Вопреки - Валентина Кострова

— Сдается мне, что у тебя какие-то личные интересы с «МедиаГлосс», - между делом замечает Виктор, подписывая документы о продаже своих акций мне.

Я улыбаюсь, опуская глаза. Да, личный интерес есть. Скорей как память с чего собственно все началось в этой дурацкой жизни, именно с этой компании начались изменения в приоритетах. Сначала голый расчет, потом откровенная похоть, после щемящее чувство нежности и обреченности.

— Мне нравится эта отрасль бизнеса, - обтекаемо замечаю, Виктор поднимает на меня глаза, хмыкает. Он не удивлен предложением, сумма его вполне устроила, поэтому сделка прошла в дружеской обстановке.

— Кто бы сомневался. Ну вот и все, - захлопывает папку, протягивает ее мне. Я все же заглядываю в документы, убеждаюсь в подлинности подписи, встаю из-за стола вместе с Виктором. Жмем друг другу руки.

— Может в бар заскочим? Посидим, а то у меня остались последние дни холостяцкой свободы.

— Можно, все свои дела я завершил.

Виктор ждет, когда я спрячу папку в сейф, возьму пиджак и выйду вместе с ним из кабинета. Киваю Анжелике, она без пояснений понимает, что я уже сегодня не вернусь. Премию ей. Не забыть бы.

— Слушай, вот сколько тебя знаю, не разу не видел тебя с бабой. Ты случаем не гей? Сейчас это модно, - вызывает лифт на наш этаж, поворачивается ко мне.

— Нет, не гей, - смотрю на сменяющие друг друга цифры.

— Ну подружка, любовница иль спрятанная жена?

— Тебе интересна моя личная жизнь? Поверь, ничего скучнее нет, - пытаюсь уйти от очень деликатной темы.

Отношений у меня действительно после Марьяны ни с кем не было, да и не хочется видеть возле себя чужое лицо, от которого совсем не торкает. Психотерапевт постоянно советует мне наладить интимную сторону своей жизни ради здоровья, меньше будет срывов, в близости тоже накопленная энергия находит выход. Проблема в том, что я могу переспать с кем-то только после того, как выпью.

— Темнишь ты, Герман, темнишь, - заходим в лифт, встаем друг напротив друга. – И кто она?

— О ком ты?

— Хватить прикидываться дураком, я о той, о которой ты постоянно думаешь. Блондинка или брюнетка?

— Блондинка, - интересно, она по-прежнему блондинка или перекрасилась в брюнетку. Обычно женщины, начиная новую жизнь, кардинально меняют свою внешность: коротко стригутся, красят волосы в бешеные цвеа

— Серые, голубые или зеленые глаза?

— Это блиц-опрос?

— Это удовлетворение любопытства. Так что с глазами?

— Голубые. Живет не в России, - Виктор удивленно вскидывает брови. – Мы расстались несколько лет назад.

— Но ты по ней сохнешь, как пацан. Любовь. Я тебя понимаю.

— Я не в том возрасте, чтобы по ком-то сохнуть. Мы взрослые люди, не совпали в мировоззрение на отношения, разбежались в разные стороны. Так бывает, - голос звучит слишком резко, отстраненно и с угрозой. Виктор не задает глупых вопросов, разговор не получает своего развития.

Мировоззрение с годами меняется. Меняются ценности в жизни. Меняется окружение. Не скажу, что тоскую по старым знакомым, но иногда вспоминаю прошлое, встречи, разборки, наезды и договоренности. Если сравнивать то что было и то что сейчас, сейчас порой ловлю себя на том, что скучно живу. Правильная жизнь похожа на блюдо без приправ, каждый раз приходится себе напоминать из-за чего собственно Марьяна исчезла с моего горизонта.

В баре шумно, но свободные места есть. Мы занимаем столик возле аквариума, заказываем выпивку и закуску. Я отправляю заявку на услугу трезвый водитель. Замечаю, как на стол Виктор выкладывает буклет из кармана пиджака и сосредоточенно его изучает.

— Что это?

— Это? – приподнимает буклет, текст на английском. – Вика загорелась провести медовый месяц на ранчо.

— Ранчо? – моему удивлению нет предела. – Почему ранчо? Обычно после свадьбы едут на море.

— Ну вот и я о том же, но моя без пяти минут жена хочет поехать в Америку на ранчо, почувствовать себя западным фермером. Я ей предложил метнуться в деревню, где у каждого жителя собственное ранчо, не согласилась. Диана, кстати, уже бывала в этом местечке не раз. Говорит, что с мужем остались в полном восторге и готовы возвращаться туда вновь и вновь, пока рядом не купят с этим ранчо свою усадьбу.