Полюса притяжения - Елена Тодорова

— Я делаю так, как мне велят.

— Прости, ты что-то принимаешь? — Марина несдержанно хватает сестру за руку. Всматривается в пустые глаза. — Как ты можешь оставаться такой спокойной?

— А я уже все нервные клетки истратила, Мариночка. Нет у меня ресурсов, даже на страдания. И ты прекращай.

— Я поняла, поняла, ты считаешь, что берешь передышку, пуская все на самотек. Только как ты собираешься выпутываться потом? Этого я, черт возьми, не понимаю!

— А я не понимаю — тебе, что, больше всех надо? Успокойся.

— Ты меня убиваешь, Янка…

— Никого я не убиваю. Успокойся, — повторяет, приобнимая старшую сестру за плечи. — Давай, я сделаю тебе укладку. Как в салоне, конечно, не получится. Но обещаю постараться.

— О чем ты? Не хочу я…

— Садись, садись, — подталкивает Марину к креслу. Глядя в зеркало, перебирает пальцами ее густые темные волосы. — Ты оттеняла тон после нового года? Мне кажется, темнее стало.

— Да. Карина затонировала, — машинально отвечает та.

— Прикольный оттенок. Синевой отдает.

— Мне тоже нравится.

— Как насчет крупных локонов?

— Можно.

Ровно к назначенному часу начинают съезжаться гости. Поначалу выдержка не изменяет Яне. Она спокойно стоит рядом с матерью и сестрой. Отец находится чуть дальше в компании мужчин. Гости привычно беседуют, затрагивая нейтральные темы. Справляются друг у друга о здоровье и успехах. Обсуждают последние события в стране. Выказывают надежды на благоприятный год.

Яна разносит приглашенным кофе. Придерживаясь указаний матери, начинает со старших — мужчин, затем женщин. Старается улыбаться в ответ на благодарности.

Справляется.

Отставив серебряный поднос, вновь застывает рядом с матерью и Мариной.

Когда же все, словно по команде, затихают, а отец Йигита берет слово, внутри Яны внезапно зарождается дрожь.

— Итак, позвольте обратиться на правах старшего нашей семьи, — начинает он важным и неторопливым тоном. — Все мы знаем причину, по которой сегодня собрались. Молодые люди хорошо знакомы, любят и уважают друг друга…

После этого половина из того, что говорит дядя Кемаль, проходит мимо Яны. Тремор бьет ее кисти. Ползет выше, пробегая нервной волной по плечам. Морозит спину.

— …заключить официальный союз, который в будущем приведет к благому итогу…

Глаза теряют способность видеть. Сознание заполняет недавнее прошлое.

Рагнарин.

Его голос. Его лицо. Прикосновения. Смех. Поцелуи. Горячее дыхание. Хриплый шепот. Тяжесть его тела. Спокойное и уверенное доминирование. Внимательный, проникающий в самую душу, взгляд.

— Господин Шахин, по приказу Аллаха и с позволения Пророка, просим вашу дочь Айну за нашего сына Йигита.

В легких заканчивается воздух. Но вдохнуть она боится. Эмоции высекают в груди искры. Кажется, если кислород поступит — загорится. И, как пророчила Марина, взлетит, будто петарда.

— Я свое согласие даю. Наталья тоже. В нашей семье принято спрашивать и у девушки. Дорогая Айна, что скажешь?

По голосу Яна слышит, что отец, обращаясь к ней, улыбается. Но увидеть почему-то не может. Зрение размывает.

Вопрос, конечно, чистая формальность. Все знают, что она должна ответить. Ждут с такими же улыбками и тихими смешками. Тетя Барчин подходит с серебряным подносом, на котором лежат цветы, связанные красной лентой кольца и ножницы. Замирает рядом с мужем и сыном.

Яна все это помнит по определению. Различает пятнами. Дорисовывает детали в сознании.

Щеки обжигают слезы. В них намного больше эмоций и чувств, чем можно себе предположить, глядя на девушку со стороны.

В них вся ее боль и отчаяние.

«Нет… Нет… Нет…»

«Не хочу… Не пойду… Не буду…»

Как только получается наполнить легкие кислородом, выпаливает свой ответ:

— Нет.

— Что?

Представляет, как тетю Барчин перекашивает.

— Мой ответ — нет.

— Ты в порядке, дочка?

Наверное, с лица матери сходят все краски. Лицо отца страшно себе даже представить. Хотя нет. Сейчас не страшно. Грудь распирают другие эмоции.

Яна не может их сдержать. Они вырываются наружу резкими словами.

— Нет, — повторяет с каким-то изощренным удовольствием. — Нет. Я не выйду замуж за Йигита. Никогда.

— Позволь поинтересоваться, что за причины у тебя, чтобы отказать нашему сыну? — на фоне общих нервных охов и вздохов, которыми не гнушаются эмоциональные турки, спокойный голос дяди Кемаля еще сильнее раззадоривает Яну.

Но едва она открывает рот, вступает отец:

— Это все нервы. Предлагаю сделать вид, что мы этого не слышали. Всё! Инцидент исчерпан. Айна выйдет замуж за Йигита. Как только окончит учебу в Москве…

— Нет, не выйду. Слышите меня? — швыряет на ближайший стол букет.

Выступает вперед, хотя Марина, хватая за руку, пытается ее удержать. Забывая обо всем святом, что ей прививали с детства, разбивается насмерть.

— Не выйду. Никогда, — не может остановиться. Повторяет снова и снова. — Никогда! И чтобы навсегда поставить точку в этом вопросе! Чтобы развеять ваши напрасные надежды! Чтобы вы поняли меня четко и ясно! Чтобы увидели, какая я на самом деле! Я никогда не выйду замуж за Йигита Догана, потому что полюбила другого мужчину, — пауза, которую Янка берет для пущего эффекта, взрывается чередой громких возмущенных охов и ахов. Рушит стены, разнося свой смиренный образ в щепки: — У нас с этим мужчиной были отношения.

— Это шутка?

— Аллах-Аллах, какой позор!

— И она еще…

— Тьфу, — смачный плевок тети Барчин прилетает Яне прямо в лицо.

Молча закрывая глаза, утирается рукавом.

— Мы этого никогда не забудем!

— Хвала Аллаху и Пророку! Терпеть вас не могу, тетя Барчин.

— Ах ты мерзкая соплячка! Будь ты проклята, принцесса! Будь ты трижды проклята! — бьет Яну по лицу. — Слышишь? Будь ты проклята, девчонка!

Выкрикивая ругательства, вцепляется несостоявшейся невестке в волосы.

Когда кто-то отцепляет и оттягивает женщину, Янку подхватывает под локоть отец. Волочит через зал к лестнице. Следом с криками и плачем бегут мать, Марина и еще несколько женщин.

В спальне мужчина в гневе размахивается и ударяет дочь по щеке.

Мир пошатывается. Бьет волной душевной боли. Пока родитель не замахивается второй раз. Тогда превозмогает боль физическая. За третьей пощечиной из глаз брызгают слезы.