Тень - Дейв Дункан

— Летит встречать своего ненаглядного принца, — пояснил чей-то голос.

Работники заухмылялись.

Элоса разъяренно оглянулась, но не смогла вычислить шутника и усмехнулась в ответ.

— В Колл-Блик, — отпарировала она и, очень кстати закашлявшись от пыли, отошла укрыться с наветренной стороны, у пустовавшей сейчас стены-насеста.

Девушка прислонилась к стене и стояла, глядя на Розовые Горы — на фоне черного неба их вершины терялись в таких же красноватых облаках. Облака, лед, а воздуха нет совсем, во всяком случае, недостаточно для людей. Говорили, что птицы могут летать там, хотя зачем им это? Ведь никакой пищи в Верхнем Рэнде точно нет.

Колл-Блик был расположен правее замка Фон. Она направится в ту сторону, отделается от Рорина и вернется назад одна. Ему придется доложить об исчезновении хозяйки. Поиски займут отца и отвлекут его внимание от принца. Безусловно, опасный план и жестокий; но появление прекрасной вестницы не произведет должного впечатления, если через несколько часов с той же вестью явится ее отец.

Или все-таки с другой вестью? Забавная мысль!

Тью Рорин вернулся, одетый в потрепанный летный костюм, заплат на нем было больше, чем у Ледяной Молнии перьев, и начал готовить жердь с колпачками. Элоса отошла от стены, чтобы присмотреть за ним. «Нельзя доверять груму, — сотни раз повторял отец. — Одна неподтянутая подпруга — и ты погибла».

Рорин, однако, знал свое дело. Ледяная Молния и Коготь Грома стояли рядом, так что надеть колпачки требовалось только на них и на двух ближайших к ним птиц. Надо было с безопасного расстояния набросить большие мешки на головы орлов. Завидя колпачки, птицы повернули головы и свирепо покосились на них, но как только мешки оказались на местах, орлы застыли точно каменные. Теперь к ним можно было приблизиться без риска для жизни. Тью привязал к решетке страховочный ремень, ловко вскарабкался на стену и, просовывая руку под колпачки, закрепил шлемы. Отец говорил Элосе, что под колпаком можно даже потрогать огромный хищный клюв птицы — она все равно не двинется. Но Элосе как-то не хотелось пробовать.

Тью сначала не мог отыскать личное седло Элосы и предложил ей другое, но девушка отказалась. Полет в Вайнок и обратно и так достаточно утомителен.

Оседлав орлов и сняв с них колпаки, Рорин сходил за луками и колчанами и с дерзкой усмешкой подал их молодой хозяйке. Все знали, что Элоса увлекается стрельбой из лука.

— Все готово, леди.

— Спасибо, — милостиво бросила Элоса.

На глазах у птиц были шоры, и Элоса смело подошла к ним. Тью подал ей руку, помог забраться на стену и усесться в седло, поправил стремена. Рукопожатие его было чересчур крепким и недостаточно почтительным. Нахальный ублюдок! Элоса услышала, как он отстегнул привязь и легко вскочил на Коготь Грома. Птица немного осела под его весом; сам Тью держался невозмутимо и не обращал ни малейшего внимания на завистливые смешки своих оставшихся ни при чем чумазых товарищей. Протянув руку, Элоса почти достала до гребешка Ледяной Молнии, потрепала его и почувствовала, как птица вздрогнула от удовольствия. Девушка вдруг испугалась затеянной авантюры, но Тью уже выжидающе смотрел на нее.

— Вперед!

Она натянула вожжи, и шоры упали с глаз орлицы. Как обычно, Ледяная Молния тут же резко повернула голову влево — знакомый трюк. Возможно, она просто интересовалась, кого предстоит везти, а может, намерения птицы были не такими уж мирными, например, она замышляла клюнуть всадника? Как бы то ни было, намерения эти пресекались в корне — Элоса ослабляла левую вожжу, и огромный золотистый глаз вновь оказывался зашоренным.

Ледяная Молния напряглась, распрямилась и, не раскрывая крыльев, ринулась в пустоту. Волна холодного воздуха накрыла ее, Элоса вновь ощутила тот сладкий ужас, который и превращал полет в самое увлекательное, самое захватывающее занятие на свете. Девушке не верилось, что даже любовь может сравниться с этим чувством. Свободной рукой она похлопала птицу, подавая ей команду раскрыть крылья; потом слегка отпустила правую вожжу — и орлица повернула влево. Не ожидавший этого Рорин уже успел повернуть вправо и теперь, сердито вскрикнув, изменил направление. Ничего, он еще не так попляшет!

Темнота и холодный ветерnote 3 были для Элосы знакомыми и родными, как коридоры замка. Она заставила Ледяную Молнию накрениться, скользнула в струю теплого воздуха, сделала полукруг. Где же Рорин? Девушка огляделась, недоумевая, и увидела, что Тью уже над ней, совсем близко — несмотря на защитные очки, она ясно видела его ухмыляющуюся физиономию. Конечно, здесь и полагалось быть защитнику, но Элоса раздраженно отметила, с какой легкостью он занял эту позицию.

С величавым спокойствием орлы парили над городом и замком. Солнце теперь стояло прямо перед ними — ярко-красное яйцо с мутным пятном на нем. Именно эти ядовитого оттенка облака напомнили герцогине орла. Если она не ошиблась, такое пятно и впрямь сулило несчастья.

Элоса без предупреждения устремилась вниз, чтобы попасть в более мощную теплую воздушную струю, идущую от Травяного Хребта. Рорин с трудом поспевал за хозяйкой. Но благодаря своему возрасту Коготь Грома был чрезвычайно опытным орлом, а летный дар перешел к Тью от его настоящего отца. Даже очень старая птица, если понадобится, способна лететь без отдыха целый день. Крылья орла не знают устали, нельзя только бить по ним, а подобную ошибку совершают лишь совсем никчемные наездники.

Они поднимались все выше и выше. Найнэр-Фон был уже почти незаметен за вздымавшимися вокруг вершинами. Почти белое раскаленное солнце слепило глаза.

— Хватит подниматься, леди! — крикнул Рорин.

Он начинал нервничать, и правда, воздух становился все более разреженным, дышать становилось все труднее. Похоже, ей не отделаться от Рорина. Будущей королеве Ранторры придется встречать своего принца в обществе кухаркиного отродья. Убийственная мысль!

Они почти достигли облаков, кровь стучала в висках. Элоса сдалась — она пришпорила Ледяную Молнию и кинулась вниз. Сразу полегчало, стоявшая перед глазами мгла развеялась, и Элоса осмотрелась кругом. Коготь Грома по-прежнему на своем посту. «Здорово летает!» — неохотно признала она.

На этой высоте солнце в синем небе пекло невыносимо, внизу, за Великой Соляной равниной, протянувшейся до горячего полюса, насколько хватало глаз, все сверкало ослепительно белым цветом. Впереди же лежала огромная горная гряда — Рэнд, коричневые и красные зубчатые вершины с ярко-зелеными пятнами у родников и ледяных обвалов. Гигантская лестница из ледяных глыб, наваленных в первобытном, хаотическом беспорядке, спускалась с Верхнего Рэнда к Великой Соляной равнине.

Слева от Элосы, за терминатором, сверкали Розовые Горы — гребни гор, похороненных в застывшем океане, покрывавшем Темную сторону. Тьма и пустота, с одной стороны, невыносимая жара и густой «красный воздух» — с другой, а между ними узкая полоска Рэнда, и только благодаря тому, что средние высоты его случайно оказались на одном уровне с терминатором, вообще возможна жизнь в Ранторре.