Ритер - Дмитрий Шидловский

После ухода отряда Щекина все пребывали в растерянности. Убийство Васильева и раскол подействовали на ребят и «командиров» удручающе. Однако вскоре послышался зычный голос Рыбникова:

– Выступаем через полчаса. Всем умыться и позавтракать тем, что осталось от вчерашнего ужина. Сережа Пак и Толя Иванов, встаньте у дверей и последите за лесом. Не хотелось бы, чтобы наши вчерашние гости застали нас врасплох.

– Никита, а с этим что? – Жихарев показал на тело Васильева.

– Некогда хоронить, – ответил Рыбников. – Местные позаботятся.

Жихарев кивнул.

– Никита Викторович, хотел бы напомнить, что я возглавляю экспедицию, – заявил Чубенко.

– Конечно, Владимир Гермогенович, – отозвался Рыбников. – Я просто взял на себя кое-какие технические вопросы.

Чубенко удовлетворенно кивнул. Люди начали расходиться, старательно огибая мертвое тело.

– Никита Викторович, – прозвучал голос Пака от входа, – а тела-то исчезли.

Все бросились к входу и увидели, что оставленные вчера на поляне тела убитых врагов за ночь исчезли.

– Ничего себе, – присвистнул кто-то.

– А вы думали, что они просто так ушли? – резко спросил Рыбников. – Мы на территории чужого племени и чем скорее уйдем, тем лучше. Всем вернуться в храм и готовиться к выходу. Караульным смотреть в оба.

Люди зашумели и быстро укрылись под защитой каменных стен.

– Никита Викторович, – Антон подошел к учителю, когда они вернулись в храм, – объясните, зачем вы добивались, чтобы Васильев командовал?

– Я надеялся, что это предотвратит раскол, – тяжело посмотрел на него Рыбников. – Увы, напрасно.

– Мог ли Васильев нас вывести?

– Мог, не сомневайся. Он командовать всегда умел. Рукопашник был замечательный, стрелок превосходный. И, главное, понимал, что выходить надо всем вместе, в отличие от этих… Но, видишь, амбиции заели. Это и погубило. Люди всегда создают себе проблемы сами. Дешевые понты нескольких честолюбцев дорого обходятся не только им самим.

– Собаке собачья смерть, – процедил Антон.

– Дурак, – обругал его Рыбников. – При чем здесь Васильев? Ты что, не понимаешь, что после смерти Васильева и ухода Щекина мы стали вдвое слабее?

– У нас есть пистолет, – напомнил Антон.

– Это может и спасти, и погубить, – сухо ответил Рыбников. – Ладно, иди к ребятам. Скоро выступаем.

Антон подхватил валявшиеся на полу нунчаки и направился к источнику, где выстроилась очередь на умывание. Однако вскоре от входа донесся крик Пака:

– Никита Викторович, там люди вооруженные!

Все снова бросились к выходу. Антон протолкался вперед и увидел, что на поляну выходит отряд… около десятка воинов в кожаных доспехах и металлических островерхих шлемах. Поверх широких штанов были прикреплены металлические поножи. Все были обуты в кожаные сапоги. В руках щиты и копья, а на боку у каждого по прямому мечу. Отрядом командовал молодой мужчина в кольчуге, перевязанной кожаным поясом с металлическими бляшками. Его оружие составляли два меча, очень похожих на японские, только немного короче. Один был, как и у Рыбникова, заткнут за пояс лезвием вверх, а рукоятка другого торчала из-за спины. Экипировку дополнял солидных размеров кинжал на правом боку. На шее у воина, на массивной железной цепи, висела круглая золотая бляшка.

Воины выстроились в шеренгу, а их предводитель вышел вперед. Сгрудившиеся у входа в храм люди удивленно смотрели на них.

– Девочкам укрыться в храме, – негромко приказал Рыбников.

Чуть помедлив, Таня и девушка-ушуистка отступили назад. Антон заметил, что за ними последовал и Чубенко.

– Эй, разбойники, кто из вас главный? – крикнул предводитель воинов с двумя мечами.

Он говорил по-русски с заметным финским акцентом, но достаточно четко.

Рыбников оглянулся на выглядывавшего из храма Чубенко, но чиновник знаками показал, что лучше будет, если в переговоры вступит не он.