Я беременна, мальчики! - Вероника Касс

— Так, теперь съездим в ещё одно место и можно будет нормально поговорить.

— С чего ты взял, что я хочу с тобой нормально разговаривать? — Ева положила руки на грудь, тем самым притягивая к ней мой взгляд.

— Они стали такими аппетитными Лунтик, — произнёс глядя на пышные полушария, торчащие из под выреза вязаного платья.

— Отвали, извращенец, — девушка запахнула парку и, отвернувшись к окну, воинственно произнесла, — нечего на меня так пялиться, словно тебе может что-то перепасть. Даже не надейся.

Я лишь хмыкнул и вернул все свое внимание на дорогу. Ева во мне будила странные чувства и ощущения. Она меня бесила, стоило только вспомнить тот долбанный бант на ее жопе, как мне хотелось придушить стерву, пальцы начинало жечь и покалывать и в тот, момент я понимал, что происходило это совершенно не от желания придушить. Мне хотелось прикоснуться к ней, провести подушечками пальцев по ее губам и скулам, по ключицам и острым соскам. И да, я безумно хотел увидеть ее живот, с того самого момента, как вышел из кафе две недели назад. Единственным желанием все эти дни было увидеть голый, не скрывающийся под одежной, живот Евы. Я пытался представить его в своём воображении больше не плоским, а круглым и не мог… просто не мог.

Припарковал машину у одного из городских отделениев ЗАГСа, посмотрел на время. Уложился в срок, через десять минут нас будут ждать. Осталось только Лунтика как-то дотащить за эти десять минут до нужного помещения.

— Ты ненормальный? — взвизгнула девушка, как только прочитала табличку у входа.

— Есть немного, — усмехнулся и, подхватив ее под локоть, потащил в здание.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Сегодня же выходной!

— Вот именно, Лунтик, сегодня суббота и нас с тобой сегодня распишут. Я обо всем договорился еще вчера, не хватало только справки.

— Ты больной, — заторможено произнесла она, но продолжила шагать следом за мной, словно находилась в трансе. И уже, когда я снял с нее и с себя куртки и кинул их на резную скамеечку, тогда Лунтик пришла в себя.

— Я не пойду. Слышишь? Я никуда с тобой не пойду!

— Ева, — подошел к ней вплотную и проговорил в самые губы, — даже не надейся избавиться от меня так легко, как от Мирона. Мы пойдем с тобой туда, — махнул рукой в сторону закрытой двери, но говорил тихо и спокойно, — и станем семьей. Как минимум ради ребенка.

— Ты забыл? — ехидно произнесла девушка, словно специально меня провоцировала, — Это может быть ребенок Мирона.

— Срать я на это хотел. Поняла? — Ева захлопала глазами, напоминая мне прежнего Лунтика, который был не в состоянии предать меня, который был моим. Черт! Только моим. — Раз брат не может взять на себя ответственность, то этим займусь я.

— Так значит все дело в ответственности, — хмыкнула Ева и вздернула вверх подбородок, — я справлюсь без вас.

— Трофимовы, — послышалось из открывшийся двери.

— Пошли, — взял Еву за локоть, но она начала сопротивляться. Как маленький бык, встала и уперлась своими рогами. Только из нас двоих рога были у меня! — Не беси меня, Ева, а то я и забыть могу, что тебя беспокоить и волновать нельзя.

— И, что тогда? — она недовольно шепнула.

— Трофимов, — очередной оклик, — у тебя, что невеста еще и против?

— Нет, вы что, — нагло улыбнулся и повернулся к женщине. — Просто моей невесте плохо, у нее этот… спер… точно! Токсикоз у нее.

Ева, что-то замычала, а я потянул ее дверной проем, мило открытый специально для нас.

— Ты ненормальный.

— Паспорт давай, — сквозь широкую улыбку, полушепотом выдавил я из себя.

— Не дам.

— Ева, давай разберемся со всем потом. Но этот ребенок, мальчик или девочка, не важно кто так, он будет носить мою фамилию. И мать этого ребенка должна носить ту же фамилию что и он сам. Понимаешь, я много думал об этом и решил, что ребенок не виноват, в том что его мамочка так и не смогла определиться с тем которого из братьев она хочет. Ничего. Я сделал это за тебя. Паспорт давай, — прорычал я, теряя последнее терпение.

Видимо, я ее все же убедил. Иначе как объяснить то, что она все же протянула мне свой паспорт, который я еще вчера должен был принести в ЗАГС, но рассудив, что лучше Лунтика заранее не оповещать о таком важном событии в нашей с ней жизни, я оставил все на сегодня и не прогадал. Иначе, уверен, что Ева бы сбежала, сверкая пятками.

Церемония прошла как в тумане, ни свидетелей, ни друзей, ни родственников, ни белого платья на невесте. Я почувствовал укол вины, а потом принялся успокаивать себя.

Ева сама виновата. Не заслужила она платье.

Повторил про себя это пару раз, но так и не убедил, особенно когда начал надевать кольцо на тоненький пальчик.

А вот, когда мне разрешили поцеловать невесту, тогда то я и оторвался. Набросился на ее губы, помещая в поцелуй всю свою боль, обиду, и удушающую меня ненависть. Причем, я не понимал, кого ненавидел сильнее, Еву или самого себя, за то что все вышло именно так.

После поцелуя Ева не произнесла ни слова, и я был рад. Мы поставили подписи в актах записи и забрали свое свидетельство о заключении брака. Уже сидя в машине я понял, что не испытал ни капли облегчения, все вышло через одно место, не правильно и не так как должно было быть. Но менять что-то или давать заднюю я не планировал.

— Сегодня уже останемся здесь, — рассеянно произнес, сразу как мы вошли в квартиру, — завтра помогу тебе собрать вещи.

— Кирилл, ты головой точно нигде не стукался? — В голубых глазах Евы зажглись огоньки, словно до этого она выбрала выжидательную позицию и готовилась к нападению, тщательно его продумывая.

— Стукался, — ухмыльнулся и, скинув ботинки, прошел мимо нее. — Когда с тобой познакомился. Как раз о твою машину и стукался.

— Идиот.

— Да уж лучше быть идиотом, чем шлюхой.

— Да ты… ты…

— Что? — сложил руки на груди и сжал крепче их в кулаки, сдерживаясь из последних сил, мне безумно хотелось ее поцеловать. Закрыть глаза на ее предательство и просто сжать в своих объятиях. До боли, до тихого, но такого манящего стона. — Ну ничего, будешь себя хорошо вести, обвенчаемся в церкви с платьем и всеми прочими свадебными делами. Ах да! Даже не рассчитывай на то, что сможешь что-то закрутить с Мироном. Я его отселил. Так, что эта квартира теперь только наша с тобой, — шутливо развел руки в стороны и совершенно не ожидал, что получу по лицу.