Наследник для оборотня - Маша Моран

Марина поморщилась:

— Прям как на приеме у психолога побывала.

Радван ухмыльнулся:

— Я чувствую и вижу это. Так о чем вы хотели поговорить?

Марина решила признаться:

— Сама не знаю… То есть, не знаю, как это объяснить. Я, кажется, вижу призраков.

Черная бровь Радвана снова взлетела вверх:

— Призраков?

— Ну, я думаю, что это они. Женщина. Такая рыжеволосая, как Лиля. Только с зелеными глазами. Очень красивая.

Радван задумался:

— Вряд ли я ее знаю. Из всех рыжеволосых мне знакома только Лиля.

Марина не могла так просто сдаться. Должно ведь быть хоть что-то!

— Она все время появляется в таком старинном платье, как… даже не знаю, я в исторической моде не разбираюсь. Как в «Ромео и Джульетте»! Точно! Как будто с картины Леонардо да Винчи.

— У деда или прадеда Дагмара, я точно не знаю, была любовница, которая обожала Италию. Кажется, для нее он построил ратушу. То здание, где сейчас находится детдом.

Марина поморщилась:

— Спасибо, я знаю.

Он улыбнулся, извиняясь.

Марина задумалась, рассматривая великолепную люстру:

— В любом случае, это не может быть она. Дед или прадед — это сколько лет? Сто пятьдесят? Двести? А у нее платье было средневековым.

Радван пожал плечами:

— Вы можете спросить у Дагмара. Думаю, он вам расскажет.

Неожиданно Марина поняла, что упустила одну очень важную деталь, которая касается именно ее.

— Постой-ка! — Она так громко вскрикнула, что удивила даже берсеркера. Он вздрогнул и взглянул на нее с опаской. Да что ж она всех так пугает? — Ты сказал, что она была его любовницей. Но в магазинчике Дагмар сказал мне, что любит меня и… Если у вас все это так серьезно и мгновенно происходит, то какая, к черту, любовница?!

Радван снова задумался. Сжал губы. Челка упала на глаза. Ну вот какой он берсеркер? Вылитый вампир. Против воли Марина хихикнула. Подступающая истерика казалась неизбежной.

— Что такое? — Радван вскинул брови. Похоже, это было его излюбленное проявление чувств.

Марина прижала пальцы к губам, пытаясь сдержать улыбку:

— Просто подумала, что ты больше похож на вампира, чем берсеркера. Извини… Кажется, у меня нервы сдают. Тяжело свыкнуться со всем этим. — Марина и не заметила, как перешла на «ты». С Радваном оказалось удивительно легко общаться. Возможно, это и есть действие его… дара?

Он кивнул:

— Понимаю. Но я действительно не знаю, как так вышло. С любовницей. Не всем берсеркерам удается встретить свою невесту. Если же такое случается, то они не в состоянии ей изменить. Ни физически, ни морально. Что бы ты не совершила, Дагмар будет защищать тебя ценой своей жизни. Возможно, его предок не был связан такими узами с женой.

— А ты не знаешь, эта любовница не была беременна?

— Понятия не имею. Если хочешь, могу спросить. Но советую сделать это самой. Ему будет приятно, что ты интересуешься историей его семьи.

Марина скривила губы:

— И не подумаю. Он обращается со мной, как с отбросом. Первая я к нему ни за что не пойду.

Радван ухмыльнулся:

— Ты же женщина. Будь хитрее. Дагмар — очень… сложный человек. Он привык руководить огромным количеством людей. Малейшая слабость, и тебя тут же растопчут. Не смотря на положение своей семьи, он поднимался с самых низов и знает, что такое — борьба за свою жизнь. Действуй хитростью, а не напролом. В конце концов, даже медведя можно приручить.

— Удивительно слышать от тебя такие слова. Я думала, ты на его стороне.

Радван снова пожал плечами — второй излюбленный жест.

— Так и есть. Просто только ты сможешь дать ему счастье, которое он заслужил. И если мне нужно помочь тебе в этом, то я помогу.

— Какие-то у вас запутанные отношения… — Марина задумчиво посмотрела на Радвана, пытаясь понять, что скрывается за взглядом лимонно-желтых глаз.

— Берсеркеры, как и медведи, живут семьями. Но ни у меня, ни у него, семьи, как таковой, не было.

Марина вспомнила слова Дагмара в ведьминском магазинчике. О том, что самая худшая женщина на свете — его мать. Не это ли Радван имел ввиду?

— У него… непростые отношения с матерью?

Радван кивнул:

— Да, они ненавидят друг друга.

— Поня-я-ятно. Не думаю, что хочу лезть в это.

— Ты — часть Дагмара. Ты УЖЕ в этом.

Такие новости не успокаивали. И она до сих пор ни в чем и не разобралась. Так дело не пойдет.

— А что с теми… ладонями? Вы… уже узнали что-нибудь?

— Мы отвезли их в лабораторию.

— И как долго ждать?

— На Дагмара работают лучшие специалисты.

Какие еще новости ей предстоит услышать?

— Ему что, принадлежит лаборатория?

— Ему принадлежат несколько лабораторий.

— А чем он занимается?

Как ни в чем не бывало Радван объяснил:

— Он владеет фармацевтической компанией. Производство лекарственных препаратов, искусственной крови и органов.

У Марины аж дыхание в горле застряло:

— А что еще он делает? Создает искусственных людей?

— На самом деле, это очень важно. Мы сможем контролировать рынок, владея такими технологиями. Только представьте, кровь, которую можно перелить любому человеку. Это огромные деньги и огромная власть.

— Боже… Во что я ввязалась?.. — Марина устало упала на пол, уставившись в белоснежный потолок.

— Ты привыкнешь. Просто нужно время, чтобы во всем разобраться.

Но времени у нее не было. Она хотела жить! Жить нормальной жизнью. Встречаться с нормальным милым парнем, ходить на свидания, на работу, откуда он будет ее забирать, веселиться и не думать ни о чем. А вместо этого опять оказалась заперта в клетке, из которой не выбраться. Ей всего лишь нужна обычная жизнь, которой живут тысячи. А не призраки, которые оставляют туманные послания, и хозяева мира, изобретающие искусственную кровь.

— Я не знаю, что со всем этим делать. Дурацкие галлюцинации, убийства, люди, которые могут отрывать конечности другим голыми руками… Это все слишком.