Одиннадцатый легион - Денис Юрин

– Да не бойтесь вы, обычная процедура! – подбодрил Гаврий Дарка и побледневшую от страха Ильзу. – У нас с орками есть договоренность о торговле, но осторожность, как понимаете, не помешает. Изначально ворот в крепости не предполагалось, вот и приходится три раза в год, когда конвой туда-сюда ходит, небольшой участок стены разбирать. Гарнизон, пока телеги ползут, местность под прицелом держит, чтобы орки вероломно ситуацией не воспользовались и на штурм не пошли.

Приблизившись вплотную к «Стене», Дарк убедился в правоте слов своего шефа. Солдаты прильнули к бойницам и зорко просматривали узкий участок горной дороги перед крепостью, не обращая никакого внимания на столпившийся внизу обоз. С высоты седла было видно, как повозки медленно исчезали в проломе крепостной стены, походившем издалека на вход в пещеру чудовища или узкий тоннель.

– Слезайте, ребята! – крикнул Гаврий, спрыгивая с коня и присаживаясь на камни. – Пока телеги не пройдут, нам соваться нечего. Видишь, как столпились, часок спокойно поспать можно, – мудро заметил капитан, поудобнее устраиваясь на огромном валуне.

Уверенное и даже беспечное поведение Гаврия развеяло страхи неизвестности, таившиеся по ту сторону «Стены», и успокоило солдата, однако уснуть Дарк не смог. Природное любопытство и армейская привычка осматривать укрепления одолели усталость и заставили влезть на верх камня, откуда можно было лучше рассмотреть устройство редута.

Прежде всего, поражали инженерные особенности перекрытий ярусов и страховочных крепежей крупногабаритных предметов. Обычно это было слабым местом всех крепостей: когда вражеский снаряд попадает в катапульту или чан со смолой, находящиеся на верхнем уровне, то вся громоздкая конструкция, к огромной радости нападающих, летит вниз, давя защитников крепости, ломая деревянные балки лесов.

Защитники горного рубежа были полностью застрахованы от сей незавидной участи. Дело в том, что деревянных деталей просто не было: полы уровней были выложены из толстых каменных плит, державшихся на цельнометаллических вертикальных и горизонтальных сваях. Видимо, к строительству редута приложили умелые руки горные мастера – гномы, умевшие защищать свои жизни от обвалов шахт. На каждом из уровней имелись не только перила, но и страховочные бортики, надежно предохраняющие от падения с высоты раненых или просто подвыпивших солдат, хотя вряд ли кто-нибудь из них стал бы пить на посту.

Беглого взгляда было достаточно, чтобы понять, что солдаты крепости – профессиональные наемники, прошедшие многолетнюю школу боевых действий в лучших армиях мира.

Дарк чуял хороших бойцов, их сразу можно было выделить из общей толпы не только по суровой осмысленности лица и крепкой фигуре, но и по тому, с какой подавляющей все остальные чувства и естественные человеческие желания ответственностью они относятся к службе. Он наблюдал за крепостью уже более двадцати минут, и за это время ни один из бойцов не шелохнулся: они прильнули к бойницам и сосредоточенно следили за местностью, не было слышно ни шуток, ни обычной болтовни на посту и не видно неприкаянных мотаний из стороны в сторону.

Голову Дарка посетила сумасшедшая мысль. По его скромным подсчетам, каждый уровень защищало около трех сотен солдат, на нижнем уровне, как обычно, – двойной караул, значит, сейчас на стенах около трех тысяч хорошо обученных, профессиональных вояк плюс усиленная ночная смена, отсыпающаяся в бараках, итого гарнизон крепости составлял около шести-семи тысяч солдат. Если бы герцог Уильфорд не чтил международные договоренности и поставил этих ребят не на стены, а под свои знамена, то, скорее всего, маленькое пограничное королевство вскоре превратилось бы в могущественную державу.

От гипотетических рассуждений его отвлек камень, больно ударивший в плечо. Задумавшись, он не обратил внимания, что время отдыха прошло, последние телеги приближались к импровизированным воротам, а Гаврий с Ильзой пытались докричаться до него снизу, отчаянно жестикулируя руками и надрывая голосовые связки на холодном ветру.

Местность по ту сторону «Стены» разочаровала его ожидания. Узкая горная тропа плавно спускалась вниз и переходила в дорогу посреди песчаной пустыни с редкими островками неизвестной и непривычной для глаза растительности. Единственным звуком было монотонное гудение ветра, свободно гуляющего по бескрайним равнинам. Живности не было, за исключением нескольких стервятников, парящих высоко в небе. При виде этих «птичек» Дарка передернуло, уж слишком свежи были воспоминания о пирующих на поле брани падальщиках.

Конвой съехал с горного перевала и, перегруппировавшись в нечто среднее между походным и боевым строем, двинулся дальше. Скорость передвижения стала еще меньше, а гномы, едущие на телегах с катапультами, заняли боевые позиции.

– Забыл тебя спросить, – внезапно раздался голос Гаврия, – ты помирился с Паулем?

«Не судьба», – хотел было ответить Дарк, но его опередил веселый голос неизвестно откуда появившегося рядом торговца:

– Что за глупые фантазии, господин Сорано, с какой стати мне портить отношения с моим лучшим другом, к тому же однажды спасшим мне жизнь? Я просто хотел лично поздравить лейтенанта Аламеза со вступлением в ряды вашей доблестной службы.

Дарк развернулся в седле и хотел подыграть лжи Пауля, но Дантон не дал ему такой возможности.

– Лейтенант, можно вас еще раз на пару слов, – вежливо спросил он, удаляясь на несколько десятков шагов от группы.

– Пауль, я не хотел … – начал было оправдываться Дарк, приблизившись к Дантону, но тот перебил его извинения.

– Нет, послушай ты меня, я был не прав! – вдруг признался Пауль. – Эмоции затуманили разум, и я сорвался… Уже только потом понял, что ты действовал правильно: и с амазонками, и с поступлением на службу. Обидно, конечно, что больше не придется работать вместе, – печально и усиленно выдавливая из себя скупую мужскую слезу, произнес вечно играющий роли многоликий Дантон, – но так будет лучше. К тому же ничто не сможет нам помешать остаться хорошими друзьями, – завершил на трогательной ноте пламенную речь торговец и протянул руку Дарку.

За рукопожатием последовало приглашение всей компании на вечеринку в его загородный особняк под Шемдарном.

– Во устроился, паразит, – взбесился Гаврий, услышав о приглашении, – даже здесь, среди орковских степей, особняк отгрохал!

К сожалению, дальше развить свою мысль капитан не успел, к группе приблизился забавно подскакивающий в седле небезызвестный Дарку десятник и мыслитель Пархавиэль Зингерщульцо.

– Господа и баба! – важно пыжась, выкрикнул гном. – Уважаемый всеми командир конвоя и просто хороший парень Румбиро Альто просит вас прибыть к нему, то бишь к первой телеге, для согласования действий и для того, чтоб удобнее было совать ваши носы в наши дела… ой… то есть обеспечивать дополнительную безопасность, – испуганно поправился проговорившийся гном.

– Ну что ж, передай уважаемому гному Альто, что нюхачи, то есть «господа и баба», скоро будут, – спародировал забавную манеру общения посыльного развеселившийся Гаврий.