Одержимость зверя - Анна Владимирова

* * *

— Я не могу дозвониться до нее, — глянул на Аарона. — Вне зоны доступа. Где Клауд?

Закрытое заседание вот-вот должно начаться. Давно я не был в этом зале. В отличие от человеческих, в этом можно прочувствовать размеры той свободы, которой могли лишить. Он, скорее, напоминал оперный театр, с той разницей, что на сцене солировали адвокаты и судья, а вместо оркестра — присяжные. От людей здесь были обвинители, и прокурор Дак сверлил мой профиль назойливым взглядом с самого моего появления.

— Зои забрали для взятия анализа, — процедил Аарон сО злостью. — Лоу сам мне звонил.

Новость ни черта не обрадовала.

Я провел остаток ночи в допросной, как и Аарон. Без него меня, наверное, там бы и разодрали. Нет, это не было обычной практикой, но меня отдали на растерзание свои же. Лоу — прежде всего. Знающим заготовили сказку о том, что взбесившийся звереныш, опьяненный властью, учинил самосуд. Не ведающим — что был совершен теракт южанами, против которых генерал не раз воевал как в прямом, так и в переносном смыслах. Все останутся довольны.

— Что ты так нервничаешь? — посмотрел на него в упор.

Мы оба были на пределе, но он больше. Ему есть что терять, и я готов завернуть его с этого пути в любой момент. Аргументы найдутся.

— У меня нехорошее чувство, — ответил он таким же прямым взглядом, — и я себя пытаюсь убедить, что это просто рефлексия.

Да, мы уж были с ним в этом зале, когда я отказался от его помощи.

— В этот раз я не собираюсь сдаваться.

— Это хорошо. Но у меня чувство, что на этот раз кто-то намерен сделать все, чтобы тебе ничто не помогло. И Зои… Надо было ее прятать! Черт! — Он бросил пристальный взгляд мне за спину, и, обернувшись, я увидел Лоу.

Надо было, но нам было не до этого всю ночь. Аарон не мог меня оставить, а стенки в здании экранированные — ни одного звонка не сделать.

Раздался стук молотка.

— Всем встать. Обвиняющая сторона в лице мистера Дака и защита в лице Аарона Хауэра — прошу подойти для ознакомления с ходом расследования.

— Анализ готов, — перевел Аарон тихо.

Мы обменялись напряженными взглядами, и он поднялся. А я уже знал ответ. Он был написан в глазах старика, что стоял в дверях. Из пальцев поползли когти, и Лоу пошатнулся, хватаясь за стенку. Его лицо исказила гримаса боли и удивления, но только на миг. Вскоре он уже стоял прямо, пытаясь отдышаться и взять себя в руки — он свободен. А на мне — ошейник. Что я сделаю?

— Ходатайство защиты об оправдании отклонено, — и раздался удар молотка.

А я ушел в себя. Уверенность, что рассчитывать теперь можно только на свои силы, уговорила внутреннего монстра затаиться. Аарон что-то втолковывал судье на повышенных — я слышал его голос, пожалуй, единственный. Хорошо знал его — сейчас он меньше всего хотел говорить. В этом мы с ним были похожи.

— Я получил отсрочку до завтра, — навис он над столом. — Зои не беременна.

— Это он так сделал, — кивнул я на выход. — Именно за этим ее и забрали, понимаешь?

Аарон сверлил стол напряженным взглядом:

— Это серьезное обвинение.

— Да, но мы не сможем его подкрепить до момента, как меня расстреляют. А потом скажут, что ошиблись.

Заставить себя отключить эмоции сейчас было сложнее всего. Одно ее имя будоражило и срывало все предохранители. Успокаивало лишь то, что сделать хуже я всегда успею. И не только я это понимал — количество вооруженной охраны на заседании еще никогда не было таким. Но Зои жива, и с ней все в порядке. Пока что.

— Нашли козла отпущения, — цедил Аарон, сжимая кулаки.

— Именно. Люди не замнут такую бойню — не смогут. Перед своей же военной элитой просесть — хуже не бывает. А этот, — кивнул я на Лоу, — пообещал им публичную расправу надо мной. Теперь Зои у него… — и снова пришлось втягивать когти и уговаривать себя, что ничто не кончено. Устроить жизнь Зои в бегах я всегда успею, но это не то, чего она достойна.

Представить сейчас ее состояние страшно, но я верил в нее. Она у меня умница…

— Прячь семью, — выдохнул я тихо брату в лицо, — срочно.