Нокаут - Элис Райт

Открыв дверь раздевалки, отведённой для меня, мы с тренером, охранником, врачом и катменом вышли в коридор, ведущий к рингу. Из колонок раздалась песня The Void группы Parkway Drive.

Забавный факт, но я с некоторых пор, ещё до возвращения Оливера, выходил на ринг под этих австралийских ребят. Совпадение, не иначе. Многие боксёры для более эффектного появления выбирают музыкальное сопровождение, я же это делаю, чтобы настроиться и разозлиться ещё сильнее. А эта песня будит во мне всё то, что я стараюсь забыть из своего детства и жизни.

Идя вперёд, до меня донеслись возбужденные крики толпы. Могу поклясться, что я слышал выкрики своих друзей, хотя в этом гуле невозможно разобрать и слова, кроме скандирования моего прозвища «Танцор». Несмотря на свою внушительную форму, двигался я достаточно мягко и ловко, за что и получил эту кличку.

Передо мной открыли двери, и я вышел в большой зал, где все трибуны были заняты болельщиками. Луч от прожектора ударил мне в лицо, и я опустил голову. Интересно, а она пришла?

Не думай о ней. Забудь.

Слева от меня люди пытались дотянуться и прикоснуться ко мне, но охранник быстро ставил всех на место. Перелез между натянутыми канатами на ринг и посмотрел в зал. Тут же нашёл глазами своих друзей. Оливер довольно улыбался, смотря на меня и подняв палец вверх качал головой в такт, очевидно оценив выбор песни. Джастин, Трэвис и Нэйт, который на днях выиграл на своих соревнованиях, прыгали на месте и орали песню, словно пришли на рок-концерт. Рядом с ними стояли Джей, Тайлер, Майкл и Дэвид с горящими глазами, кивая в такт головами и улыбаясь так, словно я уже выиграл. Жён их рядом я не заметил, видимо они решили, что подобное мероприятие не для девушек. Равно как и Сиенны не наблюдалось. Она знала, что сегодня важный для меня бой и не появилась здесь. Так, наверное, даже лучше. Да и, собственно, зачем ей приходить?! Мы друзья? Любовники? Близкие люди? Нет, нет и точно нет. Тогда какого хрена я ожидал её увидеть?! А главное зачем? Я ведь сам чётко дал ей понять, что кроме тренировок нас ничего больше не связывает. Но самый главный вопрос к себе звучал так: на хрена я сейчас почувствовал разочарование от этого факта?!

Хватит. Думать. О. Ней. Твою. Мать.

Пока рефери, подозвав меня и моего противника Эштона Кинга, напоминал о правилах ведения боя, я, стиснув челюсти, смотрел этому лысому в глаза. Чуть ниже меня ростом, немного более компактного телосложения, но с очень сильным ударом левой. Я изучил его, как и он меня.

— Диего, порви его на хрен! — донёсся до меня вопль Трэвиса.

— Камон, Рэмбо, не мучай долго бедолагу, — заорал Джастин.

По спине тёк пот, а адреналин и неимоверная сила рвались наружу. Меня охватило такое знакомое чувство предвкушения драки.

После брифинга прозвучал гонг и понеслась.

Вот оно. То, чем я жил с шести лет.

Эштон буквально с первых минут начал отступать назад, призывая наступить на него. Толпа что-то выкрикивала, но я был сосредоточен на противнике. Занёс кулак и хуком справа попал ему в челюсть. Он отшатнулся, но сразу же полез в наступление. Не любил, когда оппоненты избегали ударов или отступали. Мне по нраву настоящий бой, когда оба выкладываются и делают по максимуму, а не уходят в глухую оборону. Хотя это тоже тактика. Но когда на меня начинали наступать, я сразу же оживал и чувствовал небывалый прилив сил. Фактически танцуя перед ним, уходя от его ударов, выматывал его, обрывая каждую атаку ударом в солнечное сплетение. Он злился, заводился, но первый раунд закончился, и мы разошлись по своим углам.

