Твоя на 7 ночей - Ая Кучер

Лана больше ничего не спрашивает, но выхватывает список, с которым я носилась весь вечер. Его мне вручила Сара, помощница Эрика. Строго следовать всем приказам Мафиоцци, чтобы не разочаровать.

– Я не знаю, что мне делать с платьем.

Я ещё раз осмотрела свой гардероб и притащенные вещи подруги. Но они все не подходили. У Ланы были слишком короткие для меня и вульгарные, а у меня было всего два платья. Одно вечернее с выпускного, а второе – пляжный сарафан. Тратить деньги, чтобы угодить этому Дьяволу я не собиралась. И так купила новое бельё с портупеями. Хватит с него.

– У меня ничего нет.

– Иди без него.

– Издеваешься?

– Нет. Если ты... На улице не холодно – накинешь мой тренч, он скроет всё и будет сексуально. Какая разница в чём ты, если он снимет с тебя всю одежду сразу.

Сжимаю зубы, пока челюсть не простреливает болью. Потому что слова Ланы, сказанные просто так, режут глубоко внутри.

Я хотела помочь подруге, всеми силами хотела, но не представляла, как смогу раздвинуть ноги перед чужим человеком. Позволить трогать своё тело, трахать и играть всю ночь, как ему вздумается.

– Ой, а как же Гоша? – Лана всё мнётся, будто пытается уговорить, но в то же время боится, что я откажусь. Я её понимаю, правда понимаю, вот только о всех её слов становится всё более тошно.

У меня был Гоша, замечательный Гоша. Парень, который помогал и поддерживал, заботился. Ухаживал, проявлял внимание, приглашал на свидания, не смотря на отказы. Добивался и терпеливо ждал, когда я буду готова перейти на следующий этап отношений. А я собиралась лишиться девственности с бандитом, уголовником.

Но помимо Гоши у меня была Лана. Напуганная лучшая подруга, которая дрожала и захлёбывалась слезами, зная свои перспективы. И Гоша мог идти в дальний путь, прихватив моё сжимающееся от боли и ненависти сердце. Потому что всегда, везде я выберу Лану. Как бы это не ломало меня.

– Гоша не мой парень. Пока. И видимо уже никогда. Но он об этом не узнает, - я крепче сжимаю ткань очередного неподходящего платья. – Об этой ночи никто из нас не вспомнит, никогда. Когда я вернусь – мы ни словом, ни звуком, ни взглядом не сделаем вид, что что-то произошло.

Лана послушно кивает и подбадривающе улыбается. Алкоголь делает своё дело и сдавливающий страх в груди чуть отступает. Я смотрюсь уверенней и спокойней. Я знаю, что я симпатичная и желанная. Многие мужчины в открытую выражали свою симпатию.

Знаю, что несмотря на всю «пацанскую» душу у меня женственная фигура и красивая грудь. Я знаю это, просто совершенно не умею пользоваться всем этим. А с Мафиоцци придётся учиться быстро и доказывать, что я того стою.

Мне было бы противно от самой себя, как легко я рассуждаю о продажном сексе с незнакомым мужчиной. Было бы, но море успокоительного и вино убрали всё это.

А меня всё равно колотит. Кошусь на потухший экран мобильного, ожидая звонка. И бью себя по рукам, чтобы ничего не отменить.

Нет.

Нет.

Я не смогу. У меня всё тело прощается в ком от мысли, что сегодня будет. На кровати, он и я, и он будет касаться меня и…

Нет.

Поиграла в благородство и хватит.

Сейчас я позвоню Саре и всё отменю. Никакой сделки, никакого долга. Потому что кажется, что это разрушит меня полностью. Я и так держусь с последних сил, но стоит увидеть Мафиоцци, как всё рухнет окончательно.

Тянусь к мобильнику, когда он вибрирует в руке.

«Внизу через десять минут».

Пути назад нет.

Или есть?

Я ведь не вышла, квартиру не знают. Да Мафиоцци даже имя моё не знает, не найдёт. Я могу отключить телефон, спрятаться в своей спальне и всё будет хорошо.

Никакой сделки.

Сделка будет.

Две противоречивые мысли бьются в голове, разрывают на куски. Выходить или нет? Зачем я вообще в это мешаюсь, если во всём виноват исключительно Смирной?

Ради Ланы.

Это всё ради Ланы. Я переживу одну ночь с одним мужчиной. Всего один раз. А ей бы пришлось терпеть намного дольше. Те способы, которым бы Эрик шантажировал отца подруги.

Самосохранение важная штука, но тут лучше я, чем она.

– Может, всё-таки, пойдёшь в своём?

Может Лана была права. Я могла бы ослушаться и надеть любимые джинсы с кофтой. Но Эрик, как я поняла со слов его помощницы, был эстетом. И вряд ли хотел себе пацанку в постель. Поэтому идея подруги подойдёт. Ну не станет же он меня к друзьям вести или в клуб. Да даже если в клуб, то вряд ли мужчина станет тратить время на светские беседы.

Я выгоняю Лану на кухню и начинаю собираться. Макияж и укладка давно готовы благодаря подруге. Мне же нужно было разобраться с хитросплетениями нижнего белья, которое сегодня доставили курьером.

Это было похоже на какой-то веревочный ад. Если с кружевными трусиками на двух лентах было всё просто, то с лифчиком было сложнее. Он был без чашек, такой же кружевной и мягкий. Грудь идеально поместилась, но я посильнее подтянула шлейки, чтобы смотреться красивей.

И ради кого? Ради Эрика, который просто трахнет и забудет. Подтянула портупеи, которые начинались возле шеи, обхватывая двумя тугими полосками, шли через грудь и живёт, образуя своеобразную паутину, и заканчивались на ногах, такими же двумя лентами обхватывая ляжки. Подцепила к ним чулки специальным зажимом, чтобы не сползали. И посмотрела на себя в зеркало.

На меня смотрела перепуганная девчонка с подрагивающими губами. Не смотря на всю спокойность, показную и самовнушенную, меня конкретно потряхивало. Я не знаю, чего от него ждать, насколько жестоким он будет, насколько всё быстро закончится.

От заката до рассвета.

Пожалуйста, Боже, я не просила тебя ни о чём с семи лет, когда ты разрушил мою семью. И вот опять прошу. Пожалуйста, пускай всё закончится быстро и безболезненно. Пускай он меня отпустит, и я смогу забыть обо всём, что произошло.

Делаю глубокий вдох и несколько глотков вина. Алкоголь обжигает и пьянит. Ни разу столько не пила, ограничиваясь парой глотков на праздники. А сейчас хочу напиться вдребезги, чтобы забыться. Но нельзя. Любое отклонение и недовольство мужчины и всё потеряно. Мне нужно смириться и постараться. После буду жалеть себя.

Когда проходят мучительные десять минут, я накидываю бежевый плащ Ланы, который лишь немного прикрывает начало чулка. Проверяю макияж и выскакиваю на лестничную площадку.

Меня трясёт и сердце внутри колотиться от незнания, невозможности предугадать. Я перескакиваю ступеньки, спускаясь вниз. Просто вдохнуть и представить себя героиней какого-то фильма. Обязательно со счастливым концом и коктейлями с зонтиками.

Входная дверь пищит, сообщая об открытии, и я выскальзываю на улицу. Не смотря на начало апреля уже тепло, но при этом в плаще не жарко. Начинает понемногу темнеть, но нужную машину я замечаю сразу.