Неземной - Маша Моран

— …там была девушка. Одна из рабынь, которую отдали победителю. Мы оказались здесь вместе. Кристина. Она пыталась защитить сестру, когда Ветурия отбирала девушек себе в свиту.

— Да, я помню.

Лера не ожидала приступа ревности, накрывшего с головой, когда он сказал, что помнит о другой женщине.

— Глупая девушка. Даже ты тогда поступила умнее.

— Ух ты… спасибо! И оскорбил, и похвалил одной фразой.

— Я не хотел тебя оскорблять. — Он ухмыльнулся. Но на этот раз как-то иначе. Не только губами, но и глазами. В уголках скопились морщинки, и он стал похож на мальчишку-пройдоху. В такого мужчину легко было влюбиться. — Но тогда тебе хватило ума промолчать, пока она что-то верещала. А ее сестра пряталась за тобой, как за щитом. Ушлая девица.

— Что ты имеешь ввиду?

Он пожал плечами:

— Быстро сообразила, как здесь выжить. Теперь везде шатается за Ветурией, помогает уродовать других рабынь и учит принцессу, как стать более… привлекательной.

Такого Лера не ожидала.

— Может, она делает это ради сестры?

— Мне интересно, какие еще оправдания ты придумаешь для предательств? Нет, на сестру ей глубоко плевать.

— Ох… Я думала… В общем, неважно. Наверное я слишком наивная. Хотела попросить тебя помочь Кристине. Хоть как-нибудь. Ты бы мог выкупить ее, как меня. Сказать всем, что я тебе надоела и ты решил заменить меня…

— Ты хоть когда-нибудь перестанешь пытаться спасти всех несчастных?

Лера хмыкнула:

— А разве не этим ты сам здесь занимаешься?

— Это немного разные вещи.

— Ну да. Ты-то пытаешься целую планету спасти. Или даже галактику. А я так… Кстати, откуда ты столько знаешь о сестрах?

— Ревнуешь?

— Да.

Его глаза снова вспыхнули.

— Не ожидал, что ты признаешься. И что это будет так… приятно.

— Приятно, что я переживаю, как долго буду тебе интересна?

— Нет. Приятно, что я важен тебе. Что ты… дорожишь мной. Или ты просто соблюдаешь условия нашей сделки?

Внутри опять просыпалось странное существо, которое толкало сделать шаг в пропасть. Позлить монстра, потыкать спящего зверя палкой.

Неужели этого ей всегда не хватало? Хождения по лезвию? Постоянного напряжения? Жить, как на вулкане… Но он ведь и был вулканом. Ледяным Вулканом. Как в одном человеке могли сочетаться настолько противоположные вещи? И почему ее это так сильно притягивало?

— Если бы я соблюдала условия сделки, то что бы ты хотел от меня услышать?

Его глаза снова вспыхнули синим. Кажется, это был признак ярости. И возбуждения. Лера ощутила, как в бедро упирается горячая твердая плоть. Так быстро он снова готов был все повторить.

Лера испугалась, с какой готовностью ее тело откликнулось на его призыв. Между ног снова стало горячо, а соски набухли. Другая ее часть, состоящая из голых инстинктов и желаний, у которой не было ни гордости, ни моральных устоев, хотела прижиматься к его твердой груди и тереться сосками о покрытую волосками кожу.

— Ты повторишь все, что я скажу?

— Я подумаю…

Она сдвинула ногу, потирая бедром уже полностью вставший член.

— Но сначала я хотела бы попросить об одолжении, хотя наверное, не имею на это права.

Эгильрих вздернул брови и приподнял бедра:

— Это, наверное, должно меня убедить?

— Наверное. — Лера вздернула подбородок. — Ты так и не ответил, откуда столько знаешь о них?

Он улыбнулся:

— От Уддгера. Он увидел твою подружку в Песчаном Круге и решил, что должен ее спасти.

Лера не смогла сдержать вздох облегчения:

— Спасибо… То, что с ней сделали, ужасно… Как она?

— Понятия не имею. Уддгер о ней заботится. Не переживай. Он вывезет вас отсюда.

Лера не сразу сообразила, что он сказал.

— Он вывезет нас? Вернет на Землю? Почему не ты?

Он сжал челюсти, аж желваки заиграли. Великий шпион проговорился? Но не это сейчас было важным.

— Почему ТЫ не можешь отправить нас на Землю?

— Я не посыльный. — Он угрожающе прищурился и неожиданно перевернулся, подминая Леру под себя. — Ты обещала сказать все, что я захочу.

— Я не обещала… — Лера выдохнула стон, когда он толкнулся в нее членом.

— Обещала… — В ней все еще было слишком узко. Набухшая головка неумолимо растягивала тугой вход.

Она подняла ноги, обвивая его талию.

— Твое имя… что-то значит? Невий… То есть Уддгер говорил, что все имена на Нептусе что-то обозначают…

Он отстранился от нее, забирая даже те пару сантиметров, которые ее так сладко наполняли.

— Сколь многому он тебя успел научить… Наверное я зря оставлял вас наедине…

Горячая головка прошлась по нижним губкам, задела чувствительный клитор. Лера дернула бедрами, пытаясь вобрать его в себя, чтобы снова испытать все волшебные ощущения, которые он ей сегодня подарил. Но Эгильрих решил ее помучить, снова отодвигаясь. Что ж, она тоже может так играть.

— Наверное, зря…

Он рассмеялся:

— Я почти купился. Если бы точно не знал, что он не осмелился нарушить мой приказ и ни разу к тебе не прикоснулся.

— И откуда же ты об этом знаешь?..

Лера снова тихонько застонала, когда обе его ладони накрыли холмики грудей, сжали, а потом нежно погладили.

Он наклонился и лизнул сначала один сосок, потом другой. Мышцы живота задрожали. Кажется, она кончит только от этого, даже не дождавшись, когда он снова проникнет в нее.

— Я наблюдал за вами. За тобой…

Что?! Все это время он следил за ней? Видел все, что она делала?

— Ты шпионил за мной?

— Это мое ремесло. — Он обхватил губами сосок и легонько сжал, а затем начал медленно обводить языком. Надавливал на вершинку, теребил и жадно втягивал в рот. — Единственное, что я умею…

Лера не удержалась и вцепилась пальцами в его волосы, притягивая голову ближе к своей груди:

— Нет, не единственное. В этом ты тоже очень хорош…

Он начал ласкать второй сосок, слегка прикусывая его зубами.

— Ты так и не сказал, почему тебя назвали… — Когда его пальцы сомкнулись на влажном соске и потянули вверх, Лера громко простонала: — Эгильрих…

— Когда Нептус был еще молодой планетой… — Его горячее дыхание овевало влажную грудь, толкая Леру за грань новых удовольствий. — …и его населяли одни только чудовища и разрозненные племена людей… был один вождь. Жестокий беспощадный воин. Он покорил много племен, победил тысячи льдистых чудовищ. Силой воли он мог создавать изо льда острые клинки, смертоносные мечи. — Твердые, но нежные губы снова обхватили сосок. Задевая его языком, Эгильрих продолжил говорить, вызывая в Лере почти наркотическое опьянение. — Однажды во время сражения он увидел, как по небу скачут черные наездницы. Женщины, рожденные из темноты Нептуса. Темнота стала их плащами. Белые снег превратился в их кожу, а завывания ветров стало их голосами. Я считал, что ты одна из них… Сказка, созданная для мечтательных дураков. Для таких, как я… Которым нигде нет места. И которые будут идти угодно, где смогут быть значимыми и важными…