Наследник для оборотня - Маша Моран

Хуже всего осознавать, что это именно то, что я ей не дам. Единственная, вашу мать, вещь в гребаном мире, которую я не смогу ей подарить. Вот от этого хреновее всего.

— Ладно, я верю, что все действительно охереть, как плохо.

В который уже раз я позволил несбыточным мечтам полностью овладеть разумом. Приходится собраться с мыслями, чтобы вспомнить, что я не один. Рядом сидит Маттиас, задумчиво рассматривая меня. И мы сейчас мчим по пустой трассе. И кажется, я не хрена ничего не контролирую, потому что веду чисто на автомате, вдавливая педаль до такого состояния, что скоро стрелка спидометра просто слетит к чертям.

— Ты о чем? — Бросаю на него взгляд, чтобы понять, о чем он думает.

То же самое делает и Маттиас: буравит меня взглядом, чтобы угадать, что у меня на уме.

— У тебя опять этот угрожающий вид. Только на этот раз, ты выглядишь еще свирепее. Ты специально тренируешься?

Чтобы не отвечать на попытки Маттиаса поиздеваться, я достаю телефон и быстро набираю Радвана. До крепости осталась половина пути, и мне нужно заняться хоть чем-то, а иначе точно сойду с ума.

Как всегда, Радван отвечает почти сразу:

— Слушаю.

— Я забрал Маттиаса. Все готово?

Рядом Маттиас тихо бурчит «Надеюсь, не к моему расчленению», и я понимаю, что Радван это слышит, потому что пауза затягивается.

Но наконец он отвечает:

— Да, господин Дагмар. Мы вас ждем.

И тут на заднем фоне раздается мой любимый голос, от которого сразу же повышается температура, и я начинаю гореть, сжигаемый заживо неизвестной природе лихорадкой.

— Господи-и-ин? Какой он тебе господин? Говнюк он.

Я физически ощущаю, как напрягается Маттиас и резко поворачивается ко мне. Замешательство Радвана чувствуется даже на расстоянии.

Мне уже плевать, что я пытался сдерживаться, и не собирался ставить Маттиаса в известность о том, что нашел свою невесту. Конкретно сейчас мой мозг размышляет инстинктами. Дикими и первобытными.

Не осознаю, что рычу, пока Маттиас не подбирается, точно так же инстинктивно, готовясь к нападению:

— Она с тобой?

Заминка, после которой Радван неуверенно отвечает:

— Да, госпожа Ма…

Я не даю ему говорить. Не хочу, чтобы кто-то знал ее имя. Не хочу, чтобы вообще кто-то знал о ней. Тем более, Маттиас, который всегда владел всем женским вниманием, каким только можно.

— Отведи ее в спальню. Пока я не разрешу выйти, она должна находиться там.

Отключаюсь, даже не дослушав то, что Радван пытается сказать, а самого начинает скручивать узлами ревности и ярости. Маттиас точно слышал ее голос. А что, если на него Марина подействует так же, как на меня? И какого черта Радван с ней? Он должен был следить за ней, пока она таскается хрен знает где да еще и без меня. Но никак не отираться возле нее в крепости.

— Ты нашел… ЕЕ? — Впервые с момента нашей встречи голос Маттиаса звучит по-настоящему. Он удивлен. Поражен. Шокирован.

Я отвлекаюсь от дороги и смотрю на него, стараясь взять себя в руки.

— О чем ты?

На его лице странное выражение, которое мне пока не удается разгадать. Я принюхиваюсь к его запаху. Если он захочет себе Марину, то колебаться я не буду. Сражение состоится прямо здесь и сейчас.

— О твоей невесте. Это же была ОНА? ЕЕ голос?

То, как он это произносит, выводит из себя. Руль трещит и скрепит. С трудом расслабляю пальцы, а иначе просто выдерну его с корнями.

Скрывать не имеет смысла, но я все-таки спрашиваю:

— Как ты понял?

Он не пахнет желанием получить мою самку. Но я все равно настороже.

— Твой запах изменился. Ты никогда не пах так — потребностью защищать. Ревностью. Ты хочешь ее.

Маттиас смотрит на меня расширившимися глазами, в которых… боль? Ему больно?

Теперь он не спрашивает, а говорит совершенно уверенно:

— Ты нашел ЕЕ.

— Да, нашел. — Я все равно ее спрячу от него, хоть и спалился раньше, чем добрался до крепости.

Какого хрена я вообще решил позвонить?! Винить некого, кроме себя самого, но я зол на весь свет.

Марина действительно моя уязвимость. С ней я всегда буду слабым. Но это лучше, чем быть сильнее всех без нее.

— Как давно? — Маттиас словно забывает о том, что еще пару минут назад мы были кем-то между друзьями и врагами, и продолжает смотреть на меня с жадностью ребенка, впервые увидевшего что-то необычное.

Странно, но с момента нашей встречи с Мариной прошло несколько дней. А мне кажется, будто мы уже прожили одну жизнь, и начинаем проживать другую. Каждый раз, когда я нахожусь не рядом с ней — смерть. Каждый раз, когда возвращаюсь — начало новой, следующей, жизни.

— Меньше недели.

— Но… — Он повел головой и шумно принюхался. — Вы еще не…

Я сжал челюсти и вывернул руль:

— Мы не будем это обсуждать.

Удивительно, но Маттиас не стал спорить. Он молчал, а я представлял, что будет, когда я приму напиток. Смогу ли я сдерживаться рядом с Мариной и подарить ей то, что она заслуживает? Красивые ухаживания без постоянного ощущения дула у виска и оторванной чеки.

— Каково это? — Маттиас снова нарушил тишину. — Каково это, когда появляется… ОНА?

Я не знал, как ответить на его вопрос. Не знал слов, которыми описать свои чувства и тысячи эмоций, о существовании которых прежде даже не подозревал.

Маттиас сам ответил на свой вопрос:

— Ты в смятении…

— Хватит нюхать меня.

— Не могу сдержаться. — На этот раз Маттиас грустно усмехнулся и поднял руки, сдаваясь. — Хочу знать, как это — иметь невесту.

— Пока что не радуюсь.

Сам не знаю, почему признался. Наверное, даже мне нужно с кем-то поделиться тем, что копится внутри. Хотелось бы поделиться с невестой, с Мариной. Но именно на ней и сосредоточены мои проблемы.

— Заметно. Но… разве есть какие-то сложности? С твоей-то внешностью и возможностями. Обычно, с женщинами у нас никаких проблем не возникает.

На это пришла моя очередь горько усмехаться:

— Наверное, именно поэтому, мне досталась та, с которой каждая секунда — проблема.

Я чувствую странную заминку Маттиаса, и интуиция не обманывает.

— Она… похожа на твою мать?

— Нет. Слава Богу, нет. Но с самого начала я неправильно себя с ней повел. — Мне хочется проорать обо всем, что я натворил и спросить совета, как все исправить. Осознание того, что я — взрослый мужик, который может позволить себе все, не помогает. Сейчас я неопытный пацан, впервые полюбивший. Да так, что эта нездоровая идеализированная любовь останется со мной на всю жизнь. — Не повторяй моих ошибок. Не торопись, когда найдешь свою. И не пугай ее. Постарайся понравиться и завоевать. Потому что, в противном случае, это — ад. Если, конечно, она хоть немного окажется похожей на мою.