Всерьёз - Марта Крон

— Досконально. — скриплю я зубами, возвращаясь в тот день, когда на пороге отделения полиции появился отец Яна и освободив меня за крупную взятку участковому, выволок на улицу, словно вшивого щенка.

— Сомневаюсь в этом. — выдыхает Барсов-старший, копаясь в моём взгляде в поисках ответов. — Я тебе тогда сказал, что у тебя есть миллион возможностей изменить свою жизнь, но ты предпочёл прожигать её на улице, шатаясь с мелкими бандитами… Было такое?

— Было. — жёстко соглашаюсь.

— А про то, что я обеспечу тебе многообещающее будущее говорил?

— Говорил.

— Я это сделал. — поднимает ладони вверх директор, показывая свою безгрешность. — Но взамен я всё же у тебя кое-что попросил. Напомни что.

— Верность, послушание и благоразумие. — мгновенно вылетает из меня заученная установка.

— Именно. — кивает головой Марк Миронович. — Три важных качества, которых от рождения у тебя нет и их нужно было упорно развивать.

— Я выполнил эти условия. — смотрю на наставника с диким желанием, чтобы меня наконец оценили по достоинству. — Даже с излишком…

— Нет, Березин. — прямым ударом под дых. — У тебя на лицо все отклонения от нормы. Верность ты переиначил в жертвенность, послушание в прислуживание, а благоразумие… — указывает подбородком сначала на болтающих Яна и Гену, а затем на Травицких, подпирающих дерево и обсуждающих сезон охоты. — Его и вовсе нет. — качает головой. — Ты что устроил?

— Что следовало. — огрызаюсь я, кипя от злости. Руки так и чешутся поднять ружьё, навести на Родиона и нажать на курок. Тварь ещё не знает на что я способен. В этот раз ему удалось спровоцировать меня и остаться безнаказанным, но в следующий раз живым он не уйдёт.

Гнида.

Видите ли Алиса приходила знакомиться с его семьёй и они приняли её как свою дочь.

Сначала не поверил в эту пургу, но его дядя стал делиться услышанным мнением отца Родиона, и у меня вышибло блок. Сбил с ног сопляка Травицкого и приобрёл на костяшках пару ссадин.

Повезло скоту, что нас разняли, так бы закопал прямо в лесу.

— Я тебе сто раз говорил, зарубить себе на носу — фильтруй на кого ты лезешь с кулаками. — повышая голос, сердится директор. — Я вам всем чётко сказал, что Травицких не трогать! Всё понимаю! Девочка для тебя важна и взыграла ревность, но решай эту проблему, не создавая новые.

— А что, если мне наплевать на это? — на эмоциях выпаливаю я. — Что будет, если нарушу приказ?

— Не уверен, что ты захочешь с этим столкнуться… — темнеет взгляд наставника.

— Что? Карательная акция? — в ярких красках представляю, как мне всыплют по первое число.

— Достаточно будет того, что я сниму с тебя защиту, остальное уже дело времени… — глухо отзывается Барсов, порождая в моей голове вопросы.

— Защита от чего? — напрягаюсь я.

— От него, Игорь, от него… — хлопает меня по плечу генеральный и быстро шепнув. — Приди в себя, парень, ты мне не чужой и к мусору я тебя близко не подпущу! — натягивает улыбку и уже бодрым голосом встречает подходящих к нам мужчин. — Ну что там у нас навигатор показывает? Маршрут прежний?

Ступор парализует меня до такой степени, что я на некоторое время перестаю дышать.

Прошлое неизменно пытается меня нагнать. Как бы я не старался убежать и забыть, все незавершённые дела требуют финала.

— О чём говорили? — подходит ко мне Ян, когда вся охотничья компания собирается двигаться дальше.

— Выговор за драку. — отвожу взгляд и устремляю его вдаль.

— Березин? — настороженно зовёт друг.

— Что? — не поворачиваясь к нему.

— Игорь? — черствеет голос Барсова.

— Ну? — резкий поворот моей головы и я впиваюсь в него недовольным взглядом.

— О чём говорили? — повторяет он.

Протяжно выдыхаю и:

— Вспоминали прошлое.

Наступает пауза и Ян меняется в лице. Снова проступает эта липкая жалость в его глазах.

— Не надо. — стремительно угасает аж всякое желание думать, не то, чтобы что-то обсуждать.

— Не собирался даже. — понимает моё настроение друг. — На. — протягиваем мне ружьё. — Вытащи из себя это дерьмо. — и оглянувшись на Травицкого, насмешливо добавляет. — Не промахнись.

— От шести до пятнадцати лет, Гошан! — вырастает возле нас рыжий.

— Исчезни, Леванов! — рявкает Ян.

— Алиса плакать будет! — с нажимом твердит адвокат и как по заказу перед глазами предстаёт эта картина. — Так хочется в тюрьму?

Дёргаюсь от этого вопроса и с силой сжимаю рукоять ружья. Ловлю на себе многозначительный взгляд Барсова и делаю глубокий вдох.

— Мне нужно кого-то убить, иначе сам подохну. — объясняю им своё состояние.

— Оторвись на утках, красавчик! За этим и приехали! — как всегда с воодушевлением предлагает рыжий и мне ничего другого не остаётся, как последовать его совету.»

— Мышонок? — приподнимаю с подушки голову и оборачиваюсь на свою любимую.

— Мм? — проводит она ноготками мне по пояснице.

— Скажи, что любишь меня. Скажи, что ты всегда будешь со мной. Скажи, что я достоин твоей любви и всё, что между нами происходит честно…

Женские пальцы над моей кожей резко замирают и Алиса медленно наклоняется к моему лицу. Накрывает рукой мои волосы и нежно гладит, успокаивая мой разум и душу.

— Я люблю тебя, Березин, и это сущая правда… — до шеи дотрагиваются мягкие губы и по всему телу растекается тепло. — Ты единственный, кому я доверила свою любовь. И так будет всегда.

Расслабленно улыбаюсь и закрываю глаза. Только Алисе удаётся так легко согреть меня и наполнить душевным покоем. Только с ней я могу быть самим собой и просто положив ей голову на грудь, отключиться ото всех проблем.

Только с ней.