Украденная у дракона - Олеся Рияко

— Не желаешь говорить? Быть может Ардину удастся развязать твой лживый язык… боюсь без практики он потерял навыки и точность, но много ли силы нужно применить к такой женщине как ты? Пожалуй, достаточно будет подержать тебя на хлебе и воде, глядишь одумаешься… матушка.

— Делай что хочешь! — Не сказала, а выплюнула она ему в ответ. — Да только что ты изменишь? Рано или поздно змеёныш придет по твою душу. Негодяй! Видел бы отец какое зло ты привел в его дом… — Задыхаясь от злости женщина махнула рукой в сторону Рэйны и Эллин, заставив тех отшатнуться. — Посмотри на них! Быть может в следующий раз ты увидишь их головы только насаженными на драконьи копья!

— Закрой свой лживый рот, змея! И не смей больше даже упоминать моего отца в своих лживых речах… изменщица. — Прорычал Нэйман, смяв и швырнув исписанный клочок бумаги ей в ноги. — Заприте леди в ее покоях, выставьте караул и пусть никто из слуг даже не смеет приближаться к ее двери или приносить еду!

Получив приказ, стражники подхватили вырывающуюся леди под локти и, против воли, потащили ее вон из обеденной залы.

— Оно не одно! — Вдруг воскликнула женщина и страшно, заливисто рассмеялась.

Мужчина вскинул руку, остановив стражников.

— Что ты сказала?

— Дурак, неужели ты думаешь, что письмо было только одно? — Ядовито ухмыльнулась женщина и глаза ее блеснули злобой. — Я! Я, а не ты управляла этим замком в последние годы! Это больше не твой дом, а мой и люди здесь тоже верны не тебе! Ты поймал меня за руку, но мой человек уже спешит в столицу… — Внезапно Селин умолка, прикусив язык.

— Значит в столицу. — Кивнул Нэйман и, подойдя к ней ближе, чуть наклонился, чтобы сровняться с женщиной и в упор заглянуть в ее полные злости глаза. — К кому? Вы не договорили, миледи, я слушаю.

Вместо ответа вдова оскалилась и плюнула мужчине в лицо, вот только тот успел отступить в сторону.

— Я передумал. В темницу ее.

— Нет! — Возопила его мачеха, пытаясь вырваться. — Ты за все заплатишь, Нэйман! Вы все заплатите! Вы не смеете! Отпустите!

Как только крики ее стихли в глубине коридора за большими дверьми в зал, в комнате повисла зловещая, звенящая тревогой тишина.

— Нэйман? — Испуганно всхлипнула Рэйна, нарушив ее первой. — Что происходит?

Лорд Рид вымученно улыбнулся сестре и, нарочито буднично, как ни в чем не бывало занял свое место за столом.

— Ничего особенного, милая. Занимаюсь тем, чем давно стоило — травлю крыс и выгоняю змей.

— Но матушка…

— Что ты, Эллин! У нас лишь одна матушка и эта женщина ей никогда не была. Девушки, леди Кассандра, что же вы стоите? Наверняка проголодались! Я, так целого быка бы съел. — Мужчина громко хлопнул в ладоши, привлекая внимание слуг. — Где все, куда разбежались? Несите блюда! У нас сегодня праздник.

— Какой? — Осторожно спросила Рэйна, не решаясь сойти с места. Она смотрела на молодого лорда во все глаза, словно не верила в реальность происходящего.

— Жизни или смерти, разумеется!

— О чем ты, Нэйман? — Пришло время Эллин усомниться в здравом рассудке брата.

Мужчина же устало вздохнул в ответ, переводя взгляд с одной сестры на другую и, будто бы впервые с момента ее появления в обеденной зале, обратил внимание и на Кассандру, сказав, глядя ей прямо в глаза:

— Вы все слышали и наверняка уже догадались о цели визита леди Фарвелл в нашу скромную обитель. Так вот… вчера я имел храбрость сделать ей предложение и теперь жду ответа — жизнь или смерть, Кассандра? Примите ли вы мое предложение? Но, разумеется, вам не стоит торопиться! Как видите, предатель, способный ухудшить наше и без того незавидное положение, пойман, а значит у вас еще есть время подумать, как решить нашу судьбу. Сколько там до Золотого дворца? Три дня пути? Но, не будем сейчас об этом — что же вы! Садитесь за стол… ух… я так голоден, предчувствие беды бодрит и пробуждает аппетит. Не находите?