Когда вы кого-то любите - Сьюзен Джонсон

Поставив чашку с чаем рядом, Дарли заговорил тихо, чтобы его не слышала сидевшая в углу горничная:

— Скажите мне, как вас все же зовут.

Элспет предостерегающе подняла руку и повернулась к горничной:

— Софи, будь любезна, принеси нам горячего чаю. Чисто одетая, пухлая горничная средних лет подняла глаза, на миг, оторвавшись от вышивания.

— Он не мог уйти надолго, — хмуро сказала она. — Не пытайтесь воспользоваться случаем.

— Может, ты могла бы предупредить нас о его возвращении. — Элспет нагнулась и поставила свою чашку на столик.

— Могли бы и не говорить мне этого, — фыркнула служанка. — Конечно же, я буду начеку. Хотя по мне — так старому бастарду давно пора подохнуть, — пробормотала служанка, откладывая вышивание в сторону и поднимаясь с кресла.

— Софи, пожалуйста, уважай хотя бы…

— Этого, что ли? — Служанка кивнула в сторону Джулиуса. — Как будто всему миру неизвестно, чего вы с ним натерпелись, — выпалила она, забирая чайник. — Да ваш муж просто дьявольское отродье, и, видит Бог, это чистая правда.

Короткое молчание повисло в комнате, когда Софи покинула комнату.

Услышав щелчок закрывшейся двери, Джулиус улыбнулся покрасневшей хозяйке.

— Старая семейная служанка, я полагаю.

— Простите Софи за ее прямоту. Она была еще моей няней и до сих пор считает, что отвечает за меня, — огорченно объяснила Элспет. — Боюсь, что она слишком рьяно старается оградить меня от всего.

— С Графтоном у нее есть поводы для беспокойства, его вспыльчивость общеизвестна.

— Пожалуйста, мне не хочется, чтобы вы думали, что я мучаюсь незаслуженно. Много женщин живет в подобных браках. — Она слабо улыбнулась. — И в Софи я всегда имела надежного друга.

— Вам не хотелось бы заиметь еще одного?

Она вскинула брови.

— Мужчина с вашей репутацией ищет моей дружбы? Позвольте мне отнестись к этому скептически. — Она не сомневалась, что Дарли заглянул не случайно, как и в том, что Аманда Бладсуорт увела ее мужа с единственной целью — ублажить маркиза.

— Вы не знаете меня. — Он не был уверен, что в данный момент понимает сам себя, его обычно хищные инстинкты сейчас странным образом утихли. — А теперь назовите мне ваше настоящее имя. — На лице мелькнула усмешка. — Я предпочитаю не думать о вас как о леди Графтон.

— Я сама предпочитаю не думать о себе как о леди Графтон, — ответила она с такой наивностью, что в ответ маркиз непроизвольно улыбнулся. — Меня зовут Элспет Уолси, — она поморщилась, — или так звали.

— И сейчас вы пленница вашего брака?

— Да. — Ей хотелось бы говорить с той же прямотой, что и маркиз. Что бы ни было темой разговора. А ее брак был тем, чем являлся на самом деле.

— Я тут подумал, что вы, наверное, могли бы…

— Поступить лучше? Вы это собирались сказать?

— Скажем, сделать более разумный выбор.

— Надо же… услышать это от человека, столь щедрого на собственную неразборчивость. И не смотрите на меня так. Сплетнями и слухами о ваших любовных похождениях и связях заполнены все желтые листки и журналы. Но к вашему сведению, — произнесла она, отчеканивая каждое слово, — в провинциальном деревенском Йоркшире выбор крайне ограничен. Отцовская пенсия не передавалась детям после его смерти, и мой младший братик остался без средств к существованию.

Ему хотелось тут же спросить: «А сколько вам требуется на содержание брата?» Но она была слишком тонкой штучкой, чтобы так откровенно торговаться.

— Я не хотел обидеть вас, — сказал он вместо этого.

— Люди вроде вас считают, что у каждого есть свой собственный выбор. И действительно, почему бы вам так не считать? У вас сказочное состояние. — Она всплеснула руками. — Я не имела в виду… ну… я не намекала на…