Приручи, если сможешь - Уля Ласка

Жень, я безумно горжусь тобой! И моя миллионная благодарность судьбе, что послала мне тебя!

Ловлю на себе взгляд Ивана Сергеевича. Хочет поговорить. Смотрю на часы, можно.

— Дорогие коллеги, время обеда, наслаждайтесь, потому что после у нас ещё более напряженный график.

Куда ж я, да без сгущения красок.

Все удаляются, мы с Веровым остаемся.

— Регин, у меня к тебе личная просьба.

Ого, как интересно? До этого мы обходились сугубо деловыми.

Я совру, если скажу, что не рассматривала его в качестве… мужа… Разница в двенадцать лет? Нет, не смущает. При разумном подходе это вообще не проблема. А вот быть с таким мужчиной рядом, это как подняться сразу на десяток уровней. Но дело в том, что рано или поздно тебя аккуратно и очень обходительно отправят обратно. И это у Ивана Сергеевича получается так естественно, что черезчур недовольных никогда не бывает.

Чуть больше года назад я решилась попробовать… Мне даже не дали шанса. По ощущениям — мощная пощёчина и тебя тут же нежно прижимают к груди, успокаивая и шепча слова извинения. Ещё один талант Верова, хочешь расцарапать ему лицо, а вместо этого подставляешь ушко, чтобы почесали и наслаждаешься этим. И вот сейчас весь ближний круг затаил дыхание, потому что ему вдруг стали слышны удары сердца Ивана Сергеевича… Кто стал причиной? Информация строго для внутрисемейного пользования. И то, что я до сих пор не в курсе явно даёт понять, что мои размышления по поводу семьи и её состава верны.

— Ты же знакома с госпожой Логиновой? — продолжает он.

Что это за дела с сотрудниками Ирмы Эдуардовны в обход её императорского величества? Она такого не одобряет, более того карает с особой жестокостью. Одно время она пыталась заманить к себе и меня. Но несмотря на огромное количество предложенных бонусов, свобода всегда была для меня дороже.

— Знакома.

Странно быть не знакомой с ещё одним и последним членом нашего клуба…

— Насколько хорошо?

— Достаточно.

— Я был бы тебе очень благодарен, если бы ты передала ей вот это и поспособствовала реализации.

Мне вручается конверт, такой же, который я получила двумя днями ранее. Вынимаю приглашение. Хм… Рисунок другой — рождественская веточка омелы, традиция не наша, но намёк понятен. Раскрываю… " Виктория Юрьевна..» Ого… Хочется присвиснуть! Вика?!! Э-э-э… Поспособствовать говорите, Иван Сергеевич? Это значит, до сих пор… нет? Что в общем-то неудивительно. Но, чёрт возьми, я хочу это видеть!

Его лицо мрачнеет, оценивая мою торжествующую улыбку. Да, господин Веров, похоже это вам за всех вмеcте взятых, потому что с Викой просто не будет… будет ли вообще? Ещё под вопросом. А поскольку от неё на эту тему я до сих пор ничего не слышала, значит, не в приоритете. Убираю свою улыбочку. С него хватит.

— Посмотрю, что смогу сделать. Но, Иван Сергеевич, в случае с Викой никаких гарантий, сами понимаете.

— Понимаю, — он расстроен.

А что вы ожидали? Я не волшебница, а в вашей ситуации на быстрый результат вообще рассчитывать не приходится. Лидия рассказывала, к Нику Вика привыкала больше трёх месяцев регулярных встреч, прежде чем позволила себя поцеловать и это при стопроцентной гарантии, что всё будет только так, как захочет она.

— Вот и отлично, — а что еще сказать?

Выходим вместе и пока я закрываю дверь, он добавляет:

— Пожалуйста, Регин… Для меня это очень важно!

Киваю и спешу удалиться… Что ж я такая добрая?..

Приёмная Егора Андреевича Рудова. Конфликт между отцом и сыном, казалось бы, исчерпан, но никакого сдвига в отношениях не наблюдается. К лучшему. Нам так точно меньше головной боли

Абсолютно уверена, в кабинете он один. Но продержать в ожидании минут двадцать — святое.

Наконец, секретарь поднимается, приглашая следовать за ней. Новая. Типичная. Не дольше чем на три месяца.

Ну, кто бы сомневался — царственный взгляд хозяина жизни. Другого у него и не бывает.

— Здравствуй, Егор.

— Привет, Регина.

Любопытство просто полыхает в глазах. Ну ещё бы, я по пустякам не прихожу, поэтому сразу к делу:

— Как ты заставил её подписать контракт?

Мгновенно ощеривается. Соображает он быстро и с логикой у него всё в порядке, титул одного из самых успешных бизнесменов страны его по праву.

— А почему сразу заставил? — сжимает челюсти, презрительно уставившись на меня.

— Сама она никогда бы не согласилась на эту работу! Это против всех её убеждений!

— Ну, если вы так близки, так какого хера ты высказываешь это мне? Я предложил, она согласилась. Сатина, если ты х. евая подруга, то причём тут я?

Так… значит, что-то ещё… или кто-то…

— Где она сейчас? — меняю тон на менее обличительный.

С его характером вышвырнуть меня пара пустяков, но сдерживается, терпит из-за сына, при всей сложности их отношений, ему важно, чтобы рядом с Женей были надежные люди. Я надёжна.

— У нее всего лишь двухмесячный контракт, вернется, и, если посчитает нужным, расскажет. Но пункт о неразглашении она тоже подписала, — довольно ухмыляется. — Отзывы о ней, кстати, шикарные!

— Даже не думай заикнуться о продлении! — я открыто угрожаю. Делаю это очень редко. И всегда отвечаю за свои слова. Он знает.

На лице теперь не отражается ни единой эмоции:

— Если захочет сама — не откажу!

Вызывает секретаря.

— Регина Викторовна уходит. Проводи.

Захлопываю дверь машины. Нервничаю. Первоначальный план требует корректировки. Набираю номер. Гудки. Уже хорошо, а то с него станется опять быть вне зоны действия.

— Привет, тётя Регина, за что такая честь?

— Степан, мать твою, Валерьевич, — про мать имею право, она моя подруга, плюc ответка за «тётю», — объясни-ка мне, что у вас произошло с Юлей?