Дари Ласо - Ана Ховская

– Именно поэтому ваш командор не в браке?

Теперь они не поняли шутку: недоуменно покосились на меня. Пришлось пояснить:

– Ну… потому что съедает всех…

– Нет,– наклонилась ко мне Анекс,– потому что они все от него разбегаются,– и снова засмеялась. Сонд и Митсуно тоже.

– Может, это потому, что он всегда говорит с женщинами в приказном тоне,– пробормотала я, с обидой вспомнив резкий, угрожающе-властный голос главного хомони на корабле.

– А ты, я вижу, уже осмелела: не просишь прощения за все, что делаешь и говоришь?– послышался тот самый голос за спиной, и все тут же посерьезнели. Только Анекс продолжала расслабленно пить из бутылки, будто ничего и не произошло.

– Какой смысл,– прошептала я и выпрямилась.

– Не бурчи под нос, говори громче!– велел командор Рузард и присел напротив меня.

Я тут же опустила голову ниже, чтобы случайно не взглянуть на него. Его практически постоянно светящиеся глаза инстинктивно пугали. Такое ощущение, что он всегда зол или близко к тому.

– Я не сказала ничего, достойного вашего внимания, командор Рузард,– крайне вежливо стекло с моих губ.

– Митсуно, угостишь своим травяным настоем?– не отводя от меня огненных глаз, попросил Рузард.

Повар с видным удовольствием вынес термокапсулу, налил чаю в чистую чашку и подал командору, а затем почему-то начал собирать грязную посуду со стола. Командор некоторое время молчал, пока Митсуно не закончил и не ушел восвояси.

– Считаете, я, в самом деле, груб с женщинами?– обратился хомони к оставшимся таким тоном, будто открывал для себя эту черту впервые.

Я не осмелилась высказать мнение и чуть ли не окунула лицо в чашу с бульоном, пока допивала его.

– Я и не заметила,– пожала плечами Анекс.

– Ты меня спрашиваешь?– усмехнулся Сонд.– Я не девица, не могу оценить степень грубости.

Анекс фыркнула от смеха.

– А ты что молчишь?

Когда никто не ответил, я, не поднимая головы, покосилась в сторону второго помощника и сестры командора. Похоже, он обращался ко мне.

«Почему я должна бояться его? Не стану!..»

– Вы давно курсируете в космосе, привыкли отдавать только приказы своим подчиненным. Я вас нисколько не виню в отсутствии умения общаться с женщинами,– ответила я первое, что пришло в голову, а когда замолчала, то поняла, что все равно это прозвучало, как обвинение.

Он выпрямился и даже сидя стал выше меня на голову. Я медленно отстранилась от стола и прижалась к спинке стула.

– Какой вежливый упрек. Но на моем корабле нет женщин,– продолжил командор, а я снова покосилась на Анекс, однако он заметил и это.– Офицер Анекс Гардос Рузард – такой же член команды, как и все здесь. А офицеру не пристало сливаться со стеной, когда мимо него проходят другие члены команды, что свойственно изнеженным гражданкам.

Щеки запекло то ли от досады, то ли от обиды. Конечно, он намекал и на мое поведение. И хоть я не член его команды, но и не изнеженная девица.

– На военном флоте нет светских манер,– продолжил он.– Здесь действуют иные правила. И если хочешь выжить в этих суровых условиях, не будь мямлей.

В одну секунду возникло то же самое чувство, что и за ужином у Босгордов: яростный протест от несправедливости такого обращения. Я резко выпрямилась, поднялась и, не поднимая глаз, негромко, но с вызовом ответила:

– Не буду, командор! Могу я покинуть столовую?

Анекс удивленно повернула голову в мою сторону. Возникла напряженная пауза. Все смотрели на меня. Щеки хоть и пылали, но сейчас я готова была защищать свое достоинство.

– Я принял решение по твоему нахождению на «Ган Римиузе». Есть желание его выслушать?– словно издеваясь, совершенно спокойно произнес командор, постукивая указательным пальцем по своей чашке.

Я испуганно перевела взгляд на Анекс. Теперь она улыбалась одним уголком рта. Острота страха притупилась, но я все же с волнением кивнула тому, в чьих руках теперь находилась моя жизнь. Он снова медлил, будто нарочно нагнетая напряжение.

– Буду признательна, если вы сообщите сейчас,– ответила я максимально вежливо, но решила без извинений. Слишком много чести!

– Я оставлю тебя на корабле на фазис. Я не намерен корректировать маршрут до завершения миссии,– снисходительно произнес командор. В груди горячо запульсировало.– Для всех служащих на моем корабле ты курсант²⁸ второго военного флота. Тебя несколько дней назад доставил челнок, и ты проходила адаптацию. Работать будешь в медотсеке с Анекс. Сонд выдаст тебе форму и коммуникатор. Изучи военный кодекс и веди себя соответственно. Ты – больше не гражданский.

Я медленно выдохнула и снова вдохнула, не веря своим ушам. Первое, что захотелось сделать, это поблагодарить за такую возможность, но не успела и слова сказать, как он строго продолжил:

– И не высовывайся, если не знаешь, что сказать или сделать.

– Слиться со стеной – я поняла,– не удержалась от иронии я.

В этот момент Анекс чуть не прыснула чаем изо рта, но удержалась, посмеиваясь с зажатыми губами. Я обиженно глотнула, но не выдала эмоций.

– Суть поняла верно, но если будешь дерзить, получишь наказание за нарушение дисциплины,– угрожающе напомнил командор. Даже боковым зрением заметила, как его глаза превратились в две узкие светящиеся щелки.– И еще одно требование: о том, кто ты, знают только трое на корабле, и, очевидно, Кожечек, который под арестом. Но с этим я еще разберусь… Поэтому держи рот на замке, ты больше не Саша Малых…

– Она Софья Рыжая,– деловито вставила Анекс.

Командор хмуро глянул на сестру и продолжил:

–…и не показывай свою печать…

Я внутренне содрогнулась и невольно погладила плечо.

–…или то, что от нее осталось,– добавил он, заметив мое движение.– А теперь можешь идти, курсант Рыжая.

Я кивнула. Старательно аккуратно собрала посуду на свой поднос, отнесла к проему кухни и вышла из столового отсека.

Коридоры корабля показались большими и светлыми, когда я шла в нежилой отсек. В груди распускалась надежда на безопасное будущее, по крайней мере, еще на один фазис. Лишнего не выдам, а Дари Ласо знать никто не может, поэтому я могла чувствовать себя относительно спокойно. А командор хоть и бес в мундире, но не так страшен, как гражданский хомони, имя которого даже мысленно произносить отказывалась. У него свои принципы – жесткие, строгие, но не бесчеловечные… Так хотелось надеяться на это.

Перед тем, как свернуть к своей каюте, столкнулась с двумя офицерами хомони, которых видела ранее на командном мостике вместе с командором. Я прижалась к стенке с опущенной головой, но те прошли мимо, лишь недоуменно покосившись на меня. Переборов страх, я ринулась к каюте и заперлась. И не вышла из нее, пока Анекс не пришла и не забрала с собой в лабораторию.