Беременна поневоле - Айрин Лакс

Тамара нескоро появилась в комнате и сразу начала выпытывать подробности.

Кто он? Когда я с ним пришла? Зачем я пошла в комнату с незнакомцем?

— Я не знаю. Не знаю! Он сам пришёл!

Тамара отшатнулась от меня и поморщилась.

— От тебя выпивкой несёт. Говоришь, тебя изнасиловали? Девчонки другое говорят. Они видели, что ты пришла с каким-то русоволосым красавцем.  Пришла уже готовая и висла на нём…

— Вы мне не верите? Посмотрите на меня! Вызовите полицию! Он всё ещё там. Понимаете? — я попыталась встать, но сразу же завалилась обратно на стул.

Ноги не держали меня.

— Алёна, давай ты честно признаешься, что просто хотела подцепить мажора. Тебе это удалось, а теперь пытаешься сбрить с него деньжат? — вкрадчивым голосом произнесла Тамара.

— Да как вы можете такое говорить? Неужели по мне понятно, что я хочу именно этого? — спросила я сквозь слёзы.

— Тамара Васильевна! — окликнул управляющую охранник. — Вас там зовут.

— Подождут! — отмахнулась Тамара.

— Не уверен, — ответил охранник клуба. — Серьёзный мужчина. Говорит, от этого зависит, будет ли наш клуб работать и дальше или его закроют уже завтра.

— Вот только таких проблем мне не хватало! — воскликнула Тамара и торопливо вышла.

В комнате рядом со мной осталась только Катя, обнимая за плечи. Но потом и её вызвали в зал.

— Катя, ты чего сидишь? Твоя смена, иди работай!

— Алён, всё будет хорошо. Сейчас Тамара со всем разберётся. Она в обиду не даст, — растерянно улыбнулась Катя и убежала, бросив на меня взгляд, полный сожаления.

Я прислонилась к спинке стула, сотрясаясь всем телом.

Минуты утекали в никуда. Я не могла сказать, сколько прошло времени. Но меня немного начало отпускать. Я пыталась вспомнить хоть что-то. У меня при себе нет ни телефона, ни сумочки. Где они?

Я поднялась, чувствуя ломоту во всём теле, и подошла к зеркалу.  Взглянула на своё отражение и ужаснулась.

Яркий, вызывающий макияж размазан по лицу. Потёки туши под глазами.

Я выглядела, как потаскуха, которую протащили по выгребным ямам. Локоны на голове — пушистые, как одуванчик, были растрёпаны.

Резко распахнулась дверь. Я вздрогнула от неожиданности.

— Давай приведём тебя в порядок, Алёна, — решительно заявила Тамара.

— Вы вызвали полицию? Его схватили? Задержали?

— Кого, Алёна? — спросила Тамара. — В комнате уже пусто. Ушёл твой красавчик. Камеры, сама знаешь, у нас не установлены. Только на входе. Но там не разберёшь, кто вышел.

Тамара обвела меня холодным взглядом.

— Алёна. Мне не нужны проблемы, — заявила она.

— Какие проблемы, Тамара? — спросила я.

— Я не знаю, с кем ты провела эту ночь. Подцепила кого-то? Так смотреть надо и головой думать, прежде чем ноги раздвигать!

После слов Тамары голова снова начала кружиться и болезненно ныть.

— Я не сама. Меня изнасиловали!

— Не кричи! — осадила меня Тамара.

Она избегала смотреть мне прямо в глаза. Всё время скользила взглядом по нижней части лица или старательно переводила взгляд в сторону.

— Я пойду в полицию! — собравшись с силами, заявила я. — Это было насилие!

— Лен…

Тамара обхватила меня за плечи.

— Пойти-то ты всегда можешь. Хочешь? Я даже сама тебя отвезу. Но вот чего ты там добьёшься? Ты ни имени ни помнишь, ни внешности!

— Помню. Волосы русые, глаза голубые. Яркие. Он одет хорошо… — попыталась сложить смутный образ.

— Послушай себя. Как это звучит со стороны, а? Под это описание каждый второй в нашем клубе подходит!

Я вывернулась из захвата Тамары.

— Я пойду в полицию. Пусть разберутся.

Тамара тяжело вздохнула.

— Ох и проблемная же ты оказалась, Алёна. Знала бы — не взяла тебя на работу!

Тамара отошла от меня и сделала круг по комнате, беспокойно поправляя идеальную укладку. Внезапно остановилась.

— Ладно, чего сидишь? Хочешь в полицию? Будет тебе полиция! Сама тебя отвезу. Вот только…

Тётка пробежалась брезгливым взглядом по моему лицу.

— Вымой лицо хотя бы, что ли? Не то за проститутку примут.

Я умыла лицо в туалете и вытерла бумажными полотенцами. Тушь и подводка не смывались простой водой до конца. Вокруг глаз пролегли чёрные тени.

Хотелось умыться полностью, чтобы избавиться от липких, противных следов на своём теле.

Но уничтожать эти следы нельзя. И я, содрогаясь от омерзения, натянула просторную одежду, предложенную управляющей.

На протяжении всей поездки Тамара хмурилась, поглядывая на меня через зеркало заднего вида.

Она остановила машину перед участком и повернулась ко мне:

— Алён, ты ничего не добьёшься. Лучше смирись, с тем, что произошло, и попытайся забыть.

— Как? — я сжала пальцы в кулак. — Вы не понимаете!

— Я понимаю только то, что ты пришла в клуб с мужчиной и осталась недовольна встречей, — равнодушно пожала плечами Тамара. — Те, кто тебя видел, говорят, что тебя на руках несли. Ты явно была не против развлечься. Хотела поиграть в «возбудим, но не дадим»? Так не получается, Алёна.

— Вы не правы! Меня похитили. Я ничего не помню. Я не сама это сделала! — выпалила я, срываясь то на крик, то на бессильный шёпот. — А вы говорите, что я сама виновата!

— Я говорю, опираясь на жизненный опыт. У нас уже была одна такая девушка, решившая, что можно сначала ноги раздвинуть, а потом угрожать заявлением об изнасиловании, чтобы денег получить.

— Мне не нужны деньги!

— Не нужны? Выкупила долю у Витька? — спросила Тамара. Она была в курсе родственных разборок.

— Нет. Не выкупила. У меня нет таких денег.

— Вот и ответ, — подвела итог разговору Тамара.

Тётка перегнулась через сиденье и погладила меня по плечу, якобы успокаивая.

— Смирись, Алён. Пусть это будет тебе уроком.

Я сбросила с плеча её тёплую ладонь и схватилась за ручку на двери машины.

— Вы дадите показания? — спросила я, глядя в глаза Тамаре.

— Я расскажу только то, что знаю и видела. Этого, увы, не так много, — ответила тётка.