Научи меня любить - Клод Мазет

- Я, пожалуй, еще немного посплю... надо ведь иногда радовать себя...

- Спи, - безразлично отозвалась она.

- Не хочешь составить мне компанию? - Эрнест протянул к жене руку.

- Нет. - девушка бросила взгляд на него, вспоминая вчерашнюю ночь.

- Что-то не так?

- А ты правда считаешь, что все в порядке?

- Я ведь просил тебя поговорить со мной, но ты не захотела...

- Нам не о чем разговаривать, - холодно отозвалась девушка.

- Я так не думаю, нам есть, о чем поговорить, - Эрнест сел на кровати и оглядевшись в поисках своих вещей, ничего не обнаружил и надел свой халат, в котором ходил в душ.

- Мне показалось, что мы уже вчера поговорили. Но раз ты хочешь, то давай поговорим. Говори.

- Я просто хочу удостовериться в том, что ты поняла мою позицию. Ты не должна более видеться с Фрэнком.

- И что ты сделаешь, если я скажу нет?

- Тебе лучше не говорить мне, уж поверь, - холодно проговорил Эрнест, - ты не знаешь, кем я был на войне и тебе лучше и дальше не знать об этом...

- Не знаю, - согласно кивнула она, - но сейчас ты калека.

Эрнест резко встал с кровати, преодолел разделяющее их расстояние и с силой толкнул женщину к стене. Никто, никогда не смел его так называть. Он замахнулся и увидел расширившиеся от ужаса глаза любимой женщины. И пусть она не любила его, но он то ее любил...

Рука сжалась в кулак и с силой врезалась в стену, - я тебя предупредил... Его не пожалею...

Она смотрела на него, а сердце колотилось как у загнанного мышонка. Ей казалось, что вот секунда и ... она зажмурилась и тут его кулак влетел в стену рядом. А она все еще боялась открыть глаза.

Эрнест тяжело вздохнул и отойдя от жены, сел на кровать и уткнулся головой в ладони, что же он творил. При всем том, что она поступала неправильно, он не должен был так себя вести, - прости меня, - пробормотал мужчина.

Эмили решилась открыть глаза только когда почувствовала, что он отошел. Увидев, что муж сидит на кровати, она резко запахнула халат и бросилась к двери. - не прикасайся ко мне, - крикнула она, схватившись рукой за ручку. - никогда...

Он не стал ей ничего отвечать, какой смысл, она все равно не услышит, не поймет, да и сам он виноват, неправильно повел себя и вчера, и сегодня...

Посидев на кровати некоторое время, Эрнест встал, подошел к шкафу и быстро надел на себя брюки и рубашку, взяв в руки пиджак, он вышел из спальни и направился вниз. Находиться дома не хотелось.

Эмили убежала в библиотеку испуганно спрятавшись среди сотен книг. Никогда ей не было так страшно как сейчас и сердце все еще билось как ненормальное. Вчерашнюю ночь, несмотря ни на что, она не боялась, она была готова бороться, но сегодня...

Выехав с пробуксовкой со двора, Эрнест разогнался до немыслимой скорости, около 100 километров в час, ему было на все плевать.

Он любил ее, он готов был на все ради нее и был уверен, что если она его не любит, то хотя бы уважает, ценит и не изменяет...

Но реальность оказалась намного более удручающей. И хоть мужчина и понимал, что поступил неправильно и что не должен был вчера демонстрировать свою силу, а уж сегодня и подавно...

У нее есть отговорка измене, она просто его не любит... но у него даже такой отговорки не было. Он знал, что делает и делал это осознанно...

Если она когда-то сможет его простить, то сможет ли он сам себя простить, вот вопрос... и на него у Ардена не было ответа...

Машинально он доехал до своего завода. Машинально припарковался на своем месте, машинально прошел через цеха и поднялся наверх, в свой кабинет. Машинально запер дверь и опал в большое кожаное кресло у стола...

Достав из одного из ящиков фляжку, оставшуюся после войны, он открыл ее и сделал несколько больших глотков.

Эмили слышала, как уехала его машина и подойдя к окну, заметила шлейф пыли, что поднялся за ревущем автомобилем. Уперевшись лбом в стекло, она молча смотрела на то, как пыль медленно оседает на дорогу и думала, что все рухнуло. Можно было соврать, но она не стала.

Каждый остался при своем мнении, а она... она поедет к Керку и скажет, что им придётся повременить с Мушкой. Потому что у нее нет денег, чтобы оплатить этого жеребца.