Порочный договор - Василина Лебедева

– Ты дура? – Надя на всякий случай отодвинулась от сестры подальше. – Ты что творишь?

– Нет, Надь, я вменяемая, – усмехнулась Лика. – Теперь уже да – пришла в себя. Ты не знаешь Рустама, он же всё равно потребует оплаты, и лучше я буду действовать на опережение! Он никогда не делает что-то просто так, а уж о помощи ближнему… – Милолика зло рассмеялась: – Он о таком даже и не слышал! Так что завтра последний день процедур, и мы едем домой.

– И ты готова так и остаться слепой? Готова вот так жить – не видя ничего? – Надя попыталась хоть как-то вразумить сестру, но Лика решительно кивнула:

– Готова! Да, Надя, я готова и даже знаю – как я буду отдавать ему долг! Я уже всё продумала – нашла интернат для незрячих в нашей области. Там люди живут и работают, так что…

– Ты дура! – припечатала сестра со злостью в голосе. – Я в этом не участвую! – девушка развернулась и собралась выходить, как услышала от Милолики:

– Не смей ничего рассказывать Тамаре! Я сама её завтра перед фактом поставлю.

День пролетел в заботах и к вечеру Тамара, подгоняя девочек, проверяла – собраны ли вещи, не забыли ли чего. Милолика должна была поехать в аэропорт первая и сёстры с тётей собирались проводить её в Израиль, подбодрить, поддержать. Их же самолёт домой был только утром следующего дня.

Так как Надя наотрез отказалась помогать Милолике, она подговорила младшую сестру и тайком уже купила себе билет на самолёт.

– Мы вместе домой отправимся, – шептала девушка Людмилке, которая под её указкой выискивала на планшете требуемое, читая вслух страницы сайтов, вбивала номер паспорта и банковской карты Милолики бронируя авиабилет.

Осталось самое сложное – объясниться с тётей. Дверь приоткрылась, и послышался голос Тамары:

– Чем вы тут занимаетесь? Хотя не важно, – сразу оборвала она сама себя и потянула Лику за локоть: – Пошли моя хорошая, я на стол накрыла, покушать надо. Неизвестно – когда удастся перекусить. Надо будет тебе после искупаться и собираться – самолёт скоро, – торопливо говорила Тамара, заводя девушку на кухню и усаживая за стол.

– Мне нужно кое-что тебе сказать, – начала Милолика, но женщина её прервала:

– Поешь для начала, а потом будешь рассказывать.

Стоило Лике взяться за ложку, как послышался шум, и звонкий голос Милы донёс до неё:

– Дядя Рустам приехал!

Выронив ложку, Лика судорожно втянула в себя воздух. Она на такой поворот событий вообще не рассчитывала. Ей даже в голову не приходило, что Рустам вернётся и только вопрос «Зачем?» вертелся в её голове.

События вокруг неё начали разворачиваться по непродуманному ею сценарию – в кухню вошёл Рустам, первым делом бросив приветствие Тамаре, сразу наклонился, накрывая губы Милолики в поцелуе и благо, что коротком, потому что Лика даже и не думала на него отвечать.

– Вещи собраны? – деловито поинтересовался он.

– Конечно, – подтвердила Тамара. – Лика, ешь быстрее, пора собираться, а я пока…

– Я никуда не поеду! – припечатала Милолика твёрдым голосом, после которого на кухне воцарилась тишина.

– Не понял. Что ты сказала? – тон Рустам потяжелел и сейчас отдавал сталью.

– Лика, ты о чём? – вторила ему Тамара, а Людмилка хвастливо добавила:

– А я Лике помогла купить билет домой!

Вопросы от Тамары, язвительные вставки от Надежды посыпались на Милолику и только голоса Рустама она не слышала. В конце концов, видя, что Лика сидит, упрямо сжав губы, Тамара всплеснула руками:

– Ты о сёстрах подумала?

Только после этого девушка заговорила:

– Хорошо, хорошо, – выдохнула, повертела головой: – Надя принеси листок и ручку!

– Новую расписку будешь писать? – язвительно спросила сестра.

– Какую расписку? – наконец спросил Рустам. – Твою ж… Что у вас здесь происходит? – взорвался он.

– И я бы хотела это знать, – вторила Тамара.

– Неси листок! – прикрикнула Лика и, ничего не объясняя, отодвинула от себя тарелку, столовые приборы, расчищая себе место. Взяла из рук сестры бумагу, ручку и в полнейшей тишине написала новое обязательство.

– Я поеду, хорошо, – процедила сквозь зубы. – Но с одним условием! Только после того, как Рустам Дамирович соизволит подписать моё обязательство.

– И что это за хрень? – уже устало спросил мужчина, забирая листок и пробежав по тексту глазами, едва не зарычал: – То есть ты считаешь меня полнейшим муда… – оборвал готовый сорваться с губ мат, только сейчас вспомнив про то, что здесь находится маленькая сестра Лики, – сволочью, не доверяя мне? Не доверяя моему прошлому обещанию, моей клятве? – практически прорычал он, нависая над Милоликой, едва сдерживаясь, чтобы не встряхнуть её, чтобы не ударить по столу кулаком.

– Мне нужны гарантии, Рустам, и таким образом я собираюсь обезопасить и себя и своих сестёр. Ничего, до сдоху надеюсь, успею с тобой расплатиться.

– Успеешь, милая, я подпишу эту хренову расписку. Дай ручку! – вспылил Рустам и, выхватив её из руки Лики, поставил свою подпись, после чего сунул листок обратно девушке: – Держи! И ты сама написала, что обязана расплатиться со мной, только вот подписи твоей я не вижу, так что будь добра – поставь её!

Лика расписавшись в уголке листка, протянула его Тамаре:

– Проверь, пожалуйста – он подписал его?

Женщина взяла листок и увидела, что именно написал размашистым почерком Рустам: «Все финансовые расходы за обследование, операцию и реабилитацию, будут оплачены только одним способом – ты обязуешься выйти за меня замуж!» И вишенкой на торте – стояла ниже подпись Милолики. Бросив тёплый взгляд на Рустама, Тамара протянула листок Милолике:

– Он подписал твою расписку.

– Хорошо. Значит, мне осталось собраться, – Лика, сложив листок, поднялась и, не приняв помощи Надежды, сама, ощупывая руками пространство перед собой, покинула кухню.

Людской гул аэропорта оглушал, дезориентировал, и Милолика не скинула руку Рустама, когда он, обняв её за талию, не торопясь, вёл за собою. В самолёте молча отвернулась, не собираясь разговаривать с ним, но когда через полчаса, а потом и час он с ней так и не попытался заговорить, готова была расплакаться.

Аэропорт города Тель-Авива, такси и Рустам на английском указал таксисту направление гостиницы. Лика, встрепенувшись, сразу попросила:

– Пусть меня отвезут сразу в клинику, – старалась произнести как можно увереннее, жёстче, но Рустам вопреки ожиданиям, поймал её ладонь, пожал, не отпуская, хотя Лика пыталась её вырвать и только после этого ответил:

– До приёма осталось больше двух часов.

– Я могу подождать и…

– И нам необходимо поговорить, – прервал Рустам непререкаемым тоном.