Любимая серая мышка - Анна Яфор

– Колись, давай! – требует от меня подруга, когда мы встречаемся с ней после работы в нашем любимом кафе. Частенько проводим здесь вечера, когда не надо спешить домой. Здесь готовят вкуснейшее какао и пекут потрясающие булочки, а людей никогда не бывает много. Небольшое и очень уютное, это местечко прямо-таки располагает к задушевным разговорам.

– О чем ты? – я делаю вид, что не понимаю, но обмануть Ларку не стоит и пытаться.

– Не о чем, а о ком, – подчеркивает она. Ерзает на стуле и зачем-то потирает ладони, смущая меня с откровенным любопытством. – Маш, ну, не томи! Мне же жуть, как интересно!

Я молчу, рассматривая, как тают в сливочно-шоколадной пенке крошечные кубики маршмеллоу. Что ей рассказать? Какой дурой я оказалась, насыпав шефу в кофе соду вместо сахара?

Но Лариса – моя лучшая подруга, и поделиться сжирающими меня переживаниями больше не с кем. Тем более, что ей давно все известно. Она была первой, кто узнал о моих чувствах к сыну нашей учительницы. И кто хранил вместе со мной эту тайну все прошедшие годы. И, конечно же, знает, как я мечтала получить эту должность. И как волновалась перед первым рабочим днем. Не поделиться печальными подробностями было бы просто нечестно.

Ларка выслушивает, с каждой новой фразой все шире раскрывая глаза, а потом начинает смеяться. Звонко и весело, даже не пытаясь сдержаться. А когда я дуюсь, обиженно глядя на нее, качает головой.

– Ну, перестань, я же не со зла. Просто это действительно смешно! И я не знаю больше ни одного человека, который мог бы такое учудить.

– Ага, обхохочешься, – бурчу я в ответ. – Мне вообще-то страшно стало. А если бы я отравила его?

– Да ничего бы с ним не случилось! – тоном знатока уверяет Лариса, словно каждый день только и делает, что угощает знакомых кофе с внушительной порцией соды. – Крепкий, здоровый мужик, что ему будет? И потом, некоторые специально добавляют в кофе щепотку соды, там как-то при этом кислотность меняется. В лучшую сторону. И желудок после такого кофе не болит.

– У меня-то не щепотка была. Вернее, у него, – вздыхаю я и хмурюсь, заново переживая события прошедшего рабочего дня. – Могу себе представить, что он теперь думает обо мне!

– Зато ему с тобой никогда не будет скучно! – выдвигает подруга новый аргумент в утешение. И внезапно замирает, уставившись на мои руки.

– Маш?

До меня не сразу доходит, в чем дело. Лишь когда я вижу, куда именно она смотрит, понимаю, что Ларка заметила красные пятна на моем запястье, оставленные пальцами Лавроненко. Тяну вниз рукав, но поздно: она уже все успела разглядеть.

– Это то, что я думаю? – Кравцова приоткрывает рот и смотрит на меня сначала с ужасом, а потом ему на смену приходит что-то, очень сильно похожее на восхищение. – Машка, неужели вы…? Так сразу? Вот это мужик!

– С ума сошла? – ужасаюсь я, не веря, что слышу подобную дикость от собственной подруги. – Он ведь думает, что сегодня увидел меня впервые в жизни. А настоящие мужчины не набрасываются на незнакомых женщин.

– А если незнакомые женщины очень даже не против… познакомиться поближе? – хитро щурится Лариса. – Намного, намного ближе? Мм? Ты не попробовала ему об этом намекнуть?

На самом деле она только на словах такая смелая, а в реальности сбежала бы от шефа еще быстрее меня, если бы случилось что-то подобное. Мы, наверное, потому и сдружились, что на многие вещи смотрим похоже. И на отношения, в том числе.

Ларка, как и я, мечтает о настоящем принце. Только вот я принца встретила давным-давно, хоть он сам пока об этом и не знает. А подруга все перебирает варианты, надеясь, что следующий окажется лучше предыдущего. Но и она первой бы не призналась мужчине в своих чувствах.

– Перестань, – прошу ее и все-таки прячу отпечатки мужских пальцев под рукавом блузки. – Он не такой, и я не собираюсь ни на что намекать. Инициатива не от меня должна исходить, и ты это прекрасно знаешь.

Ларка понимающе вздыхает, но тут же пристает ко мне с новым вопросом:

– А какой, Маш? Ну, расскажи мне! Я не представляю, каково это: любить такого взрослого мужика. Насколько он старше тебя?

– На двенадцать лет, восемь месяцев и шесть дней, – тут же без запинки отвечаю я, и глаза моей подруги снова становятся размером с блюдца.

– Ты что, даже дни считаешь? Вот это угораздило тебя, мать… Не думала, что все так серьезно.

Сейчас она немножко лукавит. Как же, не думала, когда мы много-много раз говорили об этом… Лариса прекрасно знает, как глубоко я влипла, вот только время от времени пытается разубедить меня. И даже иногда пробует познакомить с кем-то, заманив на одну из тех вечеринок, где бывает сама. Но какой в этом смысл, если в моем сердце есть место только одному-единственному человеку?

Я допиваю какао и чувствую, что напряжение первого рабочего дня постепенно отступает. Да, случился казус, но все ведь обошлось! А в следующий раз я ни за что не допущу никаких глупостей. И действительно стану самой незаменимой сотрудницей. Мне бы только узнать о нем побольше… Той информации, что успела рассказать Наташа о вкусах шефа, крайне мало.