Порочный договор - Василина Лебедева

Лика, сглотнув, дёрнула уголком губ, всё же возразила:

– Мы уже поговорили. Я думала – мы услышали друг друга.

– Нет, милая, мы даже и не начинали разговаривать.

Слово милая полоснуло по сердцу Милолики, вызывая печаль. Она всё же дёрнула рукой и её ладонь выскользнула из захвата Рустама.

– Что нам ещё обсуждать, Рустам? Ещё дома ты поклялся, что договора между нами не будет, но зачем мне решил помочь – так и не объяснил. Да и помочь ли? – усмехнулась горько Милолика. – Так и не сказал – что потребуешь взамен и уж прости – в твоё благородство я не верю. Ты мне уже не один раз успел доказать, что ничего без выгоды для себя не делаешь.

– Естественно, – послышался от него ответ, и Лика отвернулась от него в другую сторону, а затем и отодвинулась подальше.

В этот момент машина замедлила ход и остановилась. Шофёр известил их о прибытии и Лика, не дожидаясь Рустама, сама вышла, раздвинула трость для незрячих. Собиралась пойти вперёд, но её опять перехватила мужская рука, властно обхватившая талию.

Молча Рустам повёл её в гостиницу, и Милолике ничего не оставалось, как перебирать ногами. Это положение беспомощного котёнка, который и шагу не может сделать, чтобы не наткнуться на препятствие, да ещё и в чужой стране – сильно удручало девушку.

Холл гостиницы с людскими голосами, лифт и вот, наконец, тишина номера. Милолика застыла на входе, упрямо сжимая кулаки. Она не хотела разговаривать с Рустамом, не хотела слушать его. Безумно боялась того, что вновь, в который раз уступит, наплевав на свою гордость. Знала, что стоит ему приложить толику усилий, сказать парочку нежных слов и глупое сердце может дрогнуть, душа потянется ему навстречу. Потому что это сволочное чувство – любовь, выворачивало её душу наизнанку, заставляя стремиться к Рустаму. Желание его объятий, поцелуев, ласк – выворачивало жилы, заставляя тело гореть огнём от вожделения.

– Пойдём, я проведу тебя в ванную. Помоешь руки, умоешься, – Рустам попытался взять Лику за руку, но она одёрнула её, сразу спрятав обе за спину.

– Лика, прошу тебя, давай…

– Да, Рустам, я тоже прошу тебя, если настоял на моей операции – отвези меня в мед центр! Я же могу попросить? Или это только твоя прерогатива? Только я должна выполнять твои просьбы, приказы? – Лика словно выплёвывала слова, стараясь держаться уверенно. – Я тоже прошу – дать мне возможность спокойно, без душевных переживаний перенести эту долбанную операцию! Просто отвези меня! – едва не кричала Милолика, сотрясаясь от негодования. Начала брыкаться, когда Рустам подхватил её на руки и куда-то понёс.

– Пусти! Я буду кричать! Ты не смеешь! – Лика вертелась ужом, и стоило Рустаму поставить её на ноги, рванула в сторону, едва не свалившись. Уже готовилась к тому, что Рустам, наконец, сорвётся, накричит на неё, а может вообще начнёт обзывать и станет легче его обвинять, ненавидеть, только вот опять ошиблась.

Рустам, поймав её, чтобы она не упала, сразу отпустил и каким-то спокойно-уставшим голосом произнёс:

– Хорошо, Лика – я выполню твоё желание и отвезу тебя в клинику, но сначала помой руки и умойся!

Послышался шум воды и мужчина подвёл ещё дрожащую от бушующих эмоций девушку к раковине. Сжав губы в тонкую линию, она выполнила его требование, а когда развернулась, спросила:

– Всё? Доволен?

– Да. Подожди, пожалуйста – мне тоже необходимо умыться, – попросил он спокойным тоном, и Лика, сделав пару шагов в сторону, отвернулась, с горестной усмешкой отмечая, что в кои-то веки услышала от него просьбу сдобренную словом «пожалуйста».

Рустам вновь подхватил Милолику на руки, а стоило ей открыть рот для возмущения, мужчина спокойным голосом предупредил:

– Будешь опять брыкаться – всё равно удержу, кричать – поцелую.

Мгновенно закрыв рот, Лика нахмурилась, отвернулась в сторону, пробурчав:

– Я инвалид по зрению, ходить и сама могу.

Не ответив, Рустам просто пронёс Лику в спальню, радуясь тому, что она не видит комнаты и пока молчит. Поставил её на ноги, обошёл за спину и вместе с ней уселся на кровать.

– Ты… – зашипев, опять начала брыкаться Милолика, пытаясь вывернуться, извивалась ящеркой. Но Рустам быстро перехватывал её за талию, возвращая на место, а потом, отсев подальше, расположил между своих ног так, что она теперь сидела, прижатая к его груди спиной. – Пусти! – едва не зарычала Лика и опешила, когда он, прижав её к себе крепче, хрипло проговорил у макушки:

– Не могу. Мне очень нужен тактильный контакт, я должен чувствовать тебя. Прошу тебя, девочка моя – дай мне тебе всё объяснить.

– Нет! – Лика, всхлипнув, замотала головой: – Нет! Ты столько раз делал мне больно, столько… Я не могу! Не хочу! Ты обещал отвезти меня в клинику – так сделай это!

– Лика, прости меня, девочка, – на ухо прошептал ей Рустам.– Прости, котёнок. Я знаю, знаю – я тот ещё гад! Именно поэтому я и отказался от тебя, отпустил после завершения договора.

– Ты меня бросил! – вскрикнул Лика, ударив кулачками по его рукам.

– Да, маленькая, – Рустам тяжело вздохнул: – Но тогда я это видел это иначе.

– Иначе? Как можно смотреть на это иначе? – с болью в голосе спросила Милолика, но вырываться перестала.

– Тогда я думал, что спасаю тебя от себя, – через силу признался Рустам. – Я та ещё сволочь, милая. У меня хреновый, очень тяжёлый характер. Я замкнут, не люблю говорить не по делу, не любил никогда слушать женщин, потому что всегда слышал одно и то же – обсуждение подруг, тряпок, шопинга и бесконечные просьбы и требования, истерики. Именно отсюда и вылез этот пункт договора – никаких выяснений отношений и все просьбы через Антона. Никто меня не заставлял связываться с такими женщинами, но других в моём окружении и не было, до тех пока не появилась ты.

Если сначала признание Рустаму давалось невероятно тяжело, то с каждым словом становилось легче, он словно выплёскивал всё то, что скопилось у него на душе. Рассказывал, как она потихоньку, сама того не понимая, проникала ему в душу, как просочилась в каждую клеточку и как ему было безмерно тяжело отпустить её.

– Две недели в Пекине я жил как в аду, маленькая, – продолжал открывать, обнажать свои чувства Рустам замершей девушке. – Не мог есть, спать. Засыпал, только вымотав себя работой до бессознательного состояния. Но стоило мне закрыть глаза – так перед мысленным взором каждый раз появлялась ты. С ума сходил от тоски, от тяги к тебе.

– Но почему же… ты бы мог… – всхлипнув, начала Лика, а Рустам продолжил:

– Вернуться? Приехать? – и когда Лика кивнула, обнял её немного крепче, на краткий миг, прижимая к себе так, что девушка не могла вдохнуть. Но сразу отпустил и проговорил тихо:

– Я и собрался. Мне тяжело это признавать, но я сдался, больше не мог сопротивляться. Дал распоряжение начальнику службы безопасности нашего холдинга разузнать всё о тебе и получил отчёт, который просто сорвал мне крышу.