Легенда Лукоморья - Юлия Набокова

– Леденцы заработала. А пряников еще хочешь?

Агаша с сомнением оглянулась назад, где толпа увлеченно крушила ювелирную лавку, в которую заходила Агриппина. Самой колдуньи было не видать.

– Боюсь, платья ейного теперь не добыть, – вздохнула девочка. – Поди, уже разорвали на мелкие клочья.

– Ничего, справимся. А пряники и по-другому заслужить можно.

Я наклонилась к Агаше и зашептала ей на ухо. Она на мгновение замялась, пожевала губами.

– Одна не справлюсь. Разве что Степку на помощь позову? Он от пряников тоже не отказался бы.

– А твоему Степке доверять можно? – насторожилась я.

– А то ж! Мы с ним вместе куда только не ходили. Намедни он мне жар-птицу помогал показывать.

Я вспомнила долговязого чумазого мальчишку, который притащил в сарай с павлином корзинку с курицей, и кивнула.

– По рукам!

– Только… – завела свою песнь Агаша.

– Нет уж, – отрезала я. – Сперва дело, а пряники потом!

– А если тебя поймают?

– Значит, не заработала ты на свои пряники. Уж постарайся сделать так, чтобы не поймали.

Как только Агаша скрылась между рядов, кот царапнул меня за ногу:

– А теперь поведай мне, как ты собираешься попасть в терем? План переодеться в платье Агриппины, дождаться темноты и заявиться на царский двор под видом чародейки только что с треском провалился.

Мимо нас, уверенно расшвыривая народ, пронеслась баба с лоскутом в руках – золотое шитье на синем бархате. Платье Агриппины, в которое я собиралась переодеться и перехитрить стражу, прикрыв чем-нибудь лицо, превратилось в сотни подобных клочков.

– План не меняется, – упрямо повторила я. – Я войду в терем под видом Агриппины.

– И как же? – недоверчиво мяукнул кот.

– Встречаемся здесь через несколько минут. Ты пока проверь, что там с Агриппиной.

Варфоломей нырнул в гудящую толпу, а я юркнула за угол, в опустевший торговый ряд.

– Девонька, – кинулась ко мне торговка, изнывающая от любопытства за ближайшим прилавком с берестяными изделиями. – Расскажи, что там творится-то?

– Агриппина золотом швыряется, народ пытается задобрить. Я вон себе на целое приданое набрала. – Я тряхнула перед ней бюстом. Пусть думает, что он у меня за счет монет вырос. У торговки так и загорелись глаза. – Беги, может, тебе тоже достанется! – посоветовала я.

Позабыв обо всем на свете, торговка ломанулась через прилавок, опрокинув половину товара, и понеслась на площадь.

– Куды это она? – заголосили ее соседки.

– Да там Агриппина золотом швыряется…

Через минуту весь ряд был пуст. А я бросилась между прилавками, выискивая одежную лавку.

Когда я вернулась, кот уже нетерпеливо притоптывал на месте.

– Варфоломей! – позвала я. – Ну что там?

Кот обернулся, шарахнулся от меня и испуганно выпучил глаза:

– Я-ана?!

– Что, хорошо я замаскировалась? – Я удовлетворенно хмыкнула.

– Ты что? – вытаращился кот. – Выпила быстротолст?

– Зачем? – Я утерла пот со лба и надвинула косынку пониже. – Достаточно всего пяти платьев, надетых друг на друга.

О примотанной к животу подушке, благодаря которой и удалось добиться Агриппининой округлости, я стыдливо промолчала.

– Ты ограбила швейную лавку? – укоризненно мяукнул Варфоломей.

– Я все верну. Так как там Агриппина?

– Уходили ее до смерти – лежит не шелохнется, – доложил кот.

– Так, может, с ее смертью чары с терема спали? – обрадовалась я.

– Да только вряд ли Ив и Василиса каждый миг свою ворожбу проверяют, – осадил меня кот. – Все равно в терем идти надобно.

– Так я ж не отказываюсь. Идем!

– Погоди, я сейчас.

Варфоломей вернулся через минуту, таща в зубах кровоточащий кусок мяса.

– Что это? – Я с ужасом отвела глаза. – Это все, что осталось от Агриппины…

– Дура! – рявкнул кот, выплевывая мясо к моим ногам. – Это свинина парная.

– Нашел время есть! – возмутилась я.

– Еще раз дура, – проворчал кот. – О тебе же забочусь!

– Я это есть не буду!

– А ну бери в руки без разговоров и лицо себе мажь! – гаркнул Варфоломей. – Грязью щеки изгваздала, так думаешь, уже на Агриппину стала похожа?

– А так – стану? – засомневалась я.

– А так – никто из стражи и всматриваться не станет, – заверил кот. – Рявкнешь на них погромче – и пустят как миленькие. Поди, уже слышали, что на ярмарке творится. И стражники, которые поверху ходят, видели драку на площади. Скажешь, что тебе в той драке наваляли – и путь в терем открыт.

Я быстро натерла куском мяса щеки и лоб. Подумав, мазанула еще по верхнему платью. Кот, подпрыгнув, повис на рукаве, вырвав клок.

– Так-то достовернее, – пояснил он. – А теперь бегом! Не ровен час, стража на площадь прибудет да Агриппину найдет.

– Значит, терем останется без охраны? – оживилась я.

– Не радуйся, не бывать такому. Половина стражников все равно царя охранять будет.

Мы свернули за угол и побежали по дороге, ведущей к терему. Рыжий паренек, сметавший с прилавка оставленные без присмотра подковы, испуганно шарахнулся в сторону. Подковы упали на мостовую, загремели по булыжнику.

– На счастье, – усмехнулась я.

– Ты произвела на него впечатление, – хмыкнул кот.

Бежать по жаре в пяти платьях – то еще удовольствие.

Пот лился ручьем, ноги заплетались в длинных юбках, руки не сгибались. Я чувствовала себя борцом сумо, который решил переквалифицироваться в спринтера.

– Ну что ты там копаешься? – возмущенно шипел Варфоломей, значительно опередивший меня.

– Бегу как могу, – пыхтела я.

Впереди уже показались царские ворота. Я отметила, что стражников на заборе стало меньше. Для нашего бегства из терема все складывается весьма удачно!

– С дороги, быстро! – шикнул Варфоломей, скатываясь в сторону, к ближайшему дому, последнему перед пустырем, отделявшим царскую резиденцию от жилых районов.

Я спряталась за угол, радуясь этой передышке, чтобы хоть чуть-чуть отдышаться. Вскоре по мостовой прогрохотали подковы лошадей. Из терема на городскую площадь промчался отряд всадников.

– Быстрее, – поторопил меня кот. – У нас совсем мало времени до того, как стражники найдут тело Агриппины и привезут его в терем.

Спустя несколько минут я уже молотила кулаком в царские ворота.