— Диего, не ведись на его мнимое отступление. Замани и вырубай. Он ждёт от тебя удар правой, бей левой, — с напором произнёс Торрес и я кивнул, пока врач и катмен вытирали пот с лица. Было жарко как в преисподней.

Перевёл взгляд на друзей. У Тайлера и Джея так горели глаза от происходящего, что было видно даже отсюда, что они сами не отказались бы поучаствовать в подобном поединке.

Следующие три минуты второго раунда прошли в его попытках войти в клинч, ибо ему надоели мои барабанные удары, и он стал выдыхаться. Пару раз он бодал своей головой мне в плечо и грудь. Я ждал момента, когда он устанет и перестанет чуть что, отступать. Я ждал и дождался. На второй минуте третьего раунда Эштон попытался снова приобнять меня, но я разошелся от переполняемой меня злости на весь мир и на себя и слетел с катушек. Хук справа, джеб, ещё один прямой в голову, и для закрепления эффекта ещё один. Эштон попятился назад. Свинг справа, хук слева, Эштон потерялся. Сделав шаг к нему, со всей своей неуправляемой дури левым кулаком снизу вверх нанёс свой коронный апперкот и попал чётко в его подбородок. Мой излюбленный приём, который я оттачивал много лет и мог одинаково хорошо применить и с левой руки, и с правой. Эштон буквально отлетел от меня и рухнул на пол. Зал взревел, пока рефери встав над ним отсчитывал секунды. Гул голосов звучал белым шумом, а я, прищурившись и тяжело дыша, смотрел на своего противника. После десяти секунд рефери поднял мою руку, и я наконец выдохнул, хотя меня разрывало от переполняемого адреналина и ярости. Ладони пекло, всё тело было мокрое от пота, но изнутри меня трясло от осознания, что я выиграл и открыл для себя новую главу. В голове не было мыслей, кроме одной.

Где, твою мать, Сиенна?!

Толпа ревела, скандируя моё прозвище.

Ко мне подлетел тренер и крепко обнял.

— Ты чёртова машина, Диего! Теперь ты по-настоящему заявил о себе, — с гордостью выкрикнул он, пытаясь перекричать толпу.

Вытащив капу, схватил полотенце и бутылку с водой.

— Спасибо, Торрес, — улыбнулся я и сделал глоток воды.

Эштона подняли на ноги и он, шатаясь подошёл, чтобы пожать мне руку. Его лицо опухло от моих ударов, бровь рассечена, взгляд расфокусирован. Ничего личного, как говорится.

Теперь я наконец-то обратил своё внимание на зал, подойдя к натянутым канатам. Подняв вверх руки, улыбнулся друзьям, и они начали орать как ненормальные.

— Твою мать, ты мой кумир! — заржал Джей.

— А я вам говорил, что он лучший в своём деле, — тут же вставил Нэйт.

— Идите к выходу, я скоро выйду, — крикнул им, а потом обратился к Оливеру: — Патлатый, напиши Габи, что со мной всё хорошо.

— Его Габи, — тут же заржали все остальные, поправив меня. Улыбнувшись, пошёл переодеваться.

Пресс-конференция была до боя, интервью я никогда не даю, поскольку не считаю себя звездой мирового уровня, чтобы делать это. Хотя репортеры местного телевидения всегда освещают подобные мероприятия, но я никогда не гнался за популярностью и не стремился попасть в телек. Поэтому мог достаточно быстро слинять отсюда. Сходил в душ, переоделся и вышел через задний ход на душный вечерний воздух.

На меня тут же налетел Нэйт, запрыгнув как мартышка.

— Рэмбо, чёрт тебя дери, ты крут! Ты точно будущий чемпион мира!

— От чемпиона слышу, — похлопал его по спине, и он слез с меня.