас, я не знаю.

– Пратаксис. Мундуиллер. Как они? Не пытались навести порядок?

– Они умерли, сэр. По крайней мере когда я уезжал, Мундуиллер был мертв. На них напали из-за угла на улице. Нам удалось принести Пратаксиса во дворец, но доктор Вачел говорит, что он долго не протянет.

– А чью сторону принял гарнизон регулярной армии?

– Полковник Абака, объявив о гибели короля, приказал всем вернуться в казармы.

– Выводите королеву, генерал! – крикнул в окно Майкл. – Поторопимся в город и попробуем что-нибудь предпринять.

– Боюсь, что мы опоздали.

– Не исключено.

Из дома вышла Ингер. Она держалась величественно, как подобает королеве.

– Ваше величество, – с легкой улыбкой приветствовал её Майкл.

– Ты ко мне так никогда не обращался, – удивленно взглянув на него, заметила Ингер.

– Вы этого, по моему мнению, никогда не заслуживали. Теперь же, я полагаю, вы для подобного обращения вполне созрели. Позвольте мне помочь вам подняться в седло.

– Еще кое-что, сэр, – сказал Марк. – Письмо. Мне его передал Пратаксис. Сказал, что оно предназначено только для вас.

Майкл взял из рук солдата послание, поднес поближе к глазам и прочитал, с трудом разбирая написанное.

– Надеюсь, Ингер, что теперь вы будете вполне удовлетворены, – сказал он, закончив чтение.

– В чем дело, Майкл?

– Это письмо от моего агента в Седлмейре. Я отправил туда Кристен перед финальной игрой в «Захват». Короче говоря, итаскийцы напали на дом и убили всех его обитателей.

– Что? – не веря своим ушам, спросила потрясенная Ингер. – Как они смели? Я никогда ничего подобного не разрешала… Кроме того, все мои люди находятся при мне.

– Ваши люди – да, – сказал Майкл и отвернулся. Он изо всех сил старался подавить захлестнувшую его ярость. – Но не люди вашего кузена. Я, по вполне очевидным причинам, не счел нужным сообщить вам, что Гейлз вернулся. Вместе с вашим кузеном-герцогом.

Ингер молчала. Лишь после того, как все оказались в седлах, она сказала:

– Да, это совершенно в духе Дейна. Будь он проклят. Грязный… Поверь мне, Майкл, я ни сном ни духом не хотела ничего подобного.

– Возможно, не хотели. Но это именно то, что вы всегда можете ожидать от своего кузена.

– Настанет час, когда ему придется отчитаться за все. А теперь в путь.

* * *

Герцог и его воины ужинали в лагере, разбитом во владениях одного из своих союзников Нордменов в тридцати милях от столицы. Представители владетелей собрались в расположенном поблизости замке. Там должен был состояться военный совет.

– Ты выглядишь печальным, Гейлз, – сказал герцог. – Сэр Мортин говорит, что ты пребываешь в грусти с тех пор, когда молодой Хаас выследил тебя по пути домой.

– Что вы хотите этим сказать, ваша светлость?

– Я не хочу, чтобы мои лучшие люди грустили. Чем я могу тебе помочь?

Вернись домой, подумал Гейлз, и оставь Кавелин в покое. Вслух же он произнес:

– Мне не требуется помощь, милорд. Думаю, что на меня просто действует погода. Все образуется само собой.

– Тебе не нравится то, что мы делаем, не так ли? – с ухмылкой спросил герцог.

– Очень не нравится, милорд. Но я солдат. И я не вправе одобрять или не одобрять приказы.

Герцог дружелюбно кивнул полковнику. Разведчики только что вернулись из Седлмейра, и Грейфеллз пребывал в прекрасном расположении духа. У щенка Ингер не осталось конкурентов в борьбе за трон. Ингер станет править страной как бы от имени младенца, но подлинным кукловодом будет он, герцог.

– Мортин, сегодня вечером во время совета постарайся определить тех, от кого нам следует избавиться в первую очередь.

Мортин открыл рот, чтобы ответить, но ничего не произнес. Он молча, с отвисшей челюстью смотрел округлившимися глазами через плечо герцога. Гейлз уставился в ту же сторону, и Грейфеллз обернулся.

– Норат! Какого дьявола ты здесь оказался?!

В полосу света вступил человек огромного роста. Позади его стояли два высоченных телохранителя с холодными как ледышки глазами.

– Одни наш общий друг попросил меня заскочить к тебе, – ответил Норат писклявым, совершенно не вяжущимся с его видом, голосом. Гейлз нервно заерзал на своем месте.

– Мне не нравится, что он начинает командовать, – сказал герцог.

– Он не командует, но в то же время не смотрит на союз как на нечто такое, что выгодно только тебе. У него особый интерес к этой стране, и он попросил меня предупредить, что не позволит тебе поступить с Кавелином так, как ваша семейка поступала с другими странами